Без категории

Эмиграция многое дала мне.
Но и я изменился до неузнаваемости.
То, что когда то меня трогало до глубины души, стало мне почти безразлично.
У меня стал ровный характер.
На столько, что я сам себе удивляюсь.
У меня пропали перепады настроения.
Я не помню, что бы я чему то радовался или что то меня огорчало.
Как у камня.
Может это не совсем удачное сравнение, но тем не менее.
Политика, экономика, жизнь страны все как то по барабану.
Частенько просто наблюдаю за тем, что происходит вокруг, как будто сижу в кинотеатре.
Хорошо ли это?
Я об этом не думал.

А может это потому, что я переполнен новыми впячетлениями (за последнии три года) на столько, что плохо воспринимаю действительность!?
Надо будет подумать на досуге.

Гамбурга до Копенгагена летели всего ничего 50 минут.
Встречать нас вышли, похожие на оборванцев два человека.
Только на груди у них визитные карточки полицейских Дании висят.
Ладно.
Думал опять в коталашку посадят, до рейса в Осло.
Вышло совершенно по-другом.
Они нас очень вежливо проводили в общий зал ожидания и поинтересовались,есть ли у нас багаж.
После этого оставили нас одних, без охраны и сказали, что прийдут за нами через час-полтора.
Мы походили по зданию аэропорта.
Точно.
Никто нас не контролирует.
Дания доверяет людям.
Вот здесь нужно было делать ноги.
И не важно что у нас в кармане 132 евро на двоих, как нибудь добрались бы до французкого Монпелье (юг Франции).
Как же я сейчас об этом жалею.
Но здесь разнылся мой пацан.
Как мы доберемся без денег?
А вдруг не получиться и станим бродягами?
И в таком духе и в таком духе.

И главное то в том, что мы думали, что в Норвегии, мы попадем в обычный лагерь для беженцев, а не ...
Даже вспоминать не хочется.
Продолжу позже.

Вечером было объявленно, что к трем ночи быть готовым к отправке в Норвегию.
Здесь не до сна, хотя вещи все наши в подвальной камере хранения.
Выдали нам для переезда только самое необходимое из своих вещей (одежда на себя), а более ничего.

Забыл сказать, когда нас посадили, у нас было 260 евро, а пока сидели, кто то из зк слямзил ровно половину.
Ясное дело не русские, наши бы забрали все.
Но это я отвлекся.

И так три часа ночи.
За нами никто не идет.
Попсиховали часа два и легли спать, не раздеваясь.
Только задремали, заходит охраник.
Вам, говорит, 15-ть минут на сборы.
Спустились вниз, рюкзаки следом несут.
На нас надели наручники, на этот раз английские, с предохранителями, что бы на кистях не затягивались сами-по себе.
В машину ментовскую посадили и повезли в аэропорт Гамбурга.
Дороги у них не плохие.
Это да ничего не скажешь.
Но в Норвегии и Швеции, мне показалось еще по-лучше.
Гамбург.
Аэропорт.
Опять камера, но без решеток, и окошко чуток открывается.
Мы по быстрому покурили.
Пока сигнализация не заорала.
Все стены исписаны.
На всех языках мира, даже напотолке умудрился кто то написать по-арабски.
Несколько строк в камере было написанно по- русски, с совершенно дикими ошибками, который и первоклассник не зделает.
Исправил.
Судя по всему, писал дикий чеченец.
Принесло паек на дорогу до Осло, яблоко и бутылку мин.воды.
Мы с сыном даже не притронулись.
С час просидели.
Выходи, говорят.
Сажают в микроавтобус и подвозят прямо к самолету, без всяких регистраций.
Мы летим в Копенгаген...

...
На втором этаже стоит стол для настольного тенниса, он занят весь день.
Играют все, кто умеет и не умеет.
А чем еще заниматься?!
Телевизор все смотрят исключительно, только ночью, когда замирают в камерах.
А так, все время обжаются друг с другом в камерах и брожя по этажам.
Я познакомился с цыганом из Македонии и африканцем из Джибути.
С цыганом просо.
Наш и македонский язык близки, я почти все понимаю из сказанного им.
А у африканца родной французский, в тюрьме никто на нем не говорит, хотя арабы и знают.
Я, сдуру ума, сказал ему что то по-французски из того что помнил со школы.
У него глаза засветились радостью.
Ты, говорит знаешь мой язык!
Очень плохо - отвечаю.
Ничего, я буду учить тебя по-французки.
И с этого дня и пошло.
Он хороший учитель.
И занимался со мной почти каждый день не меньше получаса.
Ну и время по-интереснее проходило.
Сам то он говорит еще по-арабски, английски, сомалийски.
А любит только родной.
Как же я его понимаю.

Пришел охранник и объявил, что ночью вы с сыном уезжаете в Норвегию.
Получается просидели мы у немцев примерно месяц и пять дней, или около того...

...
На каждом этаже (в коридоре) стоит 10 -ти литровое ведро растворимого кофе ( порошок) и ведро сахара песка.
Брать можно сколько хочешь и пить в своей камере.
А кто любит чай, тот заходит в контору, где на полке стоят три сорта, мятный фруктовый и обычный и берет упаковку из 20-ти пакетиков и пей, пока не лопнишь.
Там же, к конторе можно взять новую зубную пасту, зуб.щетку и станок для бритья это никто не контролирует.
Да, забыл, и шампунь для душа там же, правда душ только с двух до пяти дня.
О душе хочется сказать особо.
Все сидельцы мусульмане, ну почти все и моются они под душем в трусах или трико.
Понятное дело, для нас славян это дико.
И смотрят на голого человека так, как будто он посегнул на их Каран.
Один из Афганистана, мне так и сказал, что нужно мыться в трусах, и что то там про Аллаха.
Я конечно, головой покивал иму в ответ и зделал вид, что его не понял.
Да пошел он на три буквы.
Вот буду сидеть где нибудь в Эмиратах или Иране, тогда пусть мне указывают.
Европа для Европейцев.
Не надо здесь законы Ислама распростронять, даже в тюремном душе ( добрый смех ).
На третьем (нашем) этаже арабы из Алжира постояно играют в шашки или карты, сидя на корточках или просто на полу.
И, я думал, беспрерывно ругаются меж собой.
Оказалось нетак.
Это у них манера общения такая...

Потом продолжу свой рассказ.