Valhalla  
вернуться   Valhalla > Тематические форумы > Всемирная история, политика
Регистрация



Для отправления сообщений необходима Регистрация
 
опции темы
старый 10.07.2014, 16:23   #81
Senior Member
 
аватар для ONDERMAN
 
Регистрация: 01.2009
Сообщений: 10.132
Репутация: 45 | 13
По умолчанию

У нас в Ростове на днях памятник Героям 1 мировой открывать будут...говорят что и танк из музея пригонят ....местные кулибины вроде бы отремонтировали...ну и как положенно казаки в форме тех лет
Klerkon, Cyanide и Holm сказали спасибо.
Сегодня
Реклама

Ссылки от спонсора

старый 10.07.2014, 16:28   #82
Senior Member
 
аватар для Holm
 
Регистрация: 11.2013
Сообщений: 1.080
Записей в дневнике: 6
Репутация: 25 | 3
По умолчанию

Цитата:
ONDERMAN посмотреть сообщение
У нас в Ростове на днях памятник Героям 1 мировой открывать будут...говорят что и танк из музея пригонят ....местные кулибины вроде бы отремонтировали...ну и как положенно казаки в форме тех лет
Классно!! А то про эту войну у нас совсем забыли..
старый 10.07.2014, 17:16   #83
Senior Member
 
аватар для ONDERMAN
 
Регистрация: 01.2009
Сообщений: 10.132
Репутация: 45 | 13
По умолчанию

Цитата:
Holm посмотреть сообщение
Классно!! А то про эту войну у нас совсем забыли..
Не то слово....Советская власть как то не приветствовала эту тему....не то что забыли...просто большинство вообще не знало...в то числе и я..бес в ребро мне и седина в бороду.
Holm сказал(а) спасибо.
старый 14.07.2014, 20:20   #84
Senior Member
 
аватар для Klerkon
 
Регистрация: 05.2009
Проживание: Moscow
Сообщений: 13.259
Записей в дневнике: 2
Репутация: 58 | 16
По умолчанию

Цитата:
ONDERMAN посмотреть сообщение
У нас в Ростове на днях памятник Героям 1 мировой открывать будут...
Доброе начинание!

Считаю, что и в Москве необходим тоже целый МЕМОРИАЛ в память о Первой мировой войне, может, и не такой масштабный, как мемориал Отечественной 1941-1945 гг. на Поклонной, но все-таки достойный.

Танки, считаю, там будут лишними (это не касается мемориала в Ростове, где британский танк смотрится вполне «органично»), зато решительно необходимо установить различные русские ПУШКИ, в том числе — знаменитую 3-дюймовку.



Русская 76,2-мм скорострельная полевая пушка образца 1902 г.


Русская 107-мм тяжелая полевая пушка образца 1910 г.


Русская 152-мм крепостная гаубица образца 1910 г., выпускавшаяся
в 1911-1920 гг. на Путиловском заводе по лицензии фирмы Шнейдера.


Русская 122-мм легкая полевая гаубица системы Шнейдера образца 1910 г.


Русская 122-мм легкая полевая гаубица системы Круппа образца 1909 г.


Русская 76-мм горная пушка системы Данглиз-Шнейдера образца 1909 г.


Русская 63,5-мм скорострельная десантная
пушка системы Барановского образца 1882 г.
Sölveig, ONDERMAN и Holm сказали спасибо.
__________________
Кот — животное священное, а люди — животные не священные!

Последний раз редактировалось Klerkon: 14.07.2014 в 21:26.
старый 15.07.2014, 00:07   #85
banned
 
Регистрация: 08.2005
Проживание: Лес
Возраст: 34
Сообщений: 5.817
Записей в дневнике: 17
Репутация: 61 | 0
По умолчанию

Австрийские укрепления

В Галиции, в южной части восточного фронта, находились большие австрийские крепости Перемышль



Цитата:
Перемышль прикрывал важнейшие переправы через р. Сан и представлял узел дорог, ведущих на Вену и Будапешт. Ядро крепости составлял город, расположенный по обоим берегам р. Сан. Он был окружен центральной оградой нового типа, состоявшей из 21 долговременного опорного пункта и соединяющих их куртин в виде валов со рвами, усиленными железными решетками и проволочными сетями. Общий обвод ограды имел протяжение около 15 км.
Главную крепостную позицию образовал вынесенный вперед фортовый пояс, на котором в мирное время было построено 38 долговременных укреплений, из коих 19 типа фортов, прочие — в виде опорных пунктов или батарей. Характерной особенностью фортового пояса было то, что на разных секторах форты были удалены от ограды на различное расстояние. Так, на северном секторе форты были в 6 км от ограды, [341] на юго-западном — в 5 км, на северо-западном — всего в 4 км, а на юго-восточном, наоборот, форты образовали особую Седлисскую группу, заключавшую 6 передовых фортов, выдвинутых на 11 км от железнодорожного моста через р. Сан. Такое выдвижение фортов в виде самостоятельной группы, отличавшейся значительной силой, объяснялось характером местности, способствующим ведению здесь постепенной атаки, и желанием обстрелять долину р. Бухты (притока р. Виара, впадающей в свою очередь в р. Сан), которая иначе с фортового пояса обстреляна быть не могла. Все укрепления фортового пояса были связаны между собой и с ядром крепости сетью прекрасных шоссе и узкоколейных железных дорог общим протяжением около 100 км. Все органы управления крепости и укрепления обслуживались также телеграфной и телефонной сетями. Общий обвод наружного пояса укреплений был в 45 км.
В мировую войну в мобилизационный период, который для крепости выразился довольно продолжительным сроком почти в 1,5 месяца, Перемышль был усовершенствован значительным развитием передовых и внутренних позиций, исправлениями на фортах и крупными работами на промежутках.

В. Яковлев "История крепостей"
и Краков.



Цитата:
Краков представлял собой крупный административный и политический центр прилегавших польских областей бывшей Австро-Венгрии и являлся в то же время для австрийцев важным стратегическим пунктом, лежавшим на главнейшем операционном направлении бывшей русской армии при ее наступлении на Вену. Вот почему еще в 40-х годах пункт этот кроме центральной ограды старого устройства получил ряд передовых укреплений, удаленных от последней километра на два. С 80-х годов, когда образовался Тройственный союз под главенством Германии, наложивший на Австрию известные обязательства, австрийцы задались целью создать в Кракове, как узле дорог, прочную опору для значительного количества войск, обеспечить им переправу через Вислу и прикрыть от бомбардирования сам город. Для этого им пришлось создать новый пояс фортов, удаленных от города на расстояние от 5 до 7,5 км. В общем новый фортовый пояс при поперечнике около 16 км получил обвод до 48 км. Сохраняя в себе главные элементы большой крепости нормального типа в виде центральной ограды и наружного фортового пояса, Краков получил естественным образом еще и внутренний пояс фортов, который, в сущности говоря, заменил собой непрерывную ограду старого типа. Наружный пояс 48-километрового протяжения в силу местных условий нельзя было образовать из отдельных, правильно распределенных на одинаковом удалении друг от друга фортов: таковые пришлось разбросать группами по долинам рек (Вислы, Рудавы, Бьялухи, Длубнии и Вильги) на [251] отдельных участках, образовав отдельные, завернутые с флангов фортовые позиции. В этом и заключалась главная особенность этой крепости.

В. Яковлев "История крепостей"


Цитата:
Один из фортов крепости Краков, спроектированный Лейтнером в конце 90-х годов. Это бронебетонный форт, в котором на напольном фасе расположена броневая батарея с 4 башнями а, заключающими 15-см гаубицы. В наружных углах горжевой казармы расположено по 2 броневых башни б с 75-мм скорострельными пушками, способными развивать как огонь по впереди лежащей местности, так и по промежуткам между фортами; кроме того, промежутки получают фланковую оборону из так называемых [252] традиторных батарей д, представляющих собой казематы, расположенные на флангах горжевой казармы К и вооруженные каждый двумя 75-мм скорострельными пушками. Для наблюдения за впередилежащей местностью служат броневые наблюдательные посты О. Рвы форта получают фланковую оборону: напольный и боковые — из кофров к и кn, а горжевой — из горжевого капонира. В общем можно сказать, что австрийский форт 90-х годов представляет нечто среднее между бельгийским и германским фортами того же периода.

В. Яковлев "История крепостей"
Первая прикрывала важную переправу через Сан, между тем как вторая господствовала над переправой через Вислу. Обе крепости служили главными опорными пунктами обороны части территории, отделенной Карпатами от Австро-венгерской империи. Зато Лемберг (Львов или Леополь), столица Галиции, был укреплен лишь полевыми укреплениями.

Ж. Ребольд "Крепостная война в 1914-1918 гг."
ONDERMAN, Klerkon, Cyanide и ещё 1 пользователей сказали спасибо.
старый 16.07.2014, 11:07   #86
Senior Member
 
аватар для Holm
 
Регистрация: 11.2013
Сообщений: 1.080
Записей в дневнике: 6
Репутация: 25 | 3
По умолчанию Немного о германской разведке

1915 год, декабрь. Миссия германской разведки на Востоке (экспедиция фон Нидермайера -- фон Хентига). Деятельность германской политической разведки в Азии начала приносить некоторые плоды: 1 декабря в Афганистане в дворце эмира Хабибуллы Багх-е-Бабур по инициативе индийских партнёров кайзеровских спецслужб в присутствии германских, турецких и индийских участников миссии Нидермайера было провозглашено Временное правительство Индии. Целью революционного правительства было изгнание британских властей и взятие политической власти в Индии. Провозглашены: пезидентом - Махендра Пратап, премьер-министром - Баркатулла, военным министром - Маулави Башир, министром иностранных дел - Чампакаран. Позже правительство Пратапа будет пользоваться поддержкой СССР, а в 1918 году Махендра Пратап предпримет визиты к Троцкому и кайзеру, имея целью убедить обоих выступить военными средствами против британцев в Индии. Надо сказать, что индийска карта разыгрывалась германской разведкой в различных направлениях: личный секретарь Махендра Пратапа, Хариш Чандра (он действовал как двойной агент и германской, и британской разедок) в 1917 году будет направлен в США для уточнения возможностей финансирвания революции в Индии проживающими там соотечественниками, придерживающихся революционных взглядов. Также двойным агентом был некто Сиссодия, который заявлял, что он происходит из королевского рода Раджпутана, он из Цюриха пытался кооперироваться с деятельностью Берлинского комитета, действовавшего в направлении организации революции в Индии.


На Сербском фронте в конце ноября австро-венгерские части отбросили черногорскую армию на территорию Черногории и продолжили наступление с целью захвата столицы. 1 декабря в боях в районе Призрена сербская армия была разбита болгарскими войсками, понеся тяжёлые потери. Большое число сербов попало в плен. Также и сербские отряды, вступавшие в боестолкновения с подразделениями 3-й и 11-й армий австро-германских войск, понесли тяжёлые потери. В итоге после этих боёв сербы были полностью вытеснены с территории Сербии. Болгарская армия, захватив Охрид, установила контроль над Вардарской Македонией. Сербская и черногорские армии продолжали отступление в направлении Албании и Черногории. Вместе с военными уходило и мирное население, опасаясь террора австро-германских войск. Отступление проходило в тяжёлых условиях горной местности. Отступающие стремились выйти к побережью Адриатического моря, где союзники обязались эвакуировать остатки сербской и черногорской армии и гражданское население. В ходе дальнейших боёв сербская армия потеряла 55000 солдат и офицеров. На горных дорогах Албании командование сербской армии было вынуждено уничтожить артиллерию и обозы. Помимо армии и мирного населения, сербское командование было вынуждено эвакуировать и пленных австро-венгерской армии (30000 солдат и 700 офицеров).



На Итальянском фронте в конце ноября в районе Тольмино развернулись ожесточённые бои, однако к началу декабря боевые действия стали затихать. 2 декабря четвёртая битва при Изонцо завершилась, наступило сильное похолодание, которое добавило проблем воюющим сторонам, хотя в декабре прошёл ещё ряд боёв. Италия потеряла 113000 убитыми, ранеными и пленными, Австро-Венгрия 70000 убитыми, ранеными и пленными. Это наступление итальянских войск, оказалось неудачным как и два предыдущих. Верховное командование итальянской армии опять допустило грубейшие просчёты при подготовке операции. Проводились разрозненные атаки на позиции противника, и не оказывалась существенная артиллерийская поддержка, нехватка тяжёлой артиллерии и боеприпасов значительно повлияли на результат неудачного наступления. Не были учтены условия горного театра военных действий.

На Месопотамском фронте после оставления Ктесифона под натиском турецких войск 6-я пехотная дивизия индийской армии под командованием генерал-майора Чарльза Таунсенда 3 декабря 1915 г. отступила к городу Эль-Куту. К тому времени британско-индийские войска понесли значительные потери и насчитывали около 11000 солдат, исключая кавалерийские части. Таунсенд принял решение закрепиться в Эль-Куте и оборонять город вместо того, чтобы продолжать отступление к Басре. Город предоставлял великолепные возможности для успешной обороны от численно превосходящего противника. Но британские войска, закрепившись в городе, были удалены от основных сил, располагавшихся в Басре и не имели шансов получить снабжение и подкрепления. На Сербском фронте 4 декабря завершается операция в Косово: сербская армия в тяжелейших условиях отступает в Албанию. При этом сербские войска потеряли 30000 убитыми и ранеными, 199 орудий, 150 автомашин, большое количество лошадей, и другое военное имущество. После операции в Косово, болгарские войска вступают в пределы сербской Македонии. Фактически кампания против Сербии была выиграна. Германское командование считало, что оставлять свои войска на Балканах быссмысленно и начало переброску значительной части своих войск на Западный фронт. 5 декабря подразделения 2-й болгарской армии начали наступление в Македонии. Экспедиционный корпус союзников под давлением болгарских войск начал отход в долину реки Вардар. 23-26 ноября (6-9 декабря) в Шантильи состоялась вторая межсоюзная конференция. Было признано необходимым начать подготовку к согласованному наступлению всех союзных армий на трёх главных театрах -- французском, русском и итальянском. Союзники затребовали от России провести активные операции. Франция сслыалась на то, что, имея 2200000 соладт, она должна придерживаться более приоритетной стратегии, в то время, как Россия, Британия, Италия должны истощать врага. Российское руководство возражало, и тому были веские причины: Россия потерпела в летней кампании тяжёлое поражение, в строй приходилось призывать возраст 1918 г., в то время, как во Франции призывали только лишь срок 1916 г. Союзники на возражения проигрозили остановить военные поставки (за которые приходилось платить авансом, валютой в золоте да ещё и по завышенным ценам). В декабре же Россию посещает французская делегация во главе с сенатором Демуром. Она затребовала отправки на Западный фронт 300000 российских солдат. Мало того, что союзники потребовали вести активные операции, Жоффр на конференции указывал, что главный удар следует наносить против немцев, к северу от Припяти (тода как будущий ход событий покажет, что удар следовало наносить на юге). И русский генералитет брал под козырёк -- вскоре в России последуют бойни на Запфронте. На Месопотамском фронте османские войска подступили 7 декабря к Эль-Куту Стало ясно, что турки обладали достаточными силами для организации полномасштабной осады города, и Таунсенд приказал кавалерии во главе с полковником Жерадом Личманом отступить к югу. Турецкие войска насчитывали около 11000 солдат под командованием опытного немецкого генерала Кольмара фон дер Гольца. После трёх неудачных атак фон дер Гольц распорядился о строительстве осадных укреплений, не забывая также и о возможной угрозе со стороны Басры. На Восточном фронте 26 ноября (7 декабря) 1915 года, в день георгиевских кавалеров формируется Отряд Особой важности штаба Северного фронта -- одно из наиболее известных партизанских формирований российской армии в той войне. С этого отряда атамана Пунина ведут свою историю современные российские подразделения специального назначения. Сформирован отряд штабом Северного фронта по предложению поручика 8-го Финляндского стрелкового полка Леонида Пунина, ставшего атаманом этого отряда. Отряд был многонациональным и многоязычным. Кроме русских, украинцев, бурятов, было 37 латышей. 42 человека знали польский язык, 15 - немецкий, 9 - литовский. В отряд входили 10 офицеров, в т. ч. сотник барон Р. Унгерн-Штернберг, командовавший 3-м эскадроном (ноябрь 1915 - август 1916), ротмистр С. Булак-Балахович и его брат поручик Ю. Булак-Балахович, корнет Георгий Домбровский. Кроме того, в состав отряда вошли: 17 урядников и унтер-офицеров, 296 казаков и рядовых. Среди специалистов были: 7 подрывников, 8 телефонистов, 4 телеграфиста, 6 кузнецов, 3 ветеринара, 5 фельдшеров и 3 доктора. Конно-горное орудие обслуживали 20 человек. Отряд действовал на Северном фронте русской армии, в авангарде 12-й армии, штаб находился в Старом Кеммерне, таким образом, отряд занимал выдвинутый участок позиций, откуда было легче, как полагало командование, действовать по тылам противника. Отряд состоял на 70 % из Георгиевских кавалеров (в т. ч. и сам Пунин). На Юго-Западном фронте также создаётся аналогичный отряд, там его огранизацией занимается есаул Шкуро: в декабре 1915 -- январе 1916 гг. из казаков-кубанцев организован "Кубанский конный отряд особого назначения" для партизанских действий в тылу противника на Германском фронте, в Минской губернии, и в районе Южных Карпат. Чёрное знамя отряда имело изображение волчьей головы, шапки из волчьего меха, боевой клич, подражающий волчьему вою, породили неофициальное название отряда Шкуро -- "волчья сотня". Отряд Шкуро совершал рейды по тылам, взрывал мосты, артиллерийские склады, громил обозы. Этот отряд получил на фронте широкую известность. Немцы оценили голову Шкуро в 60000 рублей. Барон П. Врангель оценивал действия этого отряда негативно, указывая, что в отяд собирались самые недисциплинированные элементы армии. Вообще, в российской армии были в конце 1915 года предприняты значительные меры по преобразованию структуры войск с выделением особых частей, и даже целых армий: в конце 1915 г. образованы 2-й гвардейский корпус и гвардейский кавалерийский корпус (2 дивизии). Эти соединения составили маленькую армию, называвшуюся "войсками гвардии". На Балканах 8 декабря болгарские войска потеснили части 10-й английской дивизии и захватили 10 орудий. Правый фланг союзных войск оказался обнажённым, и из-за этого силы корпуса были вынуждены отойти на новый рубеж обороны. В ходе дальнейшего преследования четырьмя болгарскими дивизиями англо-французских войск, последние отошли на укреплённую позицию в районе Салоник на территории Греции. При отступлении союзники эвакуировали большую часть запасов для сербской армии из района Гевгелии. В этих боях союзные войска потеряли 6000 человек убитыми, ранеными и пленными. 2-я болгарская армия не переходила сербско-греческую границу. Войска Центральных держав расположились на новых позициях следующим образом. 1-я болгарская армия (две пехотные дивизии, одна кавбригада и германский отряд) заняла позиции от оз. Охрид, в районе Монастыря вдоль сербско-греческой границы южнее Прилепа. Помимо этого для обеспечения правого фланга подразделения армии вступили на территорию Албании и заняли Эльбасан. 2-я болгарская армия (три пехотные дивизии) заняла позиции у Струмицы, Петрича, Неврекопа. 11-я германская армия (две германские и полторы болгарские пехотные дивизии) северо-западнее Гевгелии и севернее оз. Дойран. Союзное командование укрепляло свои позиции, правый фланг союзного фронта упирался в залив Орфано, общая протяженность фронта составляла 120 км. Помимо этого союзниками было построено и отремонтировано 200 км грунтовых и железных дорог. Во Франции 9 декабря в Суене проходят испытания опытного французского образца бронированной самоходной артиллерийской установки на шасси Baby Holt. Среди зрителей был генерал Филипп Петен и полковник Жан-Батист Эжен Эстиенн, артиллерист и инженер. Результаты танка опытного образца были превосходны, показывая замечательную подвижность в затрудненном ландшафте прежнего поля битвы Суена. Длина Baby Holt однако, была недостаточна для преодоления немецких траншей, что потребовало создания более длинных гусениц для французского проекта танка. Разработки в этом направлении были продолжены. 13 декабря главным полевым интендантом и начальником сформированного управления главного полевого интенданта Ставки Верховного главнокомандующего был назначен генерал Дмитрий Шуваев. Ранее он руководил подготовкой интендатства к войне и снабжением войск во время войны. Шуваев предоставил Земскому союзу, во главе которого стоял князь Г. Львов, заказ на поставку армии полушубков, валенок и черкесок. По инициативе Г. Львова в адрес Шуваева была отправлена телеграмма: "Представители губернских земств, собравшиеся в Москве для обсуждения вопросов, связанных с выполнением Земским Союзом нового огромного заказа Главного интендантства, поручили мне приветствовать Ваше превосходительство, как энергичного, неутомимого руководителя интендантского ведомства, искренно и целиком преданного служению армии и Родине, сумевшего, путем широкого привлечения всех общественных сил страны к делу снабжения нашей несравненной армии, обеспечить ее всем необходимым. Объединенные в земский союз, земства приложат все свои силы к выполнению возлагаемой на них ответственной задачи". В России в целом продолжается военизация экономики: наращиваются также мощности военного производства. В Иране в ходе Хамаданской операции 3 (16) декабря российские войска заняли Хамадан, а затем разгромили диверсионные отряды противника в районе Боруджерда, Доулетабада, юго-западнее Лалекяна, Кума. Пронемецкие отряды отступили к Керманшаху. Цель операции была достигнута, однако в это время в Эль-Куте (Месопотамия) турками была блокирована группировка британских войск под командованием генерала Таунсенда. Британское командование, осознав тяжесть сложившейся ситуации, попыталось деблокировать осаждённые войска. Все попытки прорваться к Эль-Куту были отбиты подразделениями прибывшей 6-й армии Гольца. Тогда британцы решили привлечь русскую армию из Персии под командованием генерала Баратова для деблокирования войск Таунсенда. Российское командование согласилось, но с условием, что после захвата Мосула и Багдада русские и британские войска поведут наступление в центральные районы Османской империи. Однако опасаясь проникновения российских войск в районы, богатые нефтью и хлопком, британское командование отвергло этот план. Тем не менее, корпус Баратова по просьбе англичан продолжил наступление. В Хорасан был направлен русский отряд из Туркестанского военного округа (100 человек при 4 орудиях): русские и британцы (отряд в Систане) контролировали всю Восточную Персию. Установив подвижную завесу на фронте Бирджента, Систана, Оманского залива, они действовали на коммуникациях агентов Центральных держав, направленных в Афганистан и Индию. В ночь с 15 на 16 декабря русские эсминцы "Новик", "Победитель" и "Забияка" поставили под Виндавой 150 мин. Уже 17 декабря на минное поле попала германская эскадра в составе легкого крейсера "Бремен" и эсминцев V-186 и V-191. Первым в 17:45 подорвался и затонул V-191 . Через 19 минут на 2 минах подорвался "Бремен". Оба взрыва произошли в носовой части корабля. Крейсер быстро затонул, унеся с собой на дно 11 офицеров и 187 матросов. Оружие массового поражения. Участвовавшие в войне стороны продолжали гонку вооружений, в том числе в области оружия массового поражения: группой французских химиков под руководством Виктора Гриньяра был синтезирован и впервые использован Францией в 1915 году бесцветный газ с запахом заплесневелого сена -- фосген. Его было труднее обнаружить, чем хлор, что сделало его более эффективным оружием. Фосген использовался в чистом виде, но чаще в смеси с хлором -- для увеличения мобильности более плотного фосгена. Союзники называли эту смесь "Белая звезда", так как снаряды с вышеозначенной смесью маркировались белой звездой. Фосген, как боевой газ, превосходил хлор большей, по сравнению с последним, токсичностью. Потенциальным недостатком фосгена считалось то, что симптомы отравления им иногда наступали лишь через 24 часа после вдыхания. Это давало возможность солдатам, отравленным фосгеном, учасвовать ещё некоторое время в боевых действиях, однако на следующий день эти солдаты умирали или становились инвалидами. На Западнм фронте 19 декабря в районе Ипра германскими войсками были в ходе газовой атаки применены комбинированно хлор и фосген, от чего пострадало порядка 1000 бойцов Антанты, из них 69 случаев имели летальный исход. Упомянем тут и такой малоизвестный факт, как планы по применению биологического оружия. История эта является крайне тёмной, и тут мы можем лишь слегка обозначить, что же могло быть. А речь идёт о немецком биологе, уроженце США Антоне Дилгере. Являясь гражданином США, он представлял особый интерес для немецких спецслужб. В 1915 г. он возвращается в Америку, имея задание рейхсправительства -- перевезти за океан культуры сибирской язвы и сапа. В последующем мыслилось применить эти культуры в качестве биологического оружия против животных, которые предположительно могли поставляться в вооружённые силы Антанты. В США Антон со своим братом Карлом организует лабораторию, в которой они работают над размножением опасных микробов. Предполагалось, что лошадкам на ноздри будет наноситься возбудитель заболевания. Планировалось также завербовать рабочих-стивидоров в Балтиморе, имевших доступ к лошадям, с тем, чтобы они провели вакцинацию лошадей. Стивидоры утверждали позднее, что они наносили некую жидкость на ноздри лошадям, для чего немецкие офицеры снабдили их как бутылками с жидкостью, так и резиновыми перчатками. Однако данных о вспышках заболеваний нет, потому трудно судить об эффективности применённого оружия. Гораздо более эффективным обещало быть другая метода подрывной войны -- информационно-идеологическая. Между 10 и 20 декабря 1915 г. Парвус провел несколько дней в Берлине, где обсуждал свои планы в министерстве иностранных дел и в министерстве финансов. Парвус получил обещание, что германское правительство ассигнует еще 1000000 марок специально на пропаганду в русской армии. Германский канцлер не принял тогда Парвуса, но Брокдорф-Ранцау сделал для Парвуса больше, чем мог бы сделать сам Парвус. В своем докладе министерству иностранных дел Брокдорф-Ранцау писал, что царь Николай II сам возложил на себя страшную историческую вину, вызвав войну, и не заслуживает никакого снисхождения со стороны Германии. Традиционной дружбе с Романовыми должен быть положен конец. Брокдорф-Ранцау писал: "Победа и ее вознаграждение - занятие первого места в мире - будут обеспечены за Германией, если нам удастся своевременно вызвать революцию в России, разрушив этим Антанту. После заключения мира внутренний развал в России для нас не будет иметь никакой цены, возможно, что даже будет нежелательным. Несомненно верно, что доктор Гельфанд (Парвус) не святоша и не желанный гость. Он, однако, верит в свою миссию и его компетентность выдержала испытание в революции 1905 г. после русско-японской войны. Я думаю поэтому, что мы должны использовать его, пока еще не поздно". 20 декабря 1915 года консул Германии в Алеппо Рёсслер сообщил рейхсканцлеру, что, исходя из общей оценки армянского населения в 2500000, оценка числа погибших в 800000 является вполне вероятной и может быть ещё выше. Одновременно он отметил, что если за основу оценки будет взята численность армянского населения в 1500000, то число погибших следует пропорционально уменьшить (то есть, оценка числа погибших будет составлять 480000). Провоцируя смуту в стане врага, Центральные державы исходили из того, что этот пожар не перекинется в их социальные системы и усиливали барьеры против возможных возмущений народа. 21 декабря 20 немецких депутатов от с-д голосуют в рейхстаге против одобрения военных кредитов, в следующем году они будут исключены из фракции, а в 1917 году -- из партии. В Австро-Венгрии установленный с первых дней войны режим военной диктатуры направлялся на подавление антивоенных настроений в стране и был нацелен особенно против славянских народов Австро-Венгрии. Общеавстрийский парламент -- рейхсрат -- в течение первых двух лет войны вообще не созывался. Западный фронт. В районе Хартманнсвиллеркопф 21-22 декабря имел место последний бой, после которого стороны окончательно решили перейти на юге Западного фронта к позиционной войне, не ведя здесь никаких боевых действий, кроме как артобстрелов. Всего за 1915 г. в ходе боёв в районе этой высоты потери сторон убитыми и ранеными достигли 15000 человек со стороны союзников, и столько же со стороны германцев. Итог этих боёв а Эльзасе был неопределённым. В Иране 9 (22) декабря российскими войсками был занят Кум. К этому времени одна часть войск корпуса Баратова вышла на северо-запад, а несколько позже на южные подступы к Тегерану. Выдвинутый в декабре из Туркестанского военного округа Хорасанский отряд обезвредил диверсионные группы врага, следовавшие через южный Иран к афгано-иранской границе. Хорасанскому отряду удалось также обезопасить левый фланг Кавказской армии от действий вражеских отрядов в этом регионе. Энергичное наступление русских войск в ходе Хамаданской операции позволило совместно с британскими подраздлениями (действующими на границе с Афганистаном) разгромить прогерманские отряды и предотвратило выступление Ирана на стороне Центральных держав. 22-23 декабря в Иране у оз. Урмия проходят тяжёлые бои отрядов Баратова с курдской конницей: была пресечена попытка последних переправиться через р. Джигота. Прошли также бои за Миндоабу, к курдам подошли подкрепления, и русским пришлось отсутпить в Кара-Топу. 23 декабря на минном заграждении под Виндавой погибли немецкие сторожевик "Фрейя" и эсминец S-177. Дай миллион! В декабре 1915 г. министр финансов Германии принял Парвуса, предъявившего свой грандиозный план. 21 декабря 1915 года посол в Копенгагене Брокдорф-Ранцау доносит рейхсканцлеру, что, по утверждению "д-ра Гельфанда", для полной организации революции в России требуется около 20000000 рублей. Для начала, однако, Берлин ограничился лишь небольшой частью этой суммы: 26 декабря министр финансов Германии К. Гельферих писал заместителю статс-секретаря иностранных дел А. Циммерману: "Стоит обсудить вопрос о предоставлении в его [Парвуса] распоряжение 1 млн рублей, который он просит для пропаганды. Если министерство иностранных дел считает этот расход оправданным и полезным, я не буду возражать. В этом случае я прошу Вас прислать заявление в обычной форме и сослаться на нашу личную договорённость". Сообщая МИД о своем впечатлении о встрече c Парвусом, министр финансов писал: "По-моему он слишком нафантазировал в своих планах, особенно в так называемом финансовом плане, в котором мы вряд ли сможем участвовать. С другой стороны, стоит обсудить вопрос о предоставлении в его распоряжение 1 млн руб., который он просит для пропаганды. Если Министерство иностранных дел считает этот расход оправданным и полезным, я не буду возражать". Только после этого статс-секретарь иностранных дел Ягов направил 26 декабря 1915 г. телеграмму германскому посланнику в Копенгагене Брокдорфу-Ранцау с разрешением выплатить 1 млн руб. из кассы миссии. При этом Ягов добавил: "Следует сообщить графу Ранцау, что д-р Гельферих (вице-канцлер) относится к фантастическому финансовому плану Гельфанда отнюдь не так сочувственно, как тот думает". 14 (27) декабря российская 9-я армия Юго-Западного фронта начали наступление против австро-венгерских войск на реке Стрыпе, в районе Тернополя, вызванное необходимостью отвлечь австрийцев от сербского фронта, где положение сербов стало очень тяжёлым. Наступление было организовано генералом Ивановым плохо: артподготовка длилась почти 2 недели, при этом было выпущено 34000 снаряда -- ничтожно мало для того, чтобы действительно подготовить прорыв фронта и слишком много для того, чтобы не привлесь внимание неприятеля. Кром того, Иванов запретил проводить разведку! Чтобы был "элемент внезапности"... Элемент внезапности прочувствовали на себе наступавшие -- внезапно тут и там они натыкались на укреплённые позиции врага. Потери 9-й армии составили 21975 человек. 28 декабря двинулась в наступление и 7-я армия. Наступление и здесь было неудачным: после многодневных боёв потери армии составили 24828 человек. Потери австро-германских войск неизвестны, российским войскам удалось захватить в плен порядка 3000 солдат неприятеля, до 10 орудий. Декабрьское наступление окончилось поражением российских войск. После того как сербская армия достигла берегов Адриатического моря, австрийской флот начал активные операции против портов Дураццо и Сен-Джовани-де-Медуа, в которые вступили отступающие сербы. Австро-венгерский флот и авиация, имевшие базу в Каттаро постоянно тревожили сербскую армию нападениями и обстрелами, помимо этого австрийские суда и подводные лодки нападали на транспорты с продовольствием, предназначенные для сербов. 28-29 декабря в Адриатике у побережья Албании состоялся морской бой, известный, как первая битва у Дураццо: силы австро-венгерского флота (7 вымпелов) возвращавшиеся с бомбардировок побережья Адриатики, занятого сербами, были атакованы силами французско-англо-итальянской эскадры (14 вымпелов). Несмотря на огневую поддержку береговых батарей Каттаро, австрийцы потерпели поражение, потеряв 2 эсминца, а также имея повреждения ещё двух кораблей. Союзная эскадра потеряла только 1 субмарину. 29-го декабря 1915 года Парвус получил свой миллион марок на поддержку революционного движения в России под расписку для отчета: "Мною 29 декабря 1915 получен один миллион рублей в русских банкнотах для поддержки революционного движения в России от германского посланника в Копенгагене. Д-р А. Гельфанд". Т. о., германская политическая разведка и финансовые органы тщательно и внимательно отслеживали целевые назначения и использование средств, выделенных на подрывную деятельность. На Итальянском фронте к концу декабря, несмотря на все усилия итальянской армии, важнейшие пункты обороны в районе Изонцо остались в руках австро-венгерской армии. В ходе Четвёртой битвы при Изонцо итальянцы понесли ощутимые потери, потеряв наиболее опытных и подготовленных солдат и офицеров. На Сербском фронте, вступив в пределы Албании, сербское командование приняло решение дать отдых измотанным отступающим частям в г. Скутари. Однако в конце декабря эта идея не была реализована, поскольку сербской армии угрожали части 2-й болгарской армии, взявшие Монастир и двигавшиеся в Албанию, на Эльбасан. Помимо этого части 3-й австро-германской армии развивали энергичное наступление против ослабленной черногорской армии и также угрожали отступающим с севера. На Западном фронте ещё в преддверии декабря появились чёткие приказы командиров союзников, направленные на то, чтобы предотвратить любое повторение прошлогоднего Рождественского перемирия. Отдельным подразделениям было предписано организовать рейды и атаковать вражескую линию фронта в этот день, в то время как артиллерийский заградительный огонь вдоль линии фронта в течение всего дня тоже должен был помешать возможному общению с врагом. Тем не менее, небольшое количество кратких перемирий произошло. Вдекабре 1915 года вместо Джона Френча командующим британскими экспедиционными войсками назначен генерал Дуглас Хейг. В Россиикомандование Северного фронта в донесении от 17 (30) декабря указывало, что в течение всей войны неоднократно фиксировались случаи применения германскими войсками разрывных пуль, по внешним признакам фабричной выработки. В конце 1915-начале 1916 гг. в России армянские добровольческие отряды были расформированы, и на их основе в составе русских частей были созданы стрелковые батальоны, которые участвовали в боевых действиях до конца войны. К концу 1915 г. Чешская дружина была развёрнута в Первый чехословацкий стрелковый полк имени Яна Гуса (штатной численностью ок. 2100 чел.). Германские каски. Поначалу германские войска использовали в полевых условиях традиционные знаменитые "пикельхельмы", которые изготавливались из кож. Поскольку война продолжалась, то запасы кожи в Германии истощались. В 1915 году несколько пикельхельмов были сделаны из тонкого стального листа. После прекращения импорта из Южной Америки, особенно из Аргентины, имперское правительство начало производить шлемы, сделанные из других материалов -- из кожзаменителя, плотной бумаги, прессованных картофельных очистков и даже из кожуры перезревших тыкв. В декабре немцы приступили к использованию пробных партий стальных шлемов. Шлемы, использованные до того, из кожи, меха или жести почти не защищали от ранений в голову от гранатных осколков, кроме того, "пикельхельмы", как известно, имели пику на маковке, а это демаскировало скрывающихся в окопах солдат -- пики обычно торчали над брустверами. В 1915 году немцы изготовили значительное число касок самых разнообразных форм, отстреляли их на полигоне и составили технические требования по их форме, толщине металла и весу. В результате, к началу 1916 года в Ганновере разрабатывается модель M1916, надолго ставшая новым символом немецкого солдата. Её форма и защитные качества были признаны лучшими среди воюющих стран. Для крепления подшлемника использовались три большие кнопки (кламеры), одна в затылочной и две в височных частях шлема. Помимо кламер крепления подшлемника, на каске этого образца были две выступающих втулки -- "рожки". Они служили для вентиляции (в них были сквозные отверстия) и к ним крепилась специальная налобная пластина, которая должна была, по мысли её изобретателей, усиливать защиту лобной части, предназначена для часовых и пулеметчиков. Такая навесная броня не оправдала надежд: даже если пуля с близкого расстояния и не могла пробить шлем, то сила её удара была такова, что не выдерживали шейные позвонки солдата. В Австро-Венгрии в 1915 г. между руководством "Союза освобождения Украины" и МИД Австро-Венгрии возникли трения и организации была сокращена финансовая помощь, в результате чего Союз перенёс свою деятельность в основном на территорию Германии. Союз вёл информационно-представительскую деятельность в Германии, Турции, Болгарии, Румынии, Италии, Швеции, Норвегии, Швейцарии. Издавались журналы агитационного характера - "Вісник Союзу визволення України" и др. На территориях, оккупированных немецкими и австро-венгерскими войсками, организовывалось школьное обучение на украинском языке. Полномочным представителем "Союза" в Берлине был один из основателей этой организации, А. Скоропись-Иолтуховский, один из основателей украинской социал-демократии, эмигрировавший в 1903 г. из России, и живший поначалу во Львове. В Берлине он активно сотрудничал с кайзеровскими спецслужбами и вёл пропаганду среди российских военнопленных. По окончании той войны он останется на ПМЖ в Берлине, в 1945 г. бует арсетован советскими спецслужбами. Умрёт в мордовском лагере в 1950 г. Мусульманский суфийский религиозно-политический орден Сенусия начал вести боевые действия против итальянцев в Ливии ещё в 1911 году. Наткнувшись на сильное сопротивление сенуситов итальянцы не добились больших успехов -- к 1914 году они контролировали лишь побережье, а максимальной точкой продвижения экспедиционного корпуса вглубь страны был город Мурзук. С началом Первой Мировой войны сенуситы получили новых союзников в борьбе против итальянцев, Османскую и Германскую империи. Ценой такого союза стала необходимость вести войну на два фронта -- в декабре 1915 года синуситские отряды вторглись в Британский Египет, где потерпели сокрушительное поражение.
В странах, участвующих в войне, ухудшается экономическая ситуация. В городах и промышленных районах Австрии со второго года войны воцарился настоящий голод. С начала Первой Мировой войны в России объём продовольствия, необходимый для обеспечения снабжаемого государством населения, быстро рос, в то время, как посевные площади, производство и запасы неумолимо снижались. Соответственно, в условиях свободного рынка, росли и цены на продовольствие -- по сравнению с 1913 годом цена в 1915 году выросла в 1,8-2 раза. Если в начале войны нужно было кормить всё увеличивающуюся в размерах армию -- 6500000 человек (на конец 1914), 11700000 человек (1915), то с 1915 года государству пришлось взять на себя обеспечение и беженцев, гражданского населения ряда городов и, частично, губерний.

В странах в связи с войной наблюдаются регрессивные процессы. В России в военные годы имело место падение производства продовольствия, но оно было не настолько значительным, чтобы само по себе привести к голоду. Кроме того, благодаря урожаю 1915 года, самому большому за десятилетие, душевое потребление в тылу в 1915 году даже превзошло довоенное. Также падение производства было частично компенсировано запретом на винокурение и на экспорт хлеба. Сокращение посевных площадей отразилось на разных типах хозяйств неравномерно. Составлявшие большинство российской экономики крестьянские общины сократили посевные площади незначительно, а крупные частновладельческие хозяйства, ориентированные в первую очередь на производство хлеба на рынок, пережили нехватку рабочих рук гораздо более болезненно и сократили посевные площади в среднем вдвое. Это привело к тому, что при общем незначительном падении производства его товарность снизилась гораздо сильнее. Во второй год войны продовольственные заготовки начались в условиях хорошего урожая. Нужно было заготовить 343000000 пудов хлеба, в том числе 92 % для нужд армии. Но несмотря на хороший урожай, хлеб поступал на рынок крайне слабо. Поэтому военными властями стали применяться реквизиции. За декабрь германские подводники потопили на Сердиземноморье 17 торговых судов Антанты (порядка 75000 тонн). Австрийский подводник капитан-лейтенант Макс Валентинер потопил пассажирский лайнер "Персия", погибло 343 человека, что усиливало негативное мнение о проводимой Четверным союзом неограниченной подводной войне. Всего за 1915 год австрийские подводники потопили 22568 тонн торгового флота Антанты (в 1914 году -- только 13 тонн). Человек с фаготом. В сентябре 2011 г. по немецким центральным телеканалам был показан уже упоминавшийся фильм с вышеприведённым названием -- подслащённая немецкая романтическая история, большой частью сюжета которой является поветсвование о тяжёлой судьбе предков Удо Юргенса в России. Представляется весьма странным, что в кинофильме совершенно не упоминаются факты биографии дедушки У. Юргенса, которых мы должны по их связи с событиями то войны коснуться здесь и в дальнейших частях нашего исследования. В 1915 г. сосланный в Сибирь Генрих Бокельманн получает разрешение на поездку в Москву, в ходе которой он бежит из из России в Стокгольм, где уже находится его выехавшая из России семья. Очевидно, Бокельманн понёс крупные коммерческие потери в результате войны, предположительно исходя из мотива возвращения потерянного капитала он выходит на МИД Германии с инициативой выступать инфоматором этого ведомства о делах в России и даже стать агентом влияния. Биография Бокельманна (ставшего с момента своего переезда в 1892 г. в Россию состоятельным совладельцем банка "Юнкера" и др.) позволяет препдоложить, что и ранее он мог иметь контакты со спецслужбами кайзера, а может быть и выполнял кое-какие задания. Достоверно этого утверждать нельзя, тем не менее, инициатива, проявленная герром Бокельманном - создать некую группу политического влияния и факт акцепта такой идеи германской политической разведкой - говорят за то, что такого рода деликатные вопросы большой политики придирчивые служащие немецкой разведки, а особенно казначейства, не стали бы обсуждать со случайным человеком. В дальнейшем он остаётся в Швеции, откуда посылает в МИД Германии информационные сообщения о положении в России, а также проводит ряд других интересных мероприятий, к которым мы вернёмся в 1916 году. МИД выражает согласие профинансировать сеть информаторов герра Бокельманна в России. В 1914-15 гг. германская разведка хорошо поработала в США. Проводились как диверсии прямого военно-политического значения, так и, главным образом, военно-экономические. Активно действовала агентура Франца фон Ринтелена, например, который вбухал в забастовки на военно-стратегических заводах порядка US$500000. Деньги эти пошли главным образом Дэвиду Ламару, известному под кличкой "Волк Уолл-стрита". Действуют и другие агенты. Германские и британские контрвлияния в американской политике вынуждали администрацию Белого Дома в конце концов выбирать чью-то сторону, и помимо прочего потопление "Лузитании" было тяжёлым аргументом против германских устремлений в США. В декабре 1915 г. В. Вильсон инициировал акцию, направленную против германского влияния (главным образом шпионажа) в США: по его требованию все немецкие военные и военно-морские атташе должны быть отозваны. Однако, этой репрессалии каким-то образом удалось избежать Карлу Бой-Эду. Личность эта крайне примечательна: до войны он сделал успешную карьеру в кайзерлихемарине, став капитаном-цур-зее. Его покровителем был сам госсекретарь ведомства рейхсмарине Альфред фон Тирпиц. В 1906-09 гг. Бой-Эд служил в этом ведомстве не где-нибудь, а в разведслужбе, являясь её шефом. Будучи назначенным военно-морским атташе в посольство Германии в США в 1911 г., он сумел завести круг обширных связей в высшем обществе США, в который входил и Фрнаклин Делано Рузвельт, замгоссекретаря по военно-морским вопросам в администрации Вильсона. В возглавлявшем германский шпионаж в США трио фон Папен, Бой-Эд, Альберт, Бой-Эд играл далеко не последнюю роль. Трио это предпринимало, например, усилия по стимулированию стачек на транспорте, а также и диверсий-взрывов на транспорте (на Велландканале, железнодорожном транспорте), по которому шли стратегические поставки из США в Канаду и Великобританию. Спецслужбы Германии. Ранеее мы уже неоднократно обращали внимание на многочисленные (но, очевидно, далеко не все имевшие место быть) факты деятельности германских спецслужб. Читатели, интересующиеся отдельными вопросами, курировавшимися германской разведкой, также встречают в исследованиях упоминания об этих безликих органах шпионажа. Если в странах победителях в той войне, США, Великобритании, Франции и др. известно довольно много о деятельности агентуры германской разведки, многие шпионы были там раскрыты и нейтрализованы, то этого нельзя сказать о России. И до сего дня мы не знаем толком, что же за аппарат был задействован против нашей страны. Мы не знаем конкретных шпионов, резидентов, агентов германских спецслужб. Мы не знаем их операций. Между тем, как мы уже могли видеть (и как мы ещё не раз увидим) в России имели место быть инциденты и события, которые в других сранах Антанты ни в коем случае не остались бы без внимания их спецслужб -- французского Второго бюро, Сикрит сервис США, британского Скотлэнд-Ярда и многочисленных иных служб конрразведки. На фоне имеющейся в открытых источниках информации об эпизодах саботажа и шпионажа на территории стран-победительниц в той войне сведения о деятельности германских спецслужб в России представляют собою "белое пятно" в истории. Это не случайно: Россия потерпела поражение в той войне (в большой части из-за деяельности германских спецслужб), и потому мы не можем назвать практически ни одного случая раскрытия, ареста, суданад агентурой германской разведки (или разработки спецслужбами России раскрытых агентов). Всё было бы по-другому, если бы Россия довела войну до победы. Противника (тем более победившего) надо знать, потому тут мы коснёмся тех немногих знаний, которые можно найти в имеющихся открытых источниках. Тем, кто пытается заниматься такими вещами, следует иметь в виду, что вряд ли удастся воссоздать картину, столь же достоверную, сколь получается увидеть из открытых источников в странах бывшей Антанты -- разведка Германии победила спецслужбы России, и агенты и каналы действия её агентуры так и остались нераскрытыми (что является показателем эффективности и результативности деятельности ведомств шпионажа нашего противника). Здесь мы попробуем систематизировать те крохи наших знаний о спецслужбах Германии, которые можно почепнуть в общедоступных источниках по таким вопросам. Надо иметь в виду, что если нам издавна и усиленно пытаются вжевать сласть про то, что якобы "не было" в России немецкого шпионажа, то это либо простодушное заблуждение убеждающих либо сознательное введение в заблуждение. Как мы видели (и ещё не раз увидим) в России имели место факты и инциденты того же порядка, что и в сранах Антаны, но причины и виновники таких событий достоверно, методами оперативно-розыскных действий или методами судебного преследования (в отличие от США, например) не в едином случае не установлены. Это признак тяжелейшего поражения. Посмотрим же системно и в персоналиях на тех, кто мог стоять за такими эпизодами той войны (к которым мы вернёмся в соответствующих главах), как взрыв на "Императрице Марии", Казанская каастрофа, Июльские дни и т. п. Начнём наше исследование в дней наших, они ведут непосредственно в то прошлое, которым мы тут занимаемся. Военная разведка Германии: Отдел III В. 10 сентября 2001 г. Главная военная прокуратура РФ вынесла заключение о том, что немецкий военный деятель генерал-майор Фридрих Гемпп был полвека тому назад привлечён к уголовной ответственности необоснованно, по поличтическим мотивам. В общем, реабилитировали генерал-майора. Познакомимся с его биографией повнимательнее. Задержан герр Гемпп был в 1946 г. сотрудниками "Смерша" в Ростоке, содержался он в Бутырках, где и скончался от паралича сердца в апреле 1947 г. Человек это был непростой: в 1942-43 гг., например, он был судьёй т. н. Народного суда в гитлеровской Германии. Но это была, видимо, "общественная нагрузка", занимался генерал-майор и другими, куда более серьёзными делами, чем уголовное прследование по нацистским законам. Поскольку он был человеком военным, то в годы Второй Мировой войны он был на службе в Вермахте. Не где-нибудь, а в службе зарубежной разведки Верховного главнокомандования Вермахта. Как гласят его биографические данные, с 1939 г. по май 1943 г. Факты, которые говорят сами за себя -- человек это был вовсе не простой. Мы не будем тут углубляться в подробности его деятельности в годы Второй Мировой войны, в целях наших скромного интереса достаточно уже упомянутого, чтобы сделать вывод: герр Гемпп был птицей знатной и знающей такое дело, как немецкая разведка. Читаем далее биогрфию "репрессированного" герра Гемппа и обращаем внимание на такую вещь -- его называют военным писателем. Однако, книг этого писателя, как-то не сыскать, но имеется скупое упоминание, что написал он, ни много ни мало, 12-томный труд под названием "Военная разведка и контрразведка". Официально, с 1927 по 1944 гг. он занимался изучением истории германской разведки и контрразведки при Военном министерстве Германии. Труд этот как-то сегодня не на слуху, да и вообще его не сыскать в продаже или в библиотеках, а ведь в нём, наверняка, есть немало вещей, которые было бы полезно знать жителям страны, потерпевшей поражение в Мировой войне. Упомянем тут всё то немногое, что нам известно об этом немалом труде. Оказывается, труд этот (известный также под названием "доклад Гемппа") был в нацистской Германии строго для внутреннего пользования (что фактически означает, был под грифом секретно). И это не пустые слова -- лишь после поражения гитлеровской Германии в войне, в 1945 г. труд этот попал в руки американцев, и они по изучении "доклада Гемппа" смогли, например, наконец идентифицировать личность упоминавшейся уже Мадмуазель Доктор. Веротяно много ещё каких секретов смогли они выведать благодаря этому писательскому труду, очевидно, далеко не все из них преданы огласке: до середины 1970-х годов 12-томник находился в США, и доступ общественности к нему был закрыт. В 1970-е гг. его возвращают в Германию, помещают его в Военный архив Фрайбурга, главный архив Бундесвера. Судя по всему, с тех пор труд этот так и остаётся в весьма ограниченном доступе. Для более или менее ясного представления о том, какую работу провели или могли провести германские спецслужбы против России в ходе подготовки к Первой Мировой войне, а также в её ходе было бы крайне интересно ознакомиться с этим трудом. Однако, судя по всему, на русском языке его нет (по крайней мере в открытом доступе), а на немецком или английском языке его также не публиковали. Между тем, речь в нём идёт, если верить тому, что упоминается в немногочисленных комментариях об этой работе, об истории германской военной разведки за период 1866-1918 гг. Как видим, "репрессированный" военный писатель генерал-майор герр Гемпп был крайне непростым человеком. Действительно, в 1920 г. обер-лейтенанта Гемппа призвали в рейхсвер для создания распущенной вроде бы после поражения в войне военной разведки Герамнии. Он и создаёт её под известным нам из советских фильмов названем Абвер: 01 января 1921 г. Упрятана была Группа Абвер в Отделе армейской статистики Т 3 Ведомства войск. Герр Гемпп возглавлял Абвер до июня 1927 г. Здесь мы начнём копать с другой стороны: посмотрим, как палачь "Народного суда", пардон, "репрессированный" военный писатель пришёл к исходному пункту создания Абвера. Родился герр Гемпп в 1873 г. в г. Фрайбург. В 1893 г. начал военную карьеру в 132-м пехотном Нижне-Эльзасском полку. В этом полку он получил патент адьютантсофицера и судебного офицера. В 1903-06 гг. он обучался в Прусской военной академии. Далее занимал различные посты в армии, в том числе был и абверофицером 1-го армейского корпуса (в Восточной Пруссии). По мобилизации на войну в 1914 г. он занимает пост абверофицера в генштабе командования 8-й армии (вероятно, он не в последнюю очередь приложился к организации радиопрехватов незашифрованных радиограмм наступавших в Пруссии 1-й и 2-й армий). Далее он идёт в разевдведомстве на повышение -- в 1915 г. служит уже в штабе Обер-Оста. Очевидно, он делает успехи по службе, и в 1917 г. он уже является абверофицером начальника Генштаба и замом начальника Отдела III В -- самого Вальтера Николаи. В таковом качестве он и встречает окончание войны, после чего уже зачинает в Веймарской республике Абвер, а во Вторую Мировую войну рианимируется в весьма интересных качествах, которые Военная прокуратура РФ считает сегодня обстоятельствами, исключающими вину. В общем, на сегодня официально герр Гемпп -- незаконно репрессированный военный писатель.
Далее посмотрим на биографию Вальтера Николаи. Здесь мы пойдём более простым пуём -- будем шагать хронологически. Выходей из семьи прусского капитана, уроженец Брауншвейга, как и его будущий зам Гемпп он 20 лет от роду начал военную карьеру в 1893 г. В 1901-04 гг. он проходит обучение в Военной академии Берлина. Геншаб направляет его в командировки, особенно интересно тут то, что предпринимает он в ходе этих командировок поездку в Россию и свободно говорит по-русски. Характеризуется данный офицер, как ультраконсервативный, преданный кайзеру, аполитичный офицер. Утверждается, что карьеру в Отделе III В кайзеррейха он начал в 1906 г. Он возглавлет военный разведцентр в Кёнигсберге, преобразовав его в главный штаб шпионажа против России. Далее в начале 1913 г. он идёт на повышение и возглавляет уже и сам Отдел III В. Отдел III В является непосредственным предшественником Абвера, равно, как и В. Николаи являлся предшественником Гемппа в качестве шефа военной разведки Германии, занимая этот пост с 1913 по 1919 гг. В. Николаи с самого назначения в 1913 г. энергично готовит своё ведомство к предстоящей войне -- о конкретных эпизодах этой деятельности, к сожалению, в открыых источниках не упоминается. В общем же утверждается, что по любым вопросам вербовки, добычи информации и т. п. он всегда строго требовал от своих подчинённых внятного ответа на принципиальный вопрос: какую пользу принесёт это для предстоящей войны? Когда Эрих фон Людендорф стал Генерал-квартирмейстером Германии, Отдел III В под руководством В. Николаи расширяет свои функции, взявшись также за дело тайной внутренней полиции. Николаи тут дейтствует столь же энергично, сколь энергично он проявлял до тех пор себя в качестве начальника военной разведки: отечественная самодисциплина и воля к военной победе являются тут фундаментальными принципами деятельности. В СМИ могут публиковаться только информационноые сообщения о военных событиях, одобренные офицерами III В. В стране создана сеть агентов III В, действующих в фирмах, ведомствах и общественных кругах. Сотрудники отдела III В взяли под контроль пропаганду распространения среди населения военных займов, по инициативе Николаи организуется реакционная шовинистская партия Отечество. Информационно-идеологический аппарат, контролируемый Отделом III В целенапралвенно работает над созданием общественного мнения против левых и умеренных политиков. Когда Рейхстаг надумал обсудить возможность заключения мира на условиях отказа от военно-политической победы аппарат Николаи организует кампанию "народного возмущения". На пресс-конференциях шеф Отдела III В требует от журналистов поддержки лозунга победы в войне. Информационно-идеологических аппарат, созданный В. Николаи снискал ему в немецком обществе репутацию "отца лжи". По окончании войны шеф Отдела III В был отправлен на пенсию, оставшись не у дел, он пише книгу о своей деятельности в разведке. Однако во времена Гитлера служебный его опыт оказался более, чем востребованным, и с 1 апреля 1936 г. он в структуре Рейхсинститута новой истории Германии занимается исследовательской работой на тему "Политическое руководство в Мировой войне", в рамках которой он проводит систематизацию соответствующих материалов и "опросы руководящих лиц настоящего времени". После войны он был арстован органами безопасности СССР, умер в Бутырке. В 1999 г. он, разумеется был реабилитирован -- Военной прокуратурой РФ. Ещё один "репрессированный" писатель. Мы располагаем крайне скупыми и общими комменариями относительно деятельности Николаи (хотя прошло уже 100 лет со времён войны, в которой он возглавлял военную разведку Германии), но меня лично поражают те личности, которые упоминают послевоенные показания В. Николаи. Некоторые, например, самодовольно прописывают, что вот-де Николаи же внятно сказал, что о деятельности Ленина на германскую военную разведку ему ничего не было известно. От такого кукарекания создаётся впечатление, что либо заявляющие это пытаются прикинуться олухами либо они пытаются из читаелей сделать таковых. Ведь уже из одного того, что их свидетель считался в Германии "отцом лжи" можно дать справедливую цену показаниям В. Николаи. Само собой, что хоть сколько-нибудь трезвомыслящие люди должны принять в учёт и то, что Николаи был не простачком с улицы, а шефом военной разведки, при том ещё и более, чем убеждённым врагом России, знавшим своего противника очень хорошо. Надо принять в учёт и то, что как-то о конкретных эпизодах деятельности Николаи, об акциях шпионажа под его руководством, особенно против России, нам не известно НИЧЕГО! При том, что "отец лжи" давал-таки какие-то показания в Бутырках. Предшественником В. Николаи на посту начальника Отдела III В в 1910-13 гг. был герр Август Вильгельм Гейе. Подробностей его биографии мы касаться не будем, упмоянем тут только некоторые интересные на наш взгляд обстоятельства. После начала войны он был начальником штаба ландверного корпуса Войрша, участвуя в боях на Восточном фронте до сентября 1917 г., т. е. всё время активных боевых действий против России. Как видим, все три начальника военной разведки Германии в предвоенный (Гейе, Николаи), военный (Николаи) и послевоенный (Николаи, Гемпп) периоды были во время войны активно задействованы непосредственно на Восточном фронте. Вряд ли это является совпадением, при том, что у нас имеется недостаток сведений о конкретных фактах шпионажа против России, из вышеуказанного обстоятельства можно сделать вывод, что военная разведка Германии была задействована прежде всего против России. Действовала она успешно, поскоьку Россия потерпела поражение, а каких-то конкретно установленных эпизодов шпионажа мы назвать не можем. Всё было как бы "понарошку". Вот потому-то мы и потерпели поражение в той войне. Формально Отдел III В был организован в 1889 г., первоначально называясь Секцией в Генштабе. В немецких источниках утверждается, что первоначально эта Секция (так и напрашивается - секция любителей цветоводов! Или орнитологов. Или юнатов!) занималась только контрразведкой, а разведзадания поручались только в исключительных случаях. Видимо, таике исключительные случаи приобретают очень быстро характер правила, и в 1893 г. основываются разведцентры в Гумбиннене, Ярощине, Кемпене, Люблинице, Лыке, Сольдау, Торне. Догадайтесь по географии этих пунктов, для каких целей? Правильно. Для разведки в отношении России. К Первой Мировой войне в Отделе III В действуют отделы прессы, пропаганды, разведки, контрразведки. В 1915 г. структура Отдела включала в себя следующие подразделения. I. Мобильный отдел III В: разведка; контрразведка и операции на оккупированных территориях; пресса; нейтральные военные атташе; III В Запад, III В Восок, III В Обер-Ост, III В Берлин. II. Представительство Отдела III В (Берлин): политика; разведка; контрразведка в Германии; пресса. III. Ведомство военной прессы: справочный отдел; отдел высшей цензуры; зарубежный отдел. В современных немецких источниках отмечается, что часто в работе военной разведки имели место просчёты (общую причину тут видят в неотработанности направлений добычи информации и анализа добытого). Всё это общие комменарии, без конкретных случаев. А из общей картины боевых действий мы видим, что и у противников имелись просчёты, и как правило, спецслужбы Антанты проигрывали Отделу III В сражения на невидимом фронте. Очевидно, не случайно в современных же немецких источниках делается акцент, что в 1917 г. Отдел III В трансформировался в мощный аппарат политической полиции (какого до тех пор в Германии никогда не было) -- мы объясняем это тем фактом, что именно в 1917 г. были запущены в активную фазу методы информационно-идеологической войны, которые дали наиболее катастрофические результаты в России. Естественно, кайзер надеялся, что его инфомационно-идеологический и оперативно-сыскной аппарат поставит крепккий барьер на пути волн информационно-идеологических эффектов, расходящихся кругами общественного волнения из наиболее опасного эпицентра масштабного применения этой технологии, Петрограда. Надо сказать, что Отдел III В длительное время вносил свою немалую лепту.http://yknoweve.ucoz.com/news/pervaj...2013-08-18-130
ONDERMAN, Klerkon и Cyanide сказали спасибо.
__________________
«Мы воспринимаем слово, как нечто внешнее, однако оно есть только ментальная конструкция реального опыта внутри нас». (Рене Магритт)
старый 17.07.2014, 14:02   #87
banned
 
Регистрация: 08.2005
Проживание: Лес
Возраст: 34
Сообщений: 5.817
Записей в дневнике: 17
Репутация: 61 | 0
По умолчанию

Русские укрепления

Русские укрепления вдоль германской и австрийской границ были основательно подготовлены к обороне в общем только после аннексии Боснии и Герцеговины, совершенной Австрией по соглашению с Германией. Укрепления, построенные между 1880 и 1890 гг., должны были обеспечить русские армии со стороны Германии и Австрии в период их медленной мобилизации и сосредоточения.
На севере город Либаву предполагали превратить в самый важный военный порт Балтийского моря, так как доступ к другим портам часто закрывался льдами. На оборудование Либавы русские израсходовали с 1895 по 1909 г. много миллионов, но после падения морского могущества в войне с Японией они значительно замедлили сооружение укреплений этого порта. Кроме того, в России сложилось впечатление, что Либава не в состоянии долго сопротивляться грозному германскому Флоту открытого моря. Поэтому в 1910 г. было решено не считать более Либаву военным портом.
Далее на юг естественную оборонительную линию образуют течения рек Немана, Бобра и Царева. На Немане находились в качестве опорных пунктов и тет-де-понов крепости Ковна,



Цитата:
Ковно, являясь узлом дорог и железнодорожной переправой при слиянии pp. Немана и Вилии, запирала вероятное движение немцев на Вильно и находилась во фланговом положении относительно возможной операционной линии немцев на Ригу, откуда и вытекало громадное маневренное значение этого пункта, в котором с 1883 г. начали созидать крепость. Однако первоначально решено было укрепить Ковно как тет-де-пон и потому ограничиться одной линией фортов. По этой причине, первоначально возведенные форты на юго-западном секторе № 1,2 и 3 были расположены в удалении от железнодорожной переправы на 3—4 км. Таким образом, после постройки следующих фортов — №4, 5, 6, 7 и 8 — крепость имела поперечник около 8 км, а обвод — около 25 км.
Первые 7 фортов и расположенные между ними 9 промежуточных батарей строились в период до появления фугасных снарядов или только в первые два года их появления, когда в точности в России не знали результатов опытов стрельбы ими по фортификационным постройкам за границей: поэтому эти сооружения были возведены по правилам кирпичной фортификации. [264] Форт VIII (у д. Линково) строили в 1889 г. По приказанию тогдашнего военного министра Банковского, форт этот был спроектирован по типу форта Глинки-Янчевского, т. е. с гласисообразным валом, переходящим в треугольный ров, заполненный одной проволочной сетью, и не имевший каменных одежд, но в горже форта возвели не кирпичную казарму, как это было в типе Глинки-Янчевского, а бетонную, как в типе профессора Величко, с той лишь разницей, что к этой казарме не было пристроено промежуточного капонира, а своды ее имели толщину в 2,7 м с значительной толщей земляного слоя. К концу 90-х годов во рву этого форта была установлена трехрядная железная решетка Ощевского-Круглика.
Одновременно почти с постройкой в Ковно Линковского форта возник вопрос и об устройстве в крепости центральной ограды. Но так как к этому времени и в заграничном и в русском крепостном строительстве отказались уже от оград прежнего типа в виде непрерывных крепостных фронтов, то в Ковно стали возводить ограду нового типа — в виде земляных опорных пунктов и соединяющих их валов гласисообразной профили с треугольными рвами, получающими фронтальную оборону с вала и фланговую с опорных пунктов. Участок такой ограды был первоначально построен на левом берегу р. Неман, в удалении от переправы около 2-х км. Затем несколько позже такой же участок ограды возвели и на правом берегу Немана, включив в этот участок в качестве опорных пунктов также форты VII и VIII. Таким образом, крепость создалась необычным до того времени порядком — от периферии к центру.
В 1898 г. крепость, имевшую первоклассное значение, решили расширить, но расширение это начали не с юго-западного фронта, который по стратегической обстановке считался вероятнейшим фронтом атаки, что и подтвердилось в мировую войну, а с северного фронта, мотивируя это тем, что на этом фронте форт № 8, входивший по первоначальному плану в фортовый пояс, оказался опорным пунктом ограды, фортового же пояса на этом фронте фактически не было. Для создания такового избрана была линия: Ромайне — Кумпе — Лонтайны, и на этой линии первый форт был возведен у фольварка Кумпе и получил название форт № 9. Он был расположен в расстоянии около 5 км от переправ и устроен по типу форта профессора Величко, спроектированному в 1897 г. и описываемому ниже, отличаясь только пятиугольным начертанием в плане и соответствующим распределением казематированных построек применительно к данной местности; толщина же сводов и стен, наличие сквозников и прочие детали были аналогичны с теоретическим образцом. По экономическим соображениям постройкой форта № 9 [265] и ограничились в отношении расширения крепости. В XX столетии вплоть до 1913г., когда было приступлено к расширению крепости уже по новому плану, составленному в 1912г., работы в Ковно ограничивались переделкой старых фортов и их ремонтом.
Следует еще добавить, что Ковна была единственная сухопутная крепость, в которой довольно широко была развита и хорошо применена к местности сеть крепостных железных дорог общим протяжением сначала около 18 км, а в военное время и еще более.

В. Яковлев "История крепостей".
Олита и Гродна; среди болот на Бобре возвышалась крепость Осовец,



Цитата:
Осовец являлся пограничной крепостью-заставой, расположенной в одном переходе от бывшей границы Восточной Пруссии. Он запирал Граево-Брестскую железную дорогу и преграждал таким образом ближайший и удобный доступ к важному в стратегическом отношении Белостокскому железнодорожному узлу. Заключая в своих руках переправу через р. Бобр, известную под названием Шведский брод, он одновременно являлся удобным плацдармом для перехода наших войск" в наступление на Граево-Лык, для вторжения в пределы Восточной Пруссии. В главе XXVII было указано, как начал созидаться Осовец и во что вылилось устройство крепости к началу XX столетия. Здесь остается указать, что было сделано в течение всего промежутка времени от начала XX столетия до начала мировой войны, а равно во время последней.
До 1912г. крепость подвергалась только частичным совершенствованиям ее отдельных элементов, но с этого года в ней начались значительные работы, имевшие главным образом целью обеспечение крепости более значительным количеством безопасных от бомб помещений, для чего многие уже имевшиеся в крепости казармы и убежища были надлежащим образом усилены и дополнены новыми, которые по конструкции своей могли оказывать сопротивление 28-см, 30,5-см, а возможно, что и 42-см снарядам. В первом убедил боевой опыт, в последнем он не убедил только потому, что не было ни одного чувствительного попадания таких снарядов ни в один из новых казематов. [371]
Наиболее крупным опорным пунктом всей крепостной позиции являлось Центральное укрепление или форт № 1. Он имел в плане начертание неправильного пятиугольника с вынесенным в северо-восточном направлении равелином. Фасы форта имели полигональное и кремальерное начертания. Благодаря своей большой площади (около 1 кв. км) и большому количеству казематированных помещений, форт выдержал жестокую бомбардировку в феврале 1915 г. и до конца осады сохранил обороноспособность. По обнаруженным воронкам и разрушениям инженеры и артиллеристы крепости считали, что по форту было выпущено свыше 1000 снарядов калибром от 21 см, из них было 60 попаданий одних 42-см бомб: только одна из этих бомб попала в бетонную казарму, но дала неполный взрыв, благодаря чему повреждение выразилось только в наружном отколе [372] у карниза лицевой стенки. Земляные части форта пострадали весьма значительно, равно как отдельные участки рва и железной решетки в нем. Сильно пострадал также на форту броневой наблюдательный пост. Постройки новых конструкций хорошо выдержали попадания снарядов от 21-см до 30,5-см калибра.
Шведское укрепление (форт № 3) имело в плане начертание правильного пятиугольника. Это был форт 80-х годов, но с некоторыми усовершенствованиями.
Промежуток между фортами № 1 и № 3 был укреплен долговременно и состоял из участков северного оборонительного гласиса и укреплений на Скобелевой горе. Северный гласис имел высоту в 2—3 м, а заложение — в 50—60 м. Перед гласисом проходил водяной ров шириной в 20—30 м, глубиной до 2 м; впереди рва была расположена устроенная в мобилизационный период проволочная сеть шириной в 8—10 м. В гласисе в различных местах были врезаны барбеты для противоштурмовых пушек и пулеметов, а также устроены пять бетонных убежищ. Скобелева гора представляла собой возвышенность, господствующую над долиной р. Бобр. На горе устроено было несколько броневых артиллерийских наблюдательных постов, бетонное убежище на 1/2 роты пехоты, бетонный пороховой погреб, а в 1913г. была закончена устройством броневая вращающаяся башня системы Шнейдера с 15-см гаубицей, вделанная в бетонный массив с убежищем для прислуги и пороховым погребом на 2000 выстрелов. В мобилизационный период Скобелева гора была обращена в сильный опорный пункт устройством нескольких рядов окопов, широких проволочных сетей и [373] тяжелых блиндажей. Позади северного гласиса было устроено 5 бетонных батарей для орудий борьбы с осадной артиллерией и 11 временных батарей. Все батареи были вооружены пушками и гаубицами не свыше 15-см калибра.
С южной стороны между фортами № 1 и 3 был расположен южный соединительный гласис такой же профили, как и северный. В гласисе было врезано 3 бетонных убежища.
Холмистая, поросшая сосновым лесом площадь между северным и южным гласисами и между фортами № 1 и 3 образовала крепостной плацдарм, на котором были размещены центральные пороховые погреба и все важнейшие необоронительные постройки, как то: казармы, госпиталь, склады, городок и пр.
Промежуток между фортами № 3 и 4 представлял собой слегка всхолмленную, покрытую мелким сосновым лесом и кустарником местность с резко выраженными тактическими ключами в виде Лысой горы на фронте и Собачьими буграми в тылу. На Лысой горе еще в 1913 г. было установлено два броневых артиллерийских наблюдательных поста; в мобилизационный же период здесь была возведена целая позиция. Укрепление Собачьих бугров вынуждалось опасением глубокого обхода форта № 4 и атакой форта № 3, минуя форт № 4; это укрепление состояло в возведении ряда окопов с проволочными сетями, но ни убежищ, ни фланкирующих построек здесь возведено не было. Сведения о форте № 4 приводились в главе XXVII. Здесь только надо дополнить, что в 1913 г. в северо-западном углу форта было построено убежище для пулеметов с покрытием в 2,4 м бетона на 15-см двутавровых балках. В том же году в южной части казармы был вделан бетонный массив с броневым артиллерийским наблюдательным постом. В мобилизационный период у подошвы гласиса была устроена 9-рядная проволочная сеть на железных кольях, вделанных в бетонные столбики.
С 1913 г. слабые сами по себе в отдельности форт № 4, расположенная вблизи него Круглая батарея и оборонительный гласис с дополнительными постройками, возведенными на высоте 9,8, связаны были в одну довольно стройную общую систему в виде как бы расчлененного форта большой площади. В период мобилизации вся эта система была усилена устройством временных убежищ для гарнизона и пулеметов. Круглая батарея была использована как пехотная позиция с установкой в ней лишь противоштурмовых орудий; наконец вся группа была окружена двумя полосами проволочных сетей на железных и деревянных кольях.
Крепость дополнялась с севера так называемой Заречной позицией, в состав которой входили форт № 1 (Заречный), прифортовая позиция между фортом и Рудским каналом и полевая [374] позиция по Рудскому каналу, от железнодорожного моста через него до р. Бобра. Заречный форт был типичным фортом 80-х годов. Он имел в плане начертание вытянутого пятиугольника с выступающими капонирами для фланкирования водяных рвов.
Прифортовая позиция представляла собой гласис, усиленный водяным рвом шириной 30 м и глубиной 1,5 м. В гласисе были врезаны 3 бетонных убежища: 2 — для гарнизона и 1 — для силовой станции.
Позиция по Рудскому каналу состояла из отдельных окопов с проволочными сетями по обоим берегам канала.
В описанном виде крепостная позиция имела протяжение 6,4 км и глубину в среднем километра 2.
В мобилизационный период и затем с началом военных действий, особенно с октября 1914 г. по февраль 1915г., крепость была в значительной степени расширена как в глубину, так и в длину созданием новых позиций полевого характера.

В. Яковлев "История крепостей"
а течение Нарева прикрывалось укрепленными городами Ломжа, Остроленка, Рожаны и Пултуск.

На Висле большие крепости Новогеоргиевск



Цитата:
Новогеоргиевск к 1909 г. представлял собой крепость старого устройства, с фортовым поясом протяжением около 29 км при поперечнике в 9 км. На правом берегу Вислы имелась цитадель с внутренним ретраншаментом, и впереди нее ограда. Все это были постройки 40-х годов XIX века (см. фиг. 78). [369]
Затем километрах в 2—3 впереди ограды в 80-х годах были построены форты: № 1 (Закрочим), № 2 (Коссево) и № 3 (Помехово), причем между Закрочимом и Коссево было около 5 км, а между Коссево и Помехово 2 км. С юго-восточной стороны между Наревом и Вислой продолжение ограды составляли Ново-Дворский люнет и редан, впереди которых, в 5—6 км находились форт № 4 и четыре Завислянских форта: № 5 (Дембино), № 6 (Николаевка), № 7 (Цибулице) и № 8 (Грохале), из которых форты № 7 и № 8 были всего в расстоянии 1 км друг от друга. Эти форты были тоже постройки 70—80-х годов XIX века, но в конце 80-х годов они были бетонированы, а в 90-х годах дополнены несколькими новыми бетонными казематами со сводами толщиной от 1,5 до 2,4 м. В общем же все форты для XX столетия были устаревшими и новым крупным фугасным снарядам тяжелой артиллерии оказывать сопротивление в должной мере не могли.
По плану 1910 года Новогеоргиевск решено было расширить, придав ему значение как бы авангардной крепости, которая до подхода русских главных сил, развертывавшихся по линии Ковно — Гродно — Брест-Литовск, должна была обороняться вполне самостоятельно, предоставленная самой себе. С этой целью по проекту, составленному в 1912г., предполагалось впереди старого пояса фортов, в расстоянии около 8—9 км от ядра крепости, создать новую крепостную позицию из 10-нумерных фортов и нескольких промежуточных укреплений, причем в некоторых местах форты и укрепления должны были быть объединены в фортовые группы. По различным обстоятельствам новая позиция даже к началу осады крепости полностью закончена не была, хотя и могла уже оказывать довольно упорное сопротивление, считаясь и с 42-см снарядами германской артиллерии, так как на каждом форту, в каждом опорном пункте и группе имелись хотя бы в небольшом количестве казематы, способные сопротивляться этим снарядам.
Из более обороноспособных укреплений на северо-восточном и северном секторах крепости, которые и подвергались германской атаке, были фортовая группа, включавшая форт № 15 с двумя опорными пунктами; группа, включавшая один форт и 2 опорных пункта и находившаяся близ дер. Голавицы, откуда и название ее Голавицкая группа; затем форты № 14, № 16, опорный пункт № 8 и намечавшаяся группа Янувек. На северо-западном секторе более законченный характер работы носили на фортах № 10, 12 и 13.
На южном секторе крепости дело обстояло хуже: кроме старых переделанных четырех фортов здесь лишь вчерне были возведены форты у Грохале-Нове, несколько южнее его и западнее [370] Гурке и южнее дер. Рыбитева. Протяжение всей новой крепостной позиции было около 45 км.
В таком виде крепость была к концу мобилизационного периода 1914г. Однако крепость не сразу подверглась осаде. Целый год немцы ее не трогали, и за этот срок в крепости могли продолжаться многие работы, не законченные к началу войны. Помимо работ на фортах и группах, таковые производились на промежутках и впереди фортового пояса, нося на себе следы той эволюции, которую претерпели за указанный промежуток времени постройки полевого, позиционного характера. К моменту подхода немцев к крепости во второй половине июля 1915г. многое, сделанное в предшествующее время, пришлось переделывать, а передовые позиции крепости значительно выдвинулись вперед, особенно на севере, будучи в расстоянии около 12 км от переправ через р. Нарев. Общее протяжение обвода передовых позиций крепости достигло почти 70 км. Однако ввиду того, что к постройке этих позиций приступлено было довольно поздно, они оказались в далеко не законченном виде: окопы местами были неполной профили, мало было убежищ и ходов сообщения, препятствия слабы.

В. Яковлев "История крепостей"
и Варшава вместе с небольшими тет-де-понами Дембе и Зегрж на верхнем течении Нарева и небольшим фортом Веньяминовым, расположенным между Вислой и Бугом, образовали огромную крепость-лагерь. Еще южнее находилась крепость Ивангород, господствовавшая над важной переправой через реку.
В тылу, на Буге, находилась большая крепость Брест-Литовск с двойным поясом фортов, представлявшая собой род крепости-лагеря. На Волыни укрепленный треугольник Луцк-Дубно-Ровно прикрывал район сосредоточения русских против австро-венгерских армии.
Однако, все эти укрепленные пункты были более или менее устаревшими, а современное оборудование их стоило бы баснословных сумм. Поэтому в 1910 г, было решено сохранить и переоборудовать по последнему слову современной техники только крепости Ковна, Гродна и Брест-Литовск как опорные пункты главной линии обороны и Оссовец и Новогеоргиевск как передовые опорные пункты. Остальные укрепленные пункты должны были остаться в устаревшем виде, но они могли при случае тоже служить опорными пунктами действовавшей поблизости полевой армии и в таком случае должны были быть усилены полевыми укреплениями.
Переоборудование пяти указанных крепостей было далеко не закончено, когда вспыхнула война. Одна Ковна была достаточно готова и оборудована по самой новейшей технике. В Варшаве приступили даже к срытию укреплений относительно недавней постройки.
ONDERMAN, Klerkon, Cyanide и ещё 1 пользователей сказали спасибо.
старый 04.08.2014, 16:28   #88
Senior Member
 
аватар для ONDERMAN
 
Регистрация: 01.2009
Сообщений: 10.132
Репутация: 45 | 13
По умолчанию

Klerkon и Cyanide сказали спасибо.
старый 21.08.2014, 14:25   #89
Senior Member
 
аватар для ONDERMAN
 
Регистрация: 01.2009
Сообщений: 10.132
Репутация: 45 | 13
По умолчанию

Первый концентрационный лагерь в Европе 1914 г.......весь фильм http://youtu.be/Fh5TfPgi6cs
Klerkon сказал(а) спасибо.
старый 28.08.2014, 23:49   #90
Senior Member
 
аватар для Cyanide
 
Регистрация: 10.2012
Проживание: Under varje rot och sten...
Возраст: 31
Сообщений: 2.399
Репутация: 82 | 4
По умолчанию

Тайная подземная война

Накануне Первой мировой войны никто не мог и предполагать, что бои будут вестись не только на земле и на море, но и под землей, в сотнях километрах прорытых тоннелей. Средневековые технологии стали единственным средством взломать укрепленные районы обороны противника.



Разумеется, Первая мировая война должна была бы быть совсем другой, чем в реальности – легкой, быстрой, изящной и маневренной. По крайней мере, так думали генералы всех воюющих стран, рисовавшие на своих картах планы молниеносных и победоносных рейдов бравой кавалерии, которая брала один город за другим…

И так оно поначалу и было. Вот, например, на Западном фронте немцы после молниеносного захвата Бельгии и Люксембурга уже к 20 августа вышли на северную границу Франции, а далее, разгромив две французских армии, начали наступление непосредственно уже на сам Париж. Но все испортили проклятые пулеметы и пушки, косившие наступавшие части как спелые колосья (да не следует забывать и про удар русских армий с востока, смешавший немцам весь их «План Шлиффена»). Словом, взять французскую столицу с ходу не удалось, а когда под ураганным пулеметным огнем погиб весь цвет французской и немецкой кавалерии мобильная война закончилась сама собой – наступать стало некому. И уже к октябрю 1914 года армии французов, англичан и немцев встали напротив друг друга в глухую оборону, превратив линию фронта в гигантскую систему траншей, блиндажей, убежищ, пулеметных гнезд, проволочных заграждений, прогрызть которую артиллерия так и не сможет за все четыре года великой европейской бойни. Так началась позиционная война на истощение противника.

И вот тут-то военные вспомнили про средневековую технологию мин – или подкопов под стены средневековых крепостей.


Французские саперы

Первой подземно-минной атакой можно считать действия саперов французской 28-й дивизии южнее реки Соммы, возле Домпрэ, что на Аргонском фронте. Предполагалось, что взрывы мин внезапно уничтожат немецких солдат в траншее, а французская пехота выскочит из сап - скрытых ходов сообщения, прокладываемых в сторону противника для сближения с его позициями, и быстро захватит позиции врага. Для этой атаки предстояло прорыть несколько туннелей, каждый около 300 метров. Однако, немцы, захватив в ночном бою нескольких французских саперов, узнали о подготовке минной атаки. И баварская саперная рота начала вести встречный контрминный туннель. Эти работы с обеих сторон длились около 9 месяцев безрезультатно для обеих сторон.


Солдаты 30-го Рейнландского саперного полка

Первой же удачной подземной атакой можно считать опыт германских саперов 30-го Рейнландского саперного полка в лесах Аргонна, которые 13 ноября 1914 года взорвали мину под позициями французов. При взрыве образовалась небольшая воронка, но атака из-под земли помогла немцам завоевать французские траншеи и продвинуться вглубь французских линий обороны на несколько сот метров вперед.


Немецкие саперы в подземных тоннелях

Зиму 1914 и 1915 годы французы и немцы провели во взаимных минных атаках. Основные действия развернулись на хребте Вими и на плато хребта Бют де Вокуа (Butte de Vauquois), где воюющие стороны прорыли гигантскую сеть подземелий вдоль линии фронта, а отдельные тоннели уходили за укрепления противника на 20−30 метров.


Подземная казарма

Но и под землей оборона оказалась сильнее наступления. На поверхности солдаты совершенствовали траншеи и проволочные заграждения, развивали их сеть. Под землей противники создавали сеть оборонительных контрминных туннелей для защиты от мин противника, пытаясь в то же время обмануть оборону и подвести под позиции свои мины.


Подземное бомбоубежище


В подземных тоннелях для французских детей была оборудована даже школа

Кроме того, под землей располагались и казармы для солдат – все-таки, жизнь в подземелье была значительно безопаснее нежели ад в окопах под открытым небом. В Подземных галереях было сухое жилье, сносная мебель, теплая еда и огонь для обогрева тех, кто уходил на боевые дежурства на поверхность.


Британские саперы

Самую грандиозную минную операцию, когда на участке фронта протяженностью менее 15 км было взорвано одновременно 19 мин, осуществили британцы в июне 1917 года. По иронии истории эта операция уже не имела никакого военного смысла. Но начав осенью 1915 года в районе хребта Мессинес прокладку минных туннелей, британцы уже не могли остановиться. К лету 1916-го, когда планировалось наступление союзников на хребет, под немецкие позиции были подведены и снаряжены взрывчаткой порядка 14−15 мин. Но планам помешали сначала немецкое наступление на Верден, затем наступление союзников на реке Сомма, и сроки наступления на хребте Мессинес несколько раз откладывались. В итоге немцы узнали о заложенных минах и отвели свои части на безопасное расстояние. Но британцы все равно устроили шоу. Лейтенант Брайан Фрэйлинг, наблюдавший взрыв самой большой за всю историю войны мины Спанброкмолен (43 тонны аммонала), так описал происшедшее: «…Сначала резкий подземный толчок, скорее землетрясение. Помост зашатался и затрещал. Мы все были сбиты с ног. Впереди медленно начала вздыматься черная стена, которая поднялась до середины неба, и тут же ослепительный белый свет осветил все вокруг. Солдаты 14-го Королевского Ирландского стрелкового полка, поднявшиеся из траншей в момент взрыва, все были сбиты с ног. Я посмотрел на север и ужаснулся. Там до горизонта тоже поднялась стена грунта и пыли».



Сегодня от всех этих подземных сооружений столетней давности практически ничего уже не осталось – за исключением подземного города, выкопанного французской армией при участии американских пехотинцев из 26 пехотной дивизии США, которые до самого 1918 года держали оборону в подземных укреплениях в долине реки Эна. Здесь французские и американские солдаты от безделья создали около 500 гравюр, которые уже в наше время обнаружил фотограф Джефф Гуски из Техаса.


Стена американских солдат


Подземная столовая


Здесь когда-то была дислоцирована целая дивизия




На поверхности остались только холмы - на месте замаскированных бункеров


Французский солдат молится








Женщины - основной сюжет подземного солдатского творчества


Реалистичный портрет главы германского генштаба Эриха Людендорфа





Интересно, что в XXI веке подземные действия возродились. Не так давно палестинские боевики в секторе Газа проложили туннель в несколько сот метров под израильский блокпост и взрывом 170-кг заряда тротила уничтожили его. Прокладывают боевики и тоннели длиной до 1 километра – для снабжения тайных террористических баз.


https://www.istpravda.ru/pictures/10371/
Sölveig, Helly и Klerkon сказали спасибо.
__________________
Всегда найдётся кто-то, кому не нравится то, что ты делаешь. Это нормально. Всем подряд нравятся только котята. ©
старый 01.09.2014, 20:15   #91
Senior Member
 
аватар для Cyanide
 
Регистрация: 10.2012
Проживание: Under varje rot och sten...
Возраст: 31
Сообщений: 2.399
Репутация: 82 | 4
По умолчанию

10 инноваций Первой мировой войны

The reason for fighting I never did get — «Я так и не понял, зачем надо было воевать», — спел как-то американский бард Боб Дилан о Первой мировой войне. Надо или не надо, но первый высокотехнологичный конфликт в истории человечества начался ровно сто лет назад, унес миллионы жизней и кардинально изменил ход истории в Старом Свете, да и во всем мире. Научно-технический прогресс впервые с такой невероятной силой показал, что он способен быть убийственным и опасным для цивилизации.



К 1914 году Западная Европа отвыкла от больших войн. Последний грандиозный конфликт — Франко-Прусская война — состоялся почти за полвека до первых залпов Первой мировой. Но та война 1870 года прямо или косвенно привела к окончательному оформлению двух крупных государств — Германской империи и Королевства Италия. Эти новые игроки чувствовали себя как никогда сильными, но обделенными в мире, где Британия правила морями, обширными колониями владела Франция, серьезное влияние на европейские дела имела огромная Российская империя. Большая бойня за передел мира зрела долго, и когда она все-таки началась, политики и военные еще не поняли, что войны, в которых офицеры гарцуют на конях в ярких мундирах, а исход конфликта решается в больших, но скоротечных сражениях профессиональных армий (типа больших битв в наполеоновских войнах), ушли в прошлое.

Пришла эпоха траншей и дотов, полевой формы маскирующего цвета и многомесячных позиционных «боданий», когда солдаты гибли десятками тысяч, а линия фронта почти не двигалась ни в ту, ни в другую сторону. Вторая мировая война, конечно, тоже была связана с большим прогрессом в военно-технической области — чего стоит только появившееся в ту пору ракетное и ядерное оружие. Но по количеству всевозможных инноваций Первая мировая вряд ли уступает Второй, если не превосходит ее. В этой статье мы упомянем десять из них, хотя список можно было бы расширить. Скажем, формально военная авиация и боевые подводные лодки появились еще до войны, но раскрыли свой потенциал именно в сражениях Первой мировой. В этот период воздушные и подводные боевые корабли обзавелись многими важными усовершенствованиями.
Самолет оказался весьма перспективной платформой для размещения оружия, вот только не сразу стало понятно, как именно его там размещать. В первых воздушных боях пилоты стреляли друг в друга из револьверов. Пулеметы пытались подвешивать к самолету снизу на ремнях или ставить над кабиной, но все это создавало проблемы с прицеливанием. Хорошо бы разместить пулемет точно перед кабиной пилота, но как стрелять через пропеллер? Эту инженерную задачу решил еще в 1913 году швейцарец Франц Шнайдер, однако по-настоящему рабочую систему синхронизации стрельбы, где пулемет был механически связан с валом двигателя, разработал голландский авиаконструктор Энтони Фоккер. В мае 1915-го германские самолеты, пулеметы которых стреляли через винт, вступили в бой, а вскоре новшество переняли и военно-воздушные силы стран Антанты.


Синхронизатор стрельбы позволил летчикам вести прицельную стрельбу из пулемета через лопасти винта.

В это непросто поверить, но ко времени Первой мировой относится и первый опыт создания беспилотного летательного аппарата, ставшего предком одновременно БПЛА и крылатых ракет. Два американских изобретателя — Элмер Сперри и Питер Хьюитт — разрабатывали в 1916—1917 годах беспилотный биплан, задача которого была доставить к цели заряд взрывчатки. Ни о какой электронике тогда никто не слышал, и направление аппарат должен был выдерживать с помощью гироскопов и альтиметра на основе барометра. В 1918 году дошло дело и до первого полета, но точность оружия настолько «оставляла желать», что военные отказались от новинки.


Первый БПЛА взлетел в 1918 году, но до поля сражений так и не добрался. Точность подвела.

Расцвет подводных операций заставил инженерную мысль активно работать над созданием средств обнаружения и уничтожения спрятавшихся в морских глубинах боевых кораблей. Примитивные гидрофоны — микрофоны для прослушивания подводных шумов — существовали еще в XIX столетии: они представляли собой мембрану и резонатор в виде колоколообразной трубы. Работы над прослушиванием моря активизировались после столкновения «Титаника» с айсбергом — именно тогда возникла идея активной звуковой гидролокации. И наконец, уже в годы Первой мировой благодаря работам французского инженера и в будущем общественного деятеля Поля Ланжевена, а также русского инженера Константина Чиловского был создан гидролокатор, основанный на ультразвуке и пьезоэлектрическом эффекте — этот прибор мог не только определять расстояние до объекта, но и указывать направление на него. Первая немецкая подлодка была обнаружена с помощью гидролокатора и уничтожена в апреле 1916 года.


Гидрофон и гидролокатор стали ответом на успехи немецких подводников. Скрытность субмарин пострадала.

Борьба с немецкими субмаринами привела к появлению и такого оружия, как глубинные бомбы. Идея зародилась в стенах Королевской военно-морской торпедной и минной школы (Британия) в 1913 году. Главной задачей было создать бомбу, которая взрывалась бы только на заданной глубине и не могла повредить надводным кораблям и судам.


Глубинные бомбы
Гидростатический взрыватель замерял давление воды и приводился в действие лишь при определенном его значении.
Что бы ни происходило на море и в воздухе, главные битвы велись на земле. Возросшая огневая мощь артиллерии и особенно распространение пулеметов быстро отбили охоту воевать на открытых пространствах. Теперь противники соревновались в умении вырыть как можно больше рядов траншей и глубже закопаться в землю, которая надежнее уберегала от шквального артиллерийского огня, чем форты и крепости — те, что были в моде в предыдущую эпоху. Разумеется, земляные укрепления существовали с древних времен, но только в ходе Первой мировой возникли гигантские по протяженности сплошные линии фронта, тщательно раскопанные по обе стороны.


Бесконечные траншеи
Артиллерийский и пулеметный огонь заставили противников закопаться в землю, результатом чего стал позиционный тупик.

Линии траншей немцы дополняли отдельными бетонированными огневыми точками — наследниками крепостных фортов, получившими впоследствии название дотов. Этот опыт был не очень удачен — более мощные доты, способные выдерживать удары тяжелой артиллерии, появились уже в межвоенный период. Но тут можно вспомнить, что гигантские многоуровневые бетонные укрепления линии Мажино не спасли французов в 1940-м от удара танковых клиньев вермахта. Военная мысль ушла дальше. Закапывание в землю привело к позиционному кризису, когда оборона с обеих сторон стала настолько качественной, что пробить ее оказывалось дьявольски трудной задачей. Классический пример — Верденская мясорубка, в которой многочисленные обоюдные наступления всякий раз захлебывались в море огня, оставляя на поле боя тысячи трупов, не давая решающего перевеса ни одной из сторон.


Доты усиливали германские оборонительные линии, однако были уязвимы перед ударами тяжелой артиллерии.

Сражения часто шли и ночью, в темноте. В 1916 году британцы «радуют» войска еще одной новинкой — трассирующими пулями .303 Inch Mark I, оставляющими зеленоватый светящийся след.


Трассирующие пули сделали возможной прицельную стрельбу в ночное время.

В этой ситуации военные умы сосредоточились на создании своего рода тарана, который помог бы пехоте прорваться сквозь ряды траншей. Например, была разработана тактика «огненного вала», когда впереди наступавшей на траншеи противника пехоты катился вал разрывов от артиллерийских снарядов. Его задача была максимально «зачистить» окопы перед их захватом пехотинцами. Но эта тактика имела и минусы в виде потерь среди атакующих от «дружественного» огня.

Определенным подспорьем для наступающих могло бы стать легкое автоматическое оружие, но время его пока не пришло. Правда, первые образцы ручных пулеметов, пистолетов-пулеметов и автоматических винтовок появились тоже во время Первой мировой. В частности, первый пистолет-пулемет Beretta Model 1918 был создан конструктором Тулио Маренгони и поступил на вооружение итальянской армии в 1918 году.


Пистолет-пулемет Beretta открыл эпоху легкого автоматического оружия.

Пожалуй, самым заметным новшеством, которое было нацелено на преодоление позиционного тупика, стал танк. Первенцем оказался британский Mark I, разработанный в 1915 году и отправившийся в атаку на немецкие позиции в битве на Сомме в сентябре 1916-го. Ранние танки были медлительными и неуклюжими и являли собой прототипы танков прорыва, относительно устойчивых к огню противника бронеобъектов, поддерживающих наступающую пехоту. Вслед за англичанами танк Renault FT построили французы. Немцы тоже сделали свою машину A7V, однако в танкостроении особенно не усердствовали. Через два десятилетия именно немцы найдут своим уже более проворным танкам новое применение — они станут использовать танковые войска как отдельный инструмент стремительного стратегического маневра и споткнутся о собственное изобретение только под Сталинградом.


Танки были еще медленными, неуклюжими и уязвимыми, но оказались очень перспективным видом боевой техники.

Отравляющие газы — еще одна попытка подавить глубоко эшелонированную оборону и подлинная «визитная карточка» бойни на европейском ТВД. Все началось со слезоточивых и раздражающих газов: в сражении при Болимове (территория современной Польши) немцы применили против русских войск артиллерийские снаряды с ксилобромидом.


Боевые газы стали причиной многочисленных жертв, но супероружием не стали.
Зато противогазы появились даже у животных.

Затем пришло время газов, которые убивают. 22 апреля 1915 года немцы выпустили на французские позиции у реки Ипр 168 т хлора. В ответ французы разработали фосген, а в 1917 году у той же реки Ипр германская армия применила иприт. Гонка газовых вооружений шла всю войну, хотя решающего преимущества боевые отравляющие вещества не дали ни одной из сторон. Кроме того, опасность газовых атак привела к расцвету еще одного довоенного изобретения — противогаза.


http://www.popmech.ru/weapon/44888-1...oy-voyny/#full
Sölveig, Helly, Haleygr и ещё 2 пользователей сказали спасибо.
старый 16.09.2014, 17:00   #92
banned
 
Регистрация: 08.2005
Проживание: Лес
Возраст: 34
Сообщений: 5.817
Записей в дневнике: 17
Репутация: 61 | 0
По умолчанию

СОСРЕДОТОЧЕНИЕ АРМИЙ

Сосредоточение армий противников на Восточном театре военных действий состоялось следующим образом.
Так как на Западный театр военных действий германцы ввели более 100 дивизий, то для Восточного фронта у них осталось только 10 пех. дивизий и 1 кавалерийская, из которых и сформировали 8-ю армию под начальством ген. фон-Приттвица. Граница Силезии охранялась ландверным корпусом под командой ген. фон-Войрша.
Так как Австрия вначале рассчитывала наступать только на Сербию, то она сосредоточила против нее 3 армии; но когда вспыхнула война с Россией, 4 армии (36 дивизий) были направлены против России и 2 армии в составе 12 дивизий против Сербии.
Что касается России, то она сосредоточила вначале 2 армии (24 пех. дивизии) против Германии и 5 армий (60 пех дивизий) против Австрии. 1-я Неманская армия в составе 12 пех. дивизий под начальством ген. Ренненкампфа сосредоточилась западнее Немана под прикрытием крепостей Ковна, Олита и Гродна, опираясь левым флангом на крепость Оссовец. 2-я Наревская армия в составе 12 пех. дивизий под начальством ген. Самсонова сосредоточилась впереди Нарева, прикрывая тыл укрепленными пунктами, расположенными вдоль по течению этой реки. 5 остальных армий, направленных против Австрии, сосредоточились в районе между Вислой, ниже устья Сана, и румынской границей.

РОЛЬ ГЕРМАНСКИХ КРЕПОСТЕЙ

Под давлением французского верховного командования русская Неманская армия 14 августа вступила в Восточную Пруссию, но в своем продвижении севернее линии озер была задержана 8-й германской армией при поддержке подвижных резервов Кенигсберга. В это же время южнее наступала Наревская армия, угрожая германским сообщениям. Поэтому ген. фон-Приттвиц приказал отступить за Вислу и стать под защиту расположенных на ней крепостей. Верховное командование, не согласившись с этим решением, сместило ген. фон-Приттвица с его поста и назначило на его место ген. фан-Гинденбурга; начальником штаба нового командующего Восточным фронтом был назначен ген. Людендорф.
Тогда Гинденбург направился со всей своей 8-й армией, усиленной крепостными войсками Торна-Кульма и Грауденца, против русской Наревской армии и разбил ее в сражении под Танненбергом. Эта победа может быть приписана, главным образом, тому, что Реннанкампф, который в это время был скован лишь незначительными силами, не решился атаковать в тыл 8-ю германскую армию, опасаясь пройти перед крепостью Кенигсберг с ее многочисленным гарнизоном.
23 августа "фесте" Бойен была обложена русскими, которые 27-го предложили ей сдаться. Гарнизон крепости не только не сдался, но ему удалось даже отбросить русских с западных подступов к укреплению. После сражения под Танненбергом германцы снова устремились на Неманскую армию; под прикрытием группы укреплений Мазурских озер они атаковали ее в охват левого фланга и вынудили к отступлению.
Когда в конце октября 1914 г. германцы и австрийцы были вынуждены уйти из Польши, 8-я армия должна была выделить часть своих войск в 9-ю армию. Это настолько ослабило ее, что с оставшимися 6,5 пех. и 1 кав. дивизиями она оказалась совершенно неспособной удерживать свой обширный франт вдоль восточной границы Восточной Пруссии против огромного численного превосходства русских (19,5 пех. и 4,5 кав. дивизии). Поэтому она отступила на позицию Летцен-Ангерапп, которая к этому времени была укреплена инженерными войсками при помощи рабочих из гражданского населения.
"Фесте" Бойен равным образом была основательно оборудована полевыми укреплениями. С этих пор она стала важным плацдармом и образовала прочный опорный пункт обороны Восточной Пруссии. Севернее Мазурских озер до самого Прегеля Ангераппская позиция, состоявшая из траншей со сплошными проволочными заграждениями, представляла собой исключительно подвижную оборонительную линию, между тем как южнее продолжением ее являлся ряд блокгаузов, построенных еще в мирное время, но теперь также усиленных полевыми укреплениями, обеспеченными всюду непрерывной линией проволочных заграждений.
На этой позиции, хорошо оборудованной и опиравшейся на укрепленные пункты Кенигсберг и Бойен, 8-я армия могла победоносно отражать все атаки русских с конца ноября 1914 г. до конца января 1915 г. Затем, когда положение в Польше улучшилось и 8-я армия снова могла быть усилена, русские были отброшены на Неман (Мазурское сражение, зимняя кампания 1914-1915 гг.).
В это время крепости, расположенные по Висле, также играли активную роль. Подвижным резервам Торна и Грауденца, усиленным несколькими отрядами ландштурма, действительно пришлось одно время взять на себя прикрытие южной границы Восточной Пруссии.
В конце октября 1914 г. крепости Бреславль и Познань были также приведены в оборонительное состояние. Это происходило в тот период, когда русские, вынудив 9-ю армию очистить Польшу, угрожали вторжением на германскую территорию в обход расположенных на Висле укрепленных пунктов. В это же время был подготовлен фронт обороны, оборудованный полевыми укреплениями, который опирался на старую крепость Глогау и крепость Познань; к этим укреплениям добавили затем позицию, построенную фронтом на юг вдоль р. Нетца, которая была связана у Бромберга с укрепленной линией Вислы.
Отступая из района Ченстохова (восточнее Бреславля), 9-я германская армия совершила очень смелую перемену франта, чтобы пройти между Торном и Познанью для наступления против правого фланга русских и на Варшаву. Этой операцией опасность вторжения русских войск в Силезию была отстранена, и крепости Бреславль, Глогау и Познань отошли на задний план. Однако, во время последующих сражений крепости еще играли активную роль. оказывая поддержку полевой армии своими запряженными батареями и частью своих гарнизонов.
Из всего изложенного вытекает, что германские крепости вполне выполнили задачу, которая лежала на них на Восточном театре военных действий.

БОРЬБА ПОД АВСТРИЙСКИМИ КРЕПОСТЯМИ

Вскоре после начала войны австрийские крепости сыграли важную роль в Галиции, в южной части Восточного театра военных действий.
Победоносные вначале австро-венгерские армии во второй половине сентября должны были отступить перед подавляющим превосходством русских; не могли они удержаться и на Сане. Поэтому крепость Перемышль, а также оборудованные временными укреплениями тет-де-поны у Ярослава и Сенявы получили задачу хотя бы временно остановить русских. Перемышль должен был привлечь к себе возможно большее количество неприятельских войск, чтобы дать возможность полевой австрийской армии оправиться и перегруппироваться.
С другой стороны, в последних числах сентября русским удалось разбить и отбросить австро-венгерцев на Карпаты и за Дунаец; продвигаясь затем дальше, они подошли на 12 км к поясу краковских фортов. С этого времени крепость оказалась составной частью боевого фронта и благодаря ей отступление австрийских армий могло быть остановлено. Так как крепость была хорошо оборудована и давала надежную защиту, австрийская армия могла приступить к своей реорганизации при помощи средств, предоставленных крепостью в ее распоряжение.
Во время боев, происходивших под Краковом с 16 по 22 ноября (Краковское сражение), австрийцам при действительной поддержке подвижных резервов и тяжелой артиллерии крепости удалось несколько оттеснить русские войска. Когда, наконец, весной 1915 г. по просьбе австрийцев прибыли на поддержку германские войска, русские были оттеснены во время сражений, происходивших в начале мая (Горлицкий прорыв). В конце мая Перемышль был снова занят центральными державами.

Бои под Перемышлем



Большая крепость-лагерь Перемышль представляла собой главный опорный пункт оборонительной линии Сана и вместе с тем господствовала над одной из важнейших переправ на этой реке. Она состояла из двойного пояса фортов: внутреннего, находившегося на месте старой городской ограды, и наружного, укрепления которого были выдвинуты на расстояние до 12 км впереди города. Хотя укрепления были построены в разное время, но большинство их сооружено около 1880 г. под руководством ген. фон-Салис-Сольо, швейцарца, перешедшею на австрийскую службу. Форт № 1 был назван поэтому его именем. Впоследствии большая часть этих укреплений была перестроена и частично снабжена броневыми башнями. Однако, в годы, предшествовавшие мировой войне, Перемышль был совсем заброшен, так как отпускавшиеся кредиты расходовались прежде всего на укрепление Тирольской границы и побережья Адриатического моря.
Река Сан рассекает крепость пополам, разделяя ее на секторы - северный и южный. На западе, юге и юго-востоке местность холмистая, пересеченная глубокими выемками; на севере и северо-востоке, наоборот, местность более ровная. На западе и юго-западе густые леса подходят вплотную к крепости. Кроме того, многочисленные деревни и села, разбросанные по всему району, очень сильно затрудняют наблюдение.
Когда вспыхнула война, австрийское командование старалось изо всех сил исправить все упущения и привести крепость, насколько возможно, в лучшее состояние. Неоконченные постройкой долговременные укрепления быстро были закончены и также стали, насколько возможно, неприступны; различные промежуточные укрепления и опорные пункты были исправлены при помощи подручных средств. В интервалах были оборудованы пехотные позиции с "тяжелыми" убежищами и проволочными заграждениями, а также батареи. Кроме того, был расчищен обстрел. Внутри пояса фортов устроили склады имущества полевых железных дорог и барачные лагери, а через Сан построили два военних моста в дополнение к уже существовавшим. В течение 6 недель было снесено около 1 000 гектаров леса и 21 населенный пункт. В распоряжении коменданта крепости для этих работ состояло: 8 инженерных рот, 70 взводов военных землекопов и большое количество рабочих от населения (числившихся в ландштурме), общей численностью около 400 офицеров и 25 000 рядовых; кроме того, 2 000 лошадей. Работали: обыкновенно по 14 часов в день.
В половине сентября 1914 г. австрийцы отступили за Сан, предоставив крепость собственной участи. В это время работы были большей частью уже закончены. Крепость, имевшая в окружности около 40 км, состояла из 38 фортов наружного пояса и 21 форта, окружавших центральное ядро крепости. На северо-западном и юго-восточном фронтах большая часть укреплений наружного пояса была снабжена броневыми башнями; остальные укрепления этого пояса были построены из камня, а все укрепления внутреннего пояса, известные под именем No auwerke (укрепления ядра), представляли собой за малым исключением нагромождение земли.
На вооружении артиллерии состояло более 1 000 орудий; однако, кроме 2 305-мм тяжелых мортирных батарей, не было почти ни одного современного орудия. Значительное большинство их представляло настоящий музей орудий старых образцов; самые старые из них, которые составляли большинство, были изготовлены в 1861 г.
Гарнизон крепости состоял преимущественно из людей старших возрастов, - например, из галицийских и венгерских "ландштурмистов", в артиллерии - из венских "ландштурмистов". Из пехотных частей в крепости находились вначале 4 бригады ландштурма и 1 маршевый полк. В первых числах октября была придана еще 23-я гонведная (венгерская территориальная) дивизия, что довело численность гарнизона до 54 батальонов пехоты, 8 эскадронов кавалерии и 7 батарей полевой артиллерии, к которым следует добавить еще крепостную артиллерию, различные специальные роды войск и учреждения; всего было более 100 000 чел. Боевой состав этих войск постепенно пополнялся из рабочих батальонов.
Комендантом крепости был фельдмаршал Кусманек.
В дальнейшем крепость Перемышль должна была выдержать во время мировой войны три осады.

Первая осада

В начале сентября началась эвакуация гражданского населения. Однако, последняя еще не была закончена, когда русские подошли к крепости. 16 сентября 1914 г. два железнодорожных моста - один севернее, другой южнее крепости - были взорваны (мосты у Радымно и у Низаннович), а 17 сентября с наружного укрепления I5 раздался первый пушечный выстрел по казачьему разъезду, появившемуся у Тиссович. Однако, гарнизон находился в постоянной связи с верховным австрийским командованием посредством авиации и радио. Войска крепости старались мешать, насколько возможно, работам по обложению крепости. С этой целью они вели по осаждающим огонь из дальнобойных орудий и делали небольшие вылазки; однако, помешать ничему не могли.
По окончании реорганизации и перегруппировки в начале октября австрийская полевая армия снова перешла в наступление. Так как русские стремились овладеть крепостью как можно скорее, то 3 октября они потребовали сдачи крепости под угрозой бомбардировки. Получив отказ, они тотчас открыли артиллерийский огонь по северному, восточному и южному фронтам, 5 октября вступила в бой также русская пехота, которая атаковала укрепления Ха-XII на северном участке, I1-I6 - на юго-восточном и IV-V - на южном. 6 октября огонь достиг наибольшей силы, и так как огонь тяжелой артиллерии был направлен особенно по выступу у Седлиска, то защитники решили, что главный удар атакующих будет направлен против группы укреплений этого выступа. Поэтому ген. Кусманек направил в этот сектор часть своего подвижного резерва.
На рассвете 7 октября русские пошли в атаку, направляя главный удар на выступ у Седлиска, как именно и предполагали обороняющиеся. На остальных фронтах они вели лишь второстепенные атаки. За время зтой атаки русским частям удалось проникнуть в укрепление I1 , но они были оттуда выбиты подоспевшими на помощь австрийскими резервами. На других фронтах атаки русских окончились также неудачей. Вводя непрерывно свежие силы, русские произвели несколько атак в течение дня. Но все атаки потерпели неудачу, как и те, которые были возобновлены на следующий день.
Когда 8 октября полевая австро-венгерская армия приблизилась к крепости, войска, осаждавшие западный фронт, должны были отступить на северо-восток и юго-восток.
9 октября головные части подошедших на выручку корпусов проникли в Перемышль, и русские оказались вынужденными снять осаду. Но так как они расположились вблизи восточного фронта, крепость оставалась некоторое время в боевой линии.
С этого времени начался ряд позиционных боев, в которых оборонительные сооружения и подвижная артиллерия крепости оказывали серьезное содействие. Гарнизон крепости старался в это время возможно лучше исправить все повреждения, полученные различными укреплениями; кроме того, было предпринято сооружение передовых позиций, выдвинутых на север и на юг.
Вследствие многочисленных разрушений, произведенных на дорогах и железнодорожных путях, снабжение полевой армии не могло быть налажено надлежащим образом. Поэтому она оказалась вынужденной жить за счет части продовольственных запасов крепости. Эти запасы были доведены до минимума, когда в начале ноября полевые войска должны были по стратегическим соображениям отойти на запад, и русские снова обложили крепость. Так как при этом госпитали не могли быть эвакуированы полностью, то в Перемышле осталось тогда 7 000 чел. больных и раненых.
Вследствие непрерывных боев численный состав 23-й гонведной дивизии, принимавшей в них большое участие, уменьшился наполовину. Поэтому полевая армия при своем уходе из крепости оставила в ней 2-ю бригаду ландштурма. Благодаря этому гарнизон крепости в начале второй осады был почти той же силы, что и при начале первой.

Вторая осада

5 ноября после ухода полевых войск австро-венгерской армии русские снова обложили крепость Перемышль. На этот раз ввиду недостатка тяжелой артиллерии они решили взять крепость измором. Для достижения этой цели они сочли достаточным выделить осадную армию силой от 4 до 6 пех. и 1 кав. дивизий. Тем временем они усилили полевыми укреплениями линию обложения, которая была значительно удалена от города. Таким способом они считали возможным отражать все атаки войск крепости. Своей немногочисленной и состоявшей лишь из легких и средних калибров артиллерией они непрестанно тревожили позиции обороняющихся. Однако, каждый вечер с наступлением темноты они прекращали огонь, чтобы блеск выстрелов не мог демаскировать артиллерийских позиций. Почти ежедневна русские летчики сбрасывали бомбы над городом.
Что касается гарнизона крепости, то он выдвинул главную линию обороны на передовые позиции. С этой линии производились вылазки в различных направлениях с целью беспокоить русских, которые должны были постоянно сосредоточивать войска к угрожаемым пунктам. Наиболее серьезная вылазка была произведена около половины декабря, когда австрийская полевая армия перешла с Карпат в новое наступление.
Рассчитывая облегчить положение этой армии и оказать поддержку, защитники Перемышля продвигались на юг на 18 км от наружного пояса фортов, но не могли соединиться с полевыми войсками, которые тем временем отступили, что заставило защитников крепости возвратиться обратно. Эти 3-дневные бои были кровопролитны и способствовали значительному ослаблению упорства обороны, которое с этого времени стало все более и более ослабевать.
После этого в продолжение долгих недель оба противника ограничивались лишь умеренной артиллерийской дуэлью. Так как всякая возможность освобождения крепости становилась все менее и менее вероятной, комендант крепости старался хотя бы сковать неприятельские войска как можно дольше. Поэтому он приказал ограничить норму продовольствия, а в начале января начали бить лошадей. (До конца осады была убита для продовольствия 21 000 лошадей.) Эти мероприятия позволили гарнизону оказывать сопротивление в течение 4,5 месяцев, между тем как крепостные запасы продовольствия обеспечивали гарнизон только на 2,5 месяца.
С середины февраля стало необходимым кормить и гражданское население, оставшееся неэвакуированным. Средств питания становилось все меньше и меньше. Вскоре пришли к концу и другие предметы первой необходимости, как спички, мыло, кожа и пр., и для пополнения недостающего пришлось создавать специальную промышленность.
Вполне понятно, что осаждающий заметил ослабление силы сопротивления обороны, и это побудило его к более энергичным действиям. В январе русские атаковали передовые позиции юго-западного фронта, и им удалось даже проникнуть в опорный пункт VII. В течение ночи русские занимали его вместе с австрийцами. Так как в конце концов русские были выбиты оттуда, то они отказались от всякого продолжения атаки в этом секторе.
Наоборот, ночной атакой передовых позиций северного фронта в феврале месяце, в которой принимали участие 2 бригады, русским удалось захватить часть указанных позиций. Защитники отступили с них на другую оборонительную линию, расположенную несколько глубже. Однако, вследствие уменьшения численного состава они окончательно очистили передовые позиции и заняли линию фортов.
Когда в марте месяце продовольствие стало все больше и больше подходить к концу, комендант Перемышля принял решение сделать до полного истощения сил еще последнюю попытку прорваться со всем гарнизоном крепости через линию неприятельского обложения. Выполнение прорыва было назначено на 18 марта в направлении на Львов, где предполагалось встретить наименьшее сопротивление. В этом направлении можно было соединиться с армией Пфланцер-Балтина, расположенной к югу от Львова; кроме того, здесь можно было бы встретить большие продовольственные склады русских, захват которых был очень заманчив. Однако, около полудня силы войск истощились, и им не удалось прорвать линию обложения.
Чтобы израсходовать все боевые припасы, все укрепления и батареи с 20 марта стреляли без перерыва днем и ночью, затем утром 22-го с согласия верховного австрийского командования взорвали все укрепления крепости, а также мосты через Сан и уничтожили все продовольствие и все оружие. После этого комендант крепости послал в Мосциску, где находился штаб осаждающих, уполномоченных с поручением заявить о прекращении Перемышлем военных действий. Вслед затем русские заняли крепость и взяли в плен ее гарнизон.

Третья осада

В начале мая, после Горлицкого прорыва, русские должны были отступить. В этот момент они были, повидимому, в нерешимости и поставили перед собой вопрос, следует ли оборонять Перемышль или же оставить его добровольно. Последнее решение отстаивал командующий 3-й русской армией, в районе действий которого находилась крепость. Он предпочитал, как он выразился, ожидать войска центральных держав восточнее крепости, на высотах, которые осенью 1914 г. никак не могли быть взяты. Но в ставке верховного главнокомандующего были другого мнения, так как считали совершенно невозможным оставить без всякого сопротивления крепость. Однако, никакого решения принято не было, и потому командующий 3-й армией приказал все имущество и войска крепости перевезти на восток. Впрочем его распоряжения несколькими днями позже были отменены.
В конце мая германские и австрийские войска двинулись на крепость - первые с юго-запада, а вторые с севера - и обложили ее с севера, юга и запада. На севере ген. фон-Кнейсель продвинул 29 мая свои баварские полки к крепости и 30-го начал бомбардировку группы фортов X, Ха, ХIа и XI 420-мм и 305-мм снарядами. Орудия среднего калибра и полевая артиллерия держали под своим огнем промежуточные линии, стреляя по превосходным позициям, построенным русскими во время второй осады.
В ночь на 31 мая пехота приблизилась понемногу к проволочным заграждениям и стала ожидать результатов действий тяжелой артиллерии. Так как последняя не позволяла защитникам выйти из убежищ, то пехота атакующего могла присутствовать при бомбардировке как при "учебной стрельбе" в мирное время. Бомбардировка продолжалась до 4 час. дня 31-го, когда пехота пошла в атаку и, не встретив сопротивления, проникла в укрепления X и Ха, а также на промежуточную линию. Вечером укрепление XI сдалось, между тем как атака X укрепления не удалась. Поэтому укрепление X снова подверглось бомбардировке 420-мм орудиями.
31 мая австрийцы открыли бомбардировку 150-мм и 305-мм орудиями VII укрепления юго-западного фронта. Результаты этой бомбардировки показались им настолько благоприятными, что они сочли возможным назначить атаку на следующий день. Но так как, с другой стороны, стал ощущаться недостаток снарядов, то они должны были прекратить огонь и отказаться от продолжения атак на этот фронт.
На северном фронте 1 июня сильно бомбардировались з течение целого дня укрепления X, ХIIа и XII. После этого германцам удалось взять штурмом укрепление ХIIа, которое яростно оборонялось русскими. Несколько батальонов русских, пытавшихся в течение этого дня перейти в контратаку, могло быть отброшено без большого труда.
2 июня русские прекратили сражение, и германцы заняли без всякого сопротивления укрепления X, XII, Хб, IХа и IX; сразу весь северный фронт очутился в их руках. Вечером они направились на деревню Журавица и северную часть внутреннего пояса фортов, а утром 3 июня без боя вступили в город Перемышль. В течение ночи русские покинули крепость, взорвав мост на Сане, который был ими восстановлен.

В течение 9 месяцев крепость Перемышль выдержала три осады, из которых в двух первых атакующий совершенно не имел в своем распоряжении вполне современных средств атаки.
Во время первой осады крепость выполнила свою задачу, отразив ускоренную атаку русских.
Не имея достаточного количества необходимых осадных средств и особенно крайне необходимой тяжелой артиллерии, русские при вторичном обложении крепости решили взять ее измором. Ввиду налитая сильного гарнизона крепости они не считали возможным овладеть ею приемами ускоренной атаки.
При таких условиях крепость должна была приковать возможно большее количество войск, и эту задачу она выполнила. Одновременно она препятствовала русским пользоваться их главной линией снабжения (двухколейной железной дорогой) и заставляла их пользоваться для подвоза второстепенными линиями, с меньшей пропускной способностью и значительно удаленной от крепостного района. Все это, естественно, значительно стесняло военные действия русской армии.
Кроме того, наступательный дух гарнизона Перемышля заставил русских привлечь к обложению крепости значительно больше войск, чем это было бы необходимо в том случае, если бы защитники ограничились только одним пассивным сопротивлением. Вместе с тем эта активность чрезвычайно сильно влияла на моральное состояние людей. Постоянная связь посредством авиации и радио с полевой армией и верховным командованием имела также благоприятное влияние на инициативу осажденных.
В самом деле, они постоянно были в курсе событий, происходивших вне крепости, посредством газеты, которая издавалась ежедневно и сообщала все интересные новости (радио).
Укрепления были так сильно подорваны, что после взрыва 22 марта вместо них оказалась только груда бесформенных обломков. Поэтому нет ничего удивительного, что при третьей осаде крепость не могла долго оказывать сопротивления атакам союзников. В течение 2 месяцев, в продолжение которых русские занимали крепость, они вообще не имели ни времени, ни необходимых средств для приспособления разрушенных укреплений и крепости к обороне. Вероятно, главным образом, по этой причине они и очистили крепость более или менее добровольно.

Ж. Ребольд "Крепостная война в 1914-1918 гг."
Klerkon сказал(а) спасибо.
старый 20.09.2014, 19:32   #93
banned
 
Регистрация: 08.2005
Проживание: Лес
Возраст: 34
Сообщений: 5.817
Записей в дневнике: 17
Репутация: 61 | 0
По умолчанию

БОРЬБА ПОД РУССКИМИ КРЕПОСТЯМИ

В течение 1915 г. также часто ставился вопрос о русских крепостях на Восточном театре военных действий. Как мы уже говорили, только 5 крепостей - Ковна, Гродна, Оссовец, Новогеоргиевск и Брест-Литовск - были оборудованы более или менее соответственно требованиям современной техники; все остальные, наоборот, оставались в прежнем состоянии.
За исключением Ровно, находившегося все время за фронтом, все русские крепости были захвачены атакующими в короткий срок. Приступить к настоящей осаде пришлось только под Новогеоргиевском.
Упраздненная в 1910 г. крепость Ивангород в октябре 1914 г. подверглась атакам австрийцев и германцев в тот период, когда эти союзники после переправы через Сан наступали в южную Польшу. Благодаря энергичной обороне, организованной комендантом крепости ген. Шварцем, который отличился еще под Порт-Артуром, все атаки были победоносно отбиты. Однако, когда в июле 1915 г. войска центральных держав снова появились перед крепостью, форсировав переправу через Вислу ниже Ивангорода, русские очистили ее добровольно, хотя вначале они здесь мужественно сопротивлялись.
Что касается Оссовца, то его атака частями 8-й германской армии была предпринята несвоевременно. Эту крепость, совершенно окруженную водой и болотами, покрывающими обширную обнаженную низменность, можно атаковать только зимой или во время продолжительной засухи. 21 сентября германцам удалось отбросить русских достаточно далеко, чтобы их артиллерия могла начать действовать по крепости. Для этого в распоряжении германцев находились 2 батареи 210-мм мортир, 11 батарей 150-мм полевых гаубиц и 2 батареи 100-мм пушек - всего 60 орудий, подвезенных большей частью из Кенигсберга.
Однако, установка этих орудий натолкнулась на столько затруднений, что огонь из них мог быть открыт только 26 сентября. Когда двумя днями позже - 28 сентября - русские продвинулись вперед по обе стороны крепости, германцы были вынуждены прекратить бомбардировку и как можно скорее отвести назад свою осадную артиллерию.
В конце февраля 1915 г. германцы снова подошли к самой крепости, рассчитывая на этот раз овладеть крепостью посредством второй бомбардировки{5} из очень тяжелых орудий. Хотя эта стрельба произвела в городе сильные пожары
и причинила многочисленные разрушения, однако, все сооружения из железобетона оказали отличное сопротивление, и гарнизон мог легко отбить атаки немногочисленной германской пехоты. Когда в середине июля 1915 г. Гинденбург приступил к своему большому наступлению на Восточном фронте, Оссовец был атакован в третий раз. Внезапно русские бросили крепость по приказанию верховного командования, взорвав предварительно все оборонительные сооружения.
Что касается Либавы, то она была захвачена в начале мая 1915 г. внезапным нападением одной кавалерийской бригады и морской пехоты. Хотя в начале войны крепость была в значительной части эвакуирована, но в ней постоянно оставался достаточно сильный гарнизон, которому удалось, однако, избежать плена, во-время уйдя из крепости. Впоследствии занятие Либавы имело для германцев очень важное значение, как базы левого фланга Восточного фронта и как опорного пункта морских сил.
Крепость Ковна оказывала вначале очень мужественное сопротивление. Германцы прибыли к крепости 6 августа 1915 г. и, начиная с 8-го числа, бомбардировали ее в течение 8 дней, кроме прочих орудий, 2 батареями 420-мм мортир. Несмотря на это, все атаки, которые германцы вели в этот период, были отбиты гарнизоном.
17 августа гарнизон покинул крепость по приказанию коменданта и присоединился к полевой армии.
Совершенно устаревшая крепость Олита была занята германцами без боя 26 августа 1915 г., между тем как крепость Гродна была добровольно очищена русскими только после продолжительных тяжелых боев, сопровождавшихся переменным успехом.
Незадолго до этого старые тет-де-поны на Нареве - Ломжа, Остроленка, Рожаны и Пултуск - после оказанного вначале очень упорного сопротивления были оставлены русскими более или менее добровольно.
20 августа 1915 г. германцы появились на линии Буга и перед крепостью Брест-Литовск. Когда затем они переправились через реку выше крепости, то русские подожгли город, взорвали все военные учреждения и отступили добровольно.
В конце августа 1915 г. союзники принялись за Волынский укрепленный треугольник. Луцк был быстро опрокинут, в то время как 8 сентября русские добровольно очистили Дубно, которое было обойдено. Однако, вследствие сильной контратаки русских союзники должны были бросить обе крепости; затем в ноябре - после ожесточенной борьбы, которая шла с переменным успехом, - они снова добились занятия этих крепостей. Что касается Ровно, наиболее сильного укрепления Волынского укрепленного треугольника, то оно все время оставалось в тылу русского фронта.
Большая крепость-лагерь Новогеоргиевск, на которую были отпущены громадные кредиты в годы, предшествовавшие войне, получила от русского верховного командования задачу обороняться, как можно упорнее. После отступления полевых армий царь не хотел оставить эту крепость без боя, подобно многим другим русским крепостям.

Осада Новогеоргиевска



Крепость Новогеоргиевск расположена при слиянии Вислы с Наревом, где уже в 1807 г. Наполеон приказал построить тет-де-пон. Чтобы надеть возможность легче держать в подчинении часто выходивший из повиновения польский народ, император российский Николай I приказал устроить здесь около 1830 г. только военный плацдарм, усиленный долговременными укреплениями. Построенные тогда оборонительные сооружения образовали ядро созданной позже крепости-лагеря. Они состоят из цитадели: казарм на 40 000 чел., внутреннего и наружного поясов бастионных фронтов и большого количества передовых укреплений. Когда вспыхнула война, то все эти сооружения, построенные из кирпича или из земли, находились почти в том же состоянии, как и в период их постройки. Лишь жилые помещения и склады боевых припасов были прикрыты впоследствии слоем бетона.
Около 1880 г. укрепления крепости были дополнены постройкой 8 отдельных фортов, выдвинутых на 3-5 км впереди существовавших поясов и получивших номера от первого до восьмого (I-VIII). Они имели форму небольших плоских люнетов, с верхним валгангом для артиллерии и нижним - для пехоты и со рвами, обстреливаемыми из капониров. С 1892 г. эти укрепления усиливались бетонной одеждой и различными другими приспособлениями.
В 1911 г. было решено расширить эту крепость, для чего предприняли сооружение новых укреплений, удаленных от внутреннего пояса на 6-8 км. Новые сооружения, построенные по системе Величко (русского военного инженера), состояли из 10 укрепленных групп{6}, предназначенных только для пехоты. Эти группы носили номера от IX до XVIII и состояли из одного главного и трех вспомогательных укреплений каждое. Лишь XII номер состоял всего из одного укрепления.
Все эти пехотные укрепления имели бетонные брустверы треугольного профиля; стены, а также и кофры рвов были одеты слоем бетона, а внутри находились обширные помещения, "непробиваемые" бомбами и снарядами. Отдельные укрепления в каждой группе были удалены одно от другого на расстояние не более 1 км. Расстояние между группами было не более 2 км, так что взаимное фланкирование укреплений было вполне надежно.
Так как, кроме того, полевые орудия были установлены в казематах Буржа, позволявших хорошо обстреливать из них местность во все стороны, то фланкирование промежутков могло быть обеспечено даже в том случае, если бы одно из этих укреплений вышло из строя. Дальнобойные орудия были расположены не в этих укреплениях, а сзади или между ними на открытых установках. Некоторые из этих артиллерийских позиций были бетонированы, но большая часть была прикрыта лишь земляной насыпью; зато все они были хорошо замаскированы. Нигде, кроме наблюдательных пунктов, не было ни броневых плит, ни куполов.
С августа 1914 г. до июля 1915 г. было достаточно времени для окончания всех этих сооружений; однако, этим пренебрегли, удовлетворившись в общем только дополнением существовавших сооружений полевыми укреплениями. Впереди и вдоль внешней линии фортов поставили проволочные заграждения. Кроме того, перед каждым укреплением была устроена своя очень широкая проволочная сеть, окружавшая его со всех сторон. Непрерывная линия окопов, закрывавших промежутки, составляла с различными укреплениями главную линию сопротивления. В 4-6 км впереди устроили еще передовую позицию, включавшую в себя селения, поместья и деревушки, основательно подготовленные к обороне. Кроме того, были вырублены леса для устройства искусственных препятствий и было создано искусственное заболачивание. Передовая позиция со всеми указанными сооружениями имела в окружности 80 км, а линия главного сопротивления - 50 км.
Местность, на которой расположен Новогеоргиевск, слегка всхолмлена и покрыта разнообразной растительностью и разного рода постройками. Она состояла большей частью из лугов, среди которых возвышаются кустарники, более
или менее обширные леса и изредка деревни с небольшими плодовыми садами.
При слиянии Вислы и Нарева между этими реками тянутся обширные болота и рукава со стоячей водой; на юге местность также очень болотистая и сверх того еще лесистая. В северном районе в Нарев впадает текущая с севера р. Вкра. У самого устья юна резко отклоняется на восток-юго-восток и, протекая в крутых берегах, образует исключительно сильную оборонительную линию.
Немного выше Новогеоргиевска на Нареве находятся укрепления тет-де-понов Дембе и Зегрж. Восточнее между Наревом и Вислой возвышается форт-застава Веньяминов. Большой город Варшава расположен в 20 км к юго-востоку от Новогеоргиевска. Одно время имелось намерение связать последний с Варшавой посредством укреплений Дембе, Зегрж и Веньяминов и создать из них огромную крепость-лагерь, которая могла бы служить центральным плацдармом для обороны всей Польши.
Однако, в 1910 г. после тщательного изучения этого проекта увидели, что для такой обширной группы укреплений потребуется гарнизон по меньшей мере в 200 000 чел. и что снабжение такого большого города, как Варшава, потребует огромных запасов продовольствия и топлива; поэтому было принято решение сохранить в качестве крепости только укрепления Новогеоргиевска, в Варшаве же многие укрепления, сравнительно недавней постройки, были тогда снесены. Что касается укреплений Дембе и Зегрж, то их просто оставили в устаревшем состоянии.
В июле 1915 г., т. е. к началу осады, гарнизон крепости состоял из 2 полевых и 2 ополченских дивизий, к которым следует добавить от 40 до 50 рот крепостной артиллерии и различных специальных родов войск. Общая численность этих войск доходила до 92 000 чел. с находившимися в их распоряжении приблизительно 1 600 орудиями. В крепости было также несколько самолетов и привязных аэростатов, которыми гарнизон широко пользовался. Кроме того, в крепости был 6-месячный запас продовольствия. Комендантом Новогеоргиевска был ген. Бобырь.
Когда германцы увидели, что в 1914 г. на Западном фронте им не добиться решительного успеха, то вознамерились в 1915 г. направить главный удар против России. К этому времени в результате зимнего Мазурского сражения русские должны были совершенно очистить Восточную Пруссию, а после Горлицкого прорыва оказались вытесненными и из Галиции, где находилась главная масса их сил.
Поэтому группа из 8-й и 10-й германских армий и армейская группа фон-Гальвица были направлены под начальством фельдмаршала фон-Гинденбурга на фронт Ковна - Нарев, а 9-я армия под командой принца Баварского Леопольда действовала против фронта Варшава - Ивангород.
Армейская группа фон-Гальвица, наступавшая на нижнее течение Нарева, опрокинула русских в сражении под Праснышем 13-15 июля и отбросила их к Нареву. Однако, перед Рожанским и Пултусским тет-де-понами она натолкнулась на сильное сопротивление и должна была остановиться. Затем правый фланг отдельной армии - корпус Дикхута из двух с половиной бригад и 17-й рез. корпус из 14-й и 85-й ландв. дивизий - получил задачу обложить северо-западный фронт Новогеоргиевска между Вислой и железной дорогой Сольдау - Новогеоргиевск.
17 июля, когда войска подошли к крепости, им удалось захватить добычу необыкновенной важности: военный инженер крепости полковник Короткевич, который не подозревал приближения германцев, ехал в автомобиле по дороге Борков-Гурне для поверки выполненных работ. Вдруг он увидел перед собой германцев (взвод 10-го ландв. полка), которые открыли огонь по пытавшемуся повернуть кругом автомобилю. Полковник Короткевич был убит, а его офицер для поручений и шофер получили ранения; лишь один офицер, помощник его, остался невредимым. В автомобиле нашли портфель с планом крупного масштаба, на котором были подробно нанесены все укрепления крепости. Так как германцам многие изменения, произведенные в крепости в течение последних лет не были известны, и лишь мало что было известно о работах, выполненных с начала войны, то эта находка имела для них чрезвычайную ценность и сильно облегчила им бомбардировку и атаку крепости.
Во время обложения германцами северо-западного фронта русские не проявляли никакой активности. Поэтому командир 17-го рез. корпуса предположил, что гарнизон крепости немногочислен или состоит из войск низкого качества и решил попытаться взять ее внезапным нападением. В то время как он отдавал об этом распоряжения, русские бросились со стороны Рожаны - Пултуск на армейскую группу ген. фон-Гальвица, и последний потребовал помощи 85-й ландв. дивизии. Перед крепостью остались только 14-я ландв. дивизия и корпус Днкхута. Было очевидно, что при такой обстановке и с такими незначительными силами нельзя пытаться произвести внезапное нападение. Гарнизон крепости произвел, в свою очередь, - впрочем, безуспешно - несколько небольших вылазок против малочисленных войск обложения.
21 июля командующим осадным корпусом был назначен ген. фон-Безелер, перешедший в декабре с Западного фронта на Восточный в качестве командира 3-го рез. корпуса. Прежде чем начать подготовку обложения и атаки крепости, ген. фон-Безелер должен был выждать конца боев, происходивших в то время на Нареве, вблизи Новогеоргиевска-Он вынужден был даже послать левый фланг 14-й ландв. дивизии на поддержку 85-й дивизии, когда русские стали сильно теснить ее с той и другой стороны устья Буга. Для задержания наступления русских потребовалось еще призвать на помощь находившуюся в армейском резерве бригаду Пфейля, которая поступила вследствие этого в распоряжение ген. фон-Безелера.
Днем 24 июля русские очистили Пултуск, и германцы смогли переправиться через Нарев. Тогда для подготовки атаки Новогеоргиевска ген. фон-Безелеру было необходимо овладеть раньше тет-де-понами Дембе и Зегрж с целью обеспечения фланга и тыла осадной армии. Эту задачу он возложил на части 14-й ландв. дивизии и бригаду Пфейля, которые уже находились в этом районе. Под прикрытием этих войск было приступлено к установке тяжелой артиллерии против укреплений Дембе и Зегрж. Однако, вследствие наличия в этом районе всего одной железной дороги и плохого состояния дорог перевозка материальной части и установка ее происходили очень медленно.
Между тем 9-я германская армия также продвигалась к югу от Вислы. 18 июля левый фланг этой армии (отряд Вестергагена) вошел в связь с корпусом Дикхута, который находился на западном фронте крепости. Днем 3 августа 9-я армия могла овладеть хорошо укрепленной позицией у Блоне (передовая позиция Варшавы), а 5 августа ей удалось занять без боя западные кварталы Варшавы. В этот день отряд Вестергагена, также подчиненный ген. фон-Безелеру, получил задачу обложить с юга крепость Новогеоргиевск; в качестве осадной артиллерии между прочими орудиями ему было предоставлено 7 батарей 210-мм гаубиц и 1 батарея 100-мм пушек.
Так как 4 августа перевозка тяжелой артиллерии, назначенной для действия по тет-де-понам Дембе и Зегрж, была закончена, то 5 августа по этим укреплениям мог быть открыт огонь. Во время артиллерийского состязания пехота продвинулась на близкое расстояние к передовым линиям упомянутых тет-де-понов. Вскоре часть этих линий была захвачена, а затем, когда последняя передовая позиция 6 августа была прорвана, русские отхлынули на форты, С этого времени значение этих укреплений, не имевших вообще ценности для обороны, окончательно пало. Поэтому гарнизоны их, не ожидая атаки, очистили оба форта в ночь с 6-го на 7-е, а также и весь правый берег Нарева, взорвав за собой мосты через эту реку. Днем 8 августа германцы заняли оба укрепления, не встретив никакого сопротивления.
9 августа 169-я ландв. бригада, только что прибывшая после боев под Сероцком, переправилась через Нарев у Дембе с задачей замкнуть круг обложения Новогеоргиевска между Вислой и Наревом. Таким образом, она присоединилась к осадному корпусу и также была подчинена ген. фон-Безелеру. Русские войска, занимавшие левый берег Нарева, отступили частью на Новогеоргиевск, частью - в восточном направлении. Последние взорвали 10 августа еще форт Веньяминов. После этого германцы отрезали полевую русскую армию от всякого сообщения с Новогеоргиевском.
После взятия Дембе и Зегржа ген. фон-Безелер начал подготовку атаки. Фронтом атаки он выбрал сектор Вкра- Нарев, единственный, через который проходила железная дорога, дававшая возможность подвозить осадные средства. Так как до тех пор никто в крепости не проявлял никакой активности и не пытался препятствовать обложению, то германцы сделали вывод, что гарнизон крепости был немногочислен или же был невысокого качества. Поэтому они отказались от правильной осады и, полагаясь на действительность огня своей тяжелой и сверхтяжелой артиллерии, решили прибегнуть к ускоренной атаке.
Как только обложение крепости было закончено и все распоряжения, до мелочей, отданы, осадная артиллерия тотчас была установлена на фронте атаки между Конары и Дембе на дистанции около 10 км от главной линии сопротивления. Она состояла из 6 420-мм гаубиц, 9 305-мм гаубиц, 1 длинноствольной 150-мм пушки, 2 210-мм мортирных батарей, 11 батарей тяжелых полевых гаубиц, 2 батарей 100-мм, 1 120-мм и 1 150-мм. Если к этому добавить орудия полевой артиллерии, то общая численность достигнет 35 батарей на фронте атаки в 4 км шириной.
В это время русские ограничивались лишь ведением заградительного огня. Чтобы не демаскировать места расположения своих батарей, германская артиллерия слабо отвечала на этот огонь. Пехота со своей стороны понемногу приближалась к русской передовой позиции и там окапывалась.
13 августа была атакована передовая позиция. Вследствие густого тумана артиллерия могла открыть действительный огонь только в 10 час. утра и до 1 часа пополудни продолжала его вести с наибольшей силой. В 1 час дня пехота вышла из окопов и, немного спустя, овладела уничтоженной пожаром деревней Псучин. На левом фланге наступающий подошел даже на 1 000 м к форту XVIб, и к вечеру прорыв боевой позиции, был совершен на широком фронте. Хотя повреждений окопов от снарядов крупных калибров были незначительны, но разрывы действовали особенно губительно на моральное состояние оборонявшихся. Германцы укрепились затем на занятых позициях; здесь они сильно страдали от огня обороняющегося, с которым германская артиллерия, менявшая свои позиции, временами не могла вести борьбу.
На северо-западном фронте корпус Дикхута, наступая безостановочно с постоянными стычками (состав корпуса был не такого высокого качества, чтобы его можно было использовать в серьезных боях), 13 августа овладел полностью первой линией передовой позиции, которая на этом участке состояла из трех последовательных линий.
К югу от Вислы - в отряде Вестергагена и 169 ландв. бригаде, действовавших в углу, образуемом слиянием рек Нарева и Вислы, - в это время происходила только перестрелка патрулей и артиллерийское состязание.
Утром 14 августа артиллерия закончила перемену позиций и тотчас открыла огонь по укреплениям фортовых групп XIV, XV и XVI, усиливая его, насколько это позволяла предписанная экономия снарядов, до утра 16 августа, т. е. до назначенного момента общей атаки.
В это время несколько снарядов попало уже в центральное ядро крепости. Между тем германская пехота под прикрытием огня своей артиллерии понемногу подошла на близкое расстояние к линии главного сопротивления русских. Однако, выход из окопов часто встречал затруднение вследствие сильного огня неприятеля. Это не помешало некоторым частям 14-й ландв. дивизии попытаться овладеть около полудня 15 августа фортом XVa, но эта попытка не увенчалась ожидаемым успехом; наоборот, она потерпела полную неудачу вследствие тяжелых потерь от губительного огня из промежуточных укреплений.
Утром 16 августа германцы приступили к общей атаке группы фортов XV и XVI. Хотя они и проникли в укрепления: XV и XVб, а также в несколько промежуточных укреплений, но внутри XV встретили отчаянное сопротивление со стороны русских. В соседней XVI группе все атаки германцев разбились о непреклонную волю оборонявшихся. Использовать немедленно успех, достигнутый в XV группе, также не представлялось возможным: так как за этой группой находился лесистый, хорошо укрепленный район, то рисковать здесь было опасно. Поэтому атакующие немедленно возобновили огонь по группам XIV и XV.
Между тем захват германцами XV группы произвел на коменданта крепости, по-видимому, такое впечатление, что он считал невозможным дальнейшее удержание всей линии, главного сопротивления. Поэтому, несмотря на то, что новая атака XVI группы была вторично отбита днем 17-го, он приказал в ночь с 17-го на 18-е очистить группы XIV и XVI. Это распоряжение вызвало полный упадок духа русских, которые немедленно отступили в этом секторе на линию внутреннего пояса фортов, не пытаясь задержаться на промежуточной позиции на р. Вкра.
На северо-западном фронте обороняющиеся также были вынуждены понемногу очистить передовую позицию и отойти на главную линию обороны. Когда 18-го утром приказ об оставлении фортов дошел в свою очередь до X-XIII групп, германская пехота находилась уже совсем близко от этих укреплений. Тем не менее 17-го атака на XIII группу была отбита. Перед очищением этих групп (X-XIII) русские взорвали эти укрепления.
Утром 16 августа отряд Вестергагена также оказался-втянутым в более или менее сильные бои. В это время кольцо обложения крепости сжималось все более и более и наступающие приблизились также и к фортам южного сектора крепости.
Фланговый огонь русских батарей, расположенных на левом берегу Нарева - в углу, образуемом этой рекой и Вислой, - сильно затруднял наступление бригады Пфейля на XVI группу. Тогда артиллерия, приданная 169-й бригаде, сосредоточила свой огонь по этим батареям и отвлекла таким образом их огонь от отряда Пфейля.
Мы только что видели, что германцы вступили в жестокую схватку с противником на всем фронте. Таким способом действий они рассчитывали по возможности ввести его в заблуждение относительно главного направления атаки и в то же время не допустить снятия значительных сил с различных фронтов для использования их на участке главной атаки.
Утром 18 августа германские войска заняли XIV и XVI фортовые группы, как только они были очищены; так как теперь они могли продвигаться отсюда к внутренней линии фортов, тяжелая артиллерия взяла под огонь также и форты II и III.
На рассвете 19 августа корпус Дикхута вошел в оставленные оборонявшимися группы X-ХШ и около полудня подошел к внутренней линии фортов.
19-го же германцы атаковали форты II и III (в секторе главной атаки). Первый из них сдался в 2 часа дня после слабого сопротивления, тогда как второй пал только около 4 час, после того как был совершенно окружен. Таким образом, дорога к редюиту, который оборонялся лишь небольшими частями, была теперь свободна. В 8 час. вечера германцы вошли в цитадель, где захватили коменданта крепости. С этого времени всякое сопротивление и, следовательно, всякая дисциплина среди оборонявшихся исчезли.
Вечером 19 же августа пленный комендант крепости ген. Бобырь был доставлен в главную квартиру ген. фон-Безелера, где ночью и было принято решение о сдаче крепости. Вначале ген. Бобырь отказывался подписать приказ о сдаче крепости ввиду того, что она была взята атакой и что он, как сдавшийся германцам после овладения ими секторами северного фронта, не может признаваться имеющим какое-либо влияние на боевую деятельность секторов южного фронта. Однако, во избежание дальнейшего кровопролития русский генерал все-таки решил подписать и послать войскам южного фронта приказ о прекращении военных действий.
С этого момента крепость Новогеоргиевск была полностью в руках германцев, которым уже нечего было опасаться больше за свой тыл при дальнейшем передвижении на восток полевой армии. Кроме того, осадная армия могла еще значительно усилить ее своими войсками.

Вполне понятно, что падение в течение 6 дней большой крепости-лагеря должно показаться по меньшей мере удивительным. Нужно, однако, согласиться, что такого успеха германцы достигли отчасти потому, что приведение крепости в оборонительное состояние было не вполне закончено, а также вследствие невероятной пассивности коменданта крепости. Что касается происшествия, закончившегося смертью военного инженера полковника Короткевича, то, видимо, служба разведки обороны была поставлена совершенно неудовлетворительно. В самом деле, неприятель находился уже у самых ворот крепости, а комендант этого даже не подозревал!
Во время сражений на Нареве вылазки крепостного гарнизона, наверное, увенчались бы успехом при слабой плотности линии обложения; они могли бы поставить в критическое положение наступавших германцев, у которых тогда не было в распоряжении никаких резервов. Гарнизон крепости должен был бы также принять энергичное, участие в сражениях у тет-де-понов Дембе и Зегрж, происходивших в непосредственной близости Новогеоргиевска. Такое содействие гарнизона могло бы дать тем более хорошие результаты, что войска крепости численно были значительно сильнее осадной армии, По окончании этих боев обороняющиеся могли бы по меньшей мере препятствовать установке осадной артиллерии на дистанции действительного огня при стрельбе по укреплениям главной позиции обороны.
Как бы то ни было, осада Новогеоргиевска доказала, что укрепления, построенные согласно указаниям современной техники, оказали хорошее сопротивление и лишь в малой степени пострадали от бомбардировки артиллерии даже самых крупных калибров. Кроме того, защитники этих укреплений вели себя в общем мужественно и сдавались вообще только по приказанию свыше.
Во всяком случае сдача без боя большого города Варшавы также произвела на войска крепости Новогеоргиевск деморализующее впечатление. С другой стороны, смелая атака и быстрый захват германцами XV фортовой группы так подействовали на коменданта, что он совершенно отказался от всякой обороны. Только этим можно объяснить совершенно неоправдываемые распоряжения об очищении XIV и XV фортовых групп.
Можно было бы отлично продолжать оборону и на левом берегу Вислы, что позволило бы выиграть время. Передовая позиция, находившаяся на этом берегу реки, была впрочем оставлена в ночь с 17-гo на 18-е, по приказанию свыше, для подкрепления северо-восточного фронта частью войск южного фронта. Главная позиция обороны между Вислой и Наревом утром 18 августа также была еще совершенно не тронута. Все форты этого сектора были далеки от падения.
Сверх всего изложенного, из того, что комендант крепости приказал взорвать 19-го мосты через Вислу и сам остался на правом берегу реки, ясно, что у него не было никакого намерения продолжать оборону на левом берегу реки.
Крепость Новогеоргиевск не оказала тех услуг, которых можно было от нее требовать. Однако, справедливо то, что она на целый месяц притянула на себя значительное количество неприятельских войск и тем самым доставила полевой армии некоторое облегчение.

Ж. Ребольд "Крепостная война в 1914-1918 гг."

Добавлено спустя 1 час 37 минут:

Цитата:
Sölveig посмотреть сообщение
Что касается Осовца,


Цитата:
В 1915 году мир с восхищением взирал на оборону Осовца, небольшой русской крепости в 23,5 км от тогдашней Восточной Пруссии. Основной задачей крепости было, как писал участник обороны Осовца С. Хмельков, «преградить противнику ближайший и удобнейший путь на Белосток… заставить противника потерять время или на ведение длительной осады, или на поиски обходных путей». Белосток – транспортный узел, взятие которого открывало дорогу на Вильно (Вильнюс), Гродно, Минск и Брест. Так что для немцев через Осовец лежал кратчайший путь в Россию. Обойти крепость было невозможно: она располагалась на берегах реки Бобры, контролируя всю округу, в окрестностях – сплошные болота. «В этом районе почти нет дорог, очень мало селений, отдельные дворы сообщаются между собой по речкам, каналам и узким тропам, – так описывало местность издание Наркомата обороны СССР уже в 1939-м. – Противник не найдет здесь ни дорог, ни жилья, ни закрытий, ни позиций для артиллерии». Первый натиск немцы предприняли в сентябре 1914-го: перебросив из Кенигсберга орудия большого калибра, они бомбардировали крепость шесть дней. А осада Осовца началась в январе 1915-го и продолжалась 190 дней. Немцы применили против крепости все свои новейшие достижения. Доставили знаменитые «Большие Берты» – осадные орудия 420-мм калибра, 800-килограммовые снаряды которой проламывали двухметровые стальные и бетонные перекрытия. Воронка от такого взрыва была пять метров глубиной и пятнадцать в диаметре.

Крепость Осовец.Форт №1


Крепость Осовец.Форт №1

Цитата:
Немцы подсчитали, что для принуждения к сдаче крепости с гарнизоном в тысячу человек достаточно двух таких орудий и 24 часов методичной бомбардировки: 360 снарядов, каждые четыре минуты – залп. Под Осовец привезли четыре «Большие Берты» и 64 других мощных осадных орудия, всего 17 батарей.

Самый жуткий обстрел был в начале осады. «Противник 25 февраля открыл огонь по крепости, довел его 27 и 28 февраля до ураганного и так продолжал громить крепость до 3 марта», – вспоминал С. Хмельков. По его подсчетам, за эту неделю ужасающего обстрела по крепости было выпущено 200-250 тысяч только тяжелых снарядов. А всего за время осады – до 400 тысяч. «Кирпичные постройки разваливались, деревянные горели, слабые бетонные давали огромные отколы в сводах и стенах; проволочная связь была прервана, шоссе испорчено воронками; окопы и все усовершенствования на валах, как то: козырьки, пулеметные гнезда, легкие блиндажи, стирались с лица земли». Над крепостью нависли тучи дыма и пыли. Вместе с артиллерией крепость бомбили немецкие аэропланы.

«Страшен был вид крепости, вся крепость была окутана дымом, сквозь который то в одном, то в другом месте вырывались огромные огненные языки от взрыва снарядов; столбы земли, воды и целые деревья летели вверх; земля дрожала, и казалось, что ничто не может выдержать такого ураганного огня. Впечатление было таково, что ни один человек не выйдет целым из этого урагана огня и железа», – так писали зарубежные корреспонденты.

Командование, полагая, что требует почти невозможного, просило защитников крепости продержаться хотя бы 48 часов. Крепость стояла еще полгода. А наши артиллеристы во время той страшной бомбардировки умудрились даже подбить две «Большие Берты», плохо замаскированные противником. Попутно взорвали и склад боеприпасов.

6 августа 1915-го стало для защитников Осовца черным днем: для уничтожения гарнизона немцы применили отравляющие газы. Газовую атаку они готовили тщательно, терпеливо выжидая нужного ветра. Развернули 30 газовых батарей, несколько тысяч баллонов. 6 августа в 4 утра на русские позиции потек темно-зеленый туман смеси хлора с бромом, достигший их за 5-10 минут. Газовая волна 12-15 метров в высоту и шириной 8 км проникла на глубину до 20 км. Противогазов у защитников крепости не было.

«Все живое на открытом воздухе на плацдарме крепости было отравлено насмерть, – вспоминал участник обороны. – Вся зелень в крепости и в ближайшем районе по пути движения газов была уничтожена, листья на деревьях пожелтели, свернулись и опали, трава почернела и легла на землю, лепестки цветов облетели. Все медные предметы на плацдарме крепости – части орудий и снарядов, умывальники, баки и прочее – покрылись толстым зеленым слоем окиси хлора; предметы продовольствия, хранящиеся без герметической укупорки – мясо, масло, сало, овощи, оказались отравленными и непригодными для употребления».

«Полуотравленные брели назад, – это уже другой автор, – и, томимые жаждой, нагибались к источникам воды, но тут на низких местах газы задерживались, и вторичное отравление вело к смерти».

Германская артиллерия вновь открыла массированный огонь, вслед за огневым валом и газовым облаком на штурм русских передовых позиций двинулись 14 батальонов ландвера – а это не менее семи тысяч пехотинцев. На передовой после газовой атаки в живых оставалось едва ли больше сотни защитников. Обреченная крепость, казалось, уже была в немецких руках. Но когда германские цепи приблизились к окопам, из густо-зеленого хлорного тумана на них обрушилась... контратакующая русская пехота. Зрелище было ужасающим: бойцы шли в штыковую с лицами, обмотанными тряпками, сотрясаясь от жуткого кашля, буквально выплевывая куски легких на окровавленные гимнастерки. Это были остатки 13-й роты 226-го пехотного Землянского полка, чуть больше 60 человек. Но они ввергли противника в такой ужас, что германские пехотинцы, не приняв боя, ринулись назад, затаптывая друг друга и повисая на собственных проволочных заграждениях. И по ним с окутанных хлорными клубами русских батарей стала бить, казалось, уже погибшая артиллерия. Несколько десятков полуживых русских бойцов обратили в бегство три германских пехотных полка! Ничего подобного мировое военное искусство не знало. Это сражение войдет в историю как «атака мертвецов».

Осовец русские войска все же оставили, но позже и по приказу командования, когда его оборона потеряла смысл. Эвакуация крепости – тоже пример героизма. Потому как вывозить все из крепости пришлось по ночам, днем шоссе на Гродно было непроходимо: его беспрестанно бомбили немецкие аэропланы. Но врагу не оставили ни патрона, ни снаряда, ни даже банки консервов. Каждое орудие тянули на лямках 30-50 артиллеристов или ополченцев. В ночь на 24 августа 1915 года русские саперы взорвали все, что уцелело от немецкого огня, и лишь несколько дней спустя немцы решились занять развалины.

В 1924 году европейские газеты писали о некоем русском солдате (имя его, к сожалению, не известно), обнаруженном польскими властями в крепости Осовец. Как оказалось, при отступлении саперы направленными взрывами засыпали подземные склады крепости с амуницией и продовольствием. Когда польские офицеры спустились в подвалы, из темноты по-русски раздалось: «Стой! Кто идет?» Незнакомец оказался русским. Часовой сдался лишь после того, как ему объяснили, что той страны, которой он служил, уже давно нет. 9 лет солдат питался тушенкой и сгущенкой, потеряв счёт времени и приспособившись к существованию в темноте. После того, как его вывели, он потерял зрение от солнечного света и был помещен в больницу, после чего передан советским властям. На этом его след в истории теряется.
Владимир Воронов. Русские не сдаются


Руины 2-го форта крепости Осовец

Проф. К.И. Величко. Отрывок из публикации "Роль крепостей в связи с операциями полевых армий". (1925 год)


схема крепости Осовец

Цитата:
Крепость Осовец - крепость-застава. Она запирала железную дорогу из Лыка через Граево на Белосток при переходе этой дороги по мосту через реку Бобр, текущую в широкой и болотистой долине. Она состояла из большого центрального форта № I, связанного оградою с водяными рвами с фортом III, и имела еще на правом неприятельском берегу форт - II -Заречный, прикрывавший мост Ниже по течению имелся еще малый форт-Шведский, и протянутая до него пехотная позиция от форта III. Наличие форта II на правом берегу Бобра придавало Осовцу известное значению в смысле допущения возможности играть не только пассивную, но и активную роль.

Других путей, кроме прегражденного крепостью Осовец из Восточной Пруссии через пограничный городок Граев к важному железнодорожному узлу в Белостоке, не было, вследствие чего упорное сопротивление Осовца, в случае атак приобретало особо важное значение, так как при выяснившемся ненадежном состоянии 10 армии и управления ее операциями, армии правофланговой, на которую должен был обрушиться удар Гинденбурга, с целью сначала разбить ее и затем охватить прав. фланг всего русского фронта, немцы могли выйти на сообщение нашего центра. Но для этого надо было сломить сопротивление, какое могла оказать эта армия на среднем Немане, при поддержке двух крепостей Ковно и Гродно. По немецким источникам, трудности, сопряженные с овладением этими крепостями, заставили Гинденбурга распространить охват к северу при посредстве 8 армии Бюлова. Другой путь перерыва тыловых сообщений был через верхний Нарев и Бобр по фронту Ломжа-Осовец к Белостокскому железно-дорожному узлу.

После боев 25 дек. и 16 янв. на линии Иоганисбург, Лискен, Винцента часть русских сил (одна дивизия) отошла на Осовец, войдя в состав ее гарнизона, части же 10 армии, занимавшей Иоганисбург, теснимые противником, обнажали ст. Граево, еще незакончившую эвакуацию и правый фланг лево-фланговых частей армии. Комендант Осовца организовал Граевский отряд из состава гарнизона под нач. полк. Катаева, который и занял Граево, где и укрепился с целью преградить шоссе Щучин-Граево-Грайгород, которыми мог воспользоваться противник для своих передвижений по фронту. С этого дня, 30 января, началась широко-активная работа гарнизона на всем пространстве от Граева до Заречного форта (25 верст), где был создан ряд укрепленных позиций, из коих ближайшая к крепости Сосненская позиция являлась уже передовою и могла получать поддержку крепостной тяжелой артиллерии. Этой упорной борьбой за впереди-лежащую местность удалось оттянуть на себя значительные силы немцев и заставить (в силу опыта неудачной 1-ой бомбардировки в сентябре 1914 года) подвести до 68 тяжелых, осадного типа, орудий, в том числе 16-8 дм., 16-12 дм. и 4-16 дм. Несмотря на ничтожный плацдарм, представляемый крепостью, эта вторая бомбардировка, начатая 9 февр. и длившаяся до начала марта, немало не повлияла на сопротивляемость крепости. Судя по донесениям, вот какие результаты достигнуты противником за месячный срок: сохранены все бетонные постройки жизненного и боевого характера, вследствие чего гарнизон, расположенный в фортах и плацдарме, понес ничтожные потери; все старания немцев разрушить (как выразился прибывший на фронт император Вильгельм в одном аз своих приказов) игрушечную крепость в течение 10 дней не привели к указанной цели. По результатам бомбардировки с уверенностью можно сказать, что крепость Осовец выдержит еще такую же бомбардировку, при которой число выпущенных снарядов доходило до 80.000. Таким образом, надлежаще организованная и искусно веденная оборона Осовца (комендант арт. ген. Бржозовский) при наличии соответственно-устроенных бетонных казематированных сооружений не убоялась 42 см. мортир и 30,5 см. гаубиц в противность бельгийским крепостям, но, подобно Вердену, подтвердила о том, что "долговременная фортификация в мировую войну выдержала экзамен". В описании обороны Осовца (М. Свечников и В. Буняковский) сказано: "Осовец первый развенчал сложившееся убеждение о действии немецкой тяжелой артиллерии и доказал, что, пока гарнизон крепок духом, ничто не может заставить сдать крепость". Не то же ли показал и Ивангород? Необходимо добавить, что противник не преминул действовать и удушливыми газами, но сам от них гиб (до 1.000 человек) и успеха не достиг, вследствие отчаянных контр-атак гарнизона. Повторные его штурмы отбивались с большими потерями, а попытки обойти крепость с севера и юга не увенчались успехом, своевременно предупреждаемые фланговыми же операциями гарнизона, который протянул свой фронт за Бобром почти на 48 верст. Упорная защита передового прав. бережн. плацдарма, глубиною до 12 верст, увеличила силу фронтального сопротивления крепости и создавала крайне благоприятные условия к переходу в наступление в чрезвычайно важном направлении на Граево-Лык, в разрез между группами противника, действовавшего против соседних с крепостью армий. Осовец заслонил собой 50-верстный интервал между армиями фронта и оказал им поддержку под искусным и мужественным руководством коменданта, ген. (артиллериста) Бржозовского, сменившего ген. Шульмана, столь же доблестно отбившего в 1914 году первый 4-х дневный штурм. По приказу Главн. командования 9 авг. 1915 г. в 11 час. ночи гарнизон покинул крепость, составив сводный корпус под командой тоге же ген. Брожозовского, уничтожив крепость, и занял полевую позицию в 13 верстах к востоку.

Оборона "игрушечной крепости" Осовца столь же блестяща, как и оборона французами большой маневренной крепости Верден, и роль ею сыгранная в тактическом и в стратегическом отношениях оправдала, в свою очередь, произведенные на сооружение ее издержки и те жертвы, какие понес ее доблестный гарнизон.
Заключение военного издательства наркомата обороны СССР о причинах упорной и длительной обороны крепости Осовец.
Написано в 1939 году.
Цитата:
Осовецкая крепость в отличие от других русских крепостей — Новогеоргиевска, Ковны, Гродны — выполнила свое назначение — она запретила на 6 месяцев доступ противнику к Белостоку, выдержала бомбардировку снарядами мощной осадной артиллерии, отразила все мелкие атаки и отбила штурм с применением отравляющих газов.

Приводимая таблица дает представление, как огромная первоклассная крепость Новогеоргиевск, обложенная 45 батальонами ландвера, сдалась после 10 дней сопротивления, в то время как маленькая «игрушечная» Осовецкая крепость, атакованная почти такими же силами, сопротивлялась 190 дней и была оставлена гарнизоном только по приказанию высшего командования.
Цитата:
Причины такой упорной обороны Осовецкой крепости следующие:
1. Крепость имела боеспособный гарнизон. Осовецкая крепость не была круговой позицией, приспособленной к изолированной борьбе; это была долговременно укрепленная полоса с сильным фронтом, хорошо обеспеченными флангами и открытым тылом, связанным железной дорогой, шоссе и сетью грунтовых дорог с тылом фронта (Белостокским железнодорожным узлом).

Свободный тыл позволил в нужный момент усилить гарнизон крепости первоочередными боевыми полками, которые вместе с обстрелянными в боях под Иоганисбургом и Граево полками 57-й пех. дивизии представляли реальную силу, способную противостоять частям блокадного германского корпуса с его мощной осадной артиллерией.

Если сравнить оборону передовых позиций Новогеоргиевска и Осовецкой крепости, то боеспособность пехоты Осовца будет ярко подчеркнута.

Сравнительно сильные передовые позиции Новогеоргиевска, обстрелянные в течение нескольких часов тяжелой артиллерией, бесславно пали, ибо защитники их разбежались; пехота Осовецкой крепости держала в своих руках передовые позиции в течение 6 месяцев, отбив все попытки противника овладеть ими.

Личный состав крепостной артиллерии Осовца знал свое дело вполне удовлетворительно; комиссия, проверявшая пробную мобилизацию крепости в 1912 г., подчеркивает, что среди «безотрадной картины материальной части крепостной артиллерии» отрадным фактом является хорошая подготовка в специальном отношении артиллеристов крепости.

Касаясь морального состояния гарнизона крепости, необходимо упомянуть, что подавленное настроение наблюдалось только в ополченских частях при выполнении боевых заданий. Нельзя не упомянуть о том озлоблении, которое постепенно накоплялось у частей гарнизона против врага: в письмах, перебрасываемых немцами на Сосненскую позицию, говорилось, что русским пора прекратить сопротивление, так как они не могут бороться против германцев, и что скоро они будут под властью германского кайзера.

Особое впечатление произвело на гарнизон крепости отравление крестьян ближайших к крепости деревень во время газового штурма и издевательства немцев над трупами отравленных стрелков в окопах Сосня: «Медведь — страшный зверь, и тот не трогает мертвецов, а эти хуже зверей, погоди, дай дорваться», — говорили стрелки 226-го Землянского полка.

Крепость имела работоспособный штаб, опытных начальников артиллерии и инженеров; во главе крепости стоял решительный, энергичный комендант, моральные качества которого были противоположны качествам комендантов Новогеоргиевска и Ковны, из которых первый приказал очистить всю первую линию обороны после падения двух фортов (из 33), а через несколько дней сдал крепость, подарив немцам 80 000 пленных, 1 200 орудий и на несколько десятков миллионов рублей различного имущества, а второй в самый разгар боев под крепостью «выбыл из крепости» со своим штабом, оставив гарнизон без руководства.

2. Крепость имела материально обеспеченную базу. Свободный тыл позволил снабжать крепость необходимыми средствами для упорной обороны. Почти каждую ночь, даже во время бомбардировки, в крепость прибывали поезда и автомобильные транспорты, доставляя орудия, боеприпасы, продовольствие и даже строительный материал. Крепость не чувствовала недостатка в противоштурмовой артиллерии, пулеметах, винтовках и боеприпасах, как это было в изолированном Новогеоргиевске, где около половины гарнизона совсем не имела винтовок, а остальные на одну треть были вооружены винтовками Бердана с 300 патронами на винтовку.

Французский автор Гранкур, описывая состояние вооружения пехоты Новогеоргиевска, восклицает: «Не было даже винтовок Бердана, а в мирное время Сухомлинов приказал уничтожить 600 000 берданок и около миллиарда патронов к ним под предлогом, что их негде хранить».

Крепость Осовец была снабжена продовольствием и предметами первой необходимости; гарнизон крепости не голодал и не истощался, как это было в изолированном Перемышле, где войска длительный период питались кониной и суррогатами и в конце концов принуждены были после неудачного прорыва русских позиций 18 марта 1915 г. сдаться осаждающим.

Гарнизон крепости был обеспечен и предметами санитарного снабжения — перевязочными материалами, медикаментами и прочим — и мог пользоваться санитарными поездами, которые доставляли раненых, больных и отравленных в тыловые госпитали.

3. Крепость имела необходимое количество казематированных сооружений, обеспеченных от 30,5-см бомб. Кредиты, отпущенные в 1912 — 1914 гг. на устранение тех дефектов в фортификационном оборудовании крепости, которые были замечены во время пробной мобилизации крепости в 1912 г., позволили обратить внимание на усиление конструкций фортификационных сооружений и обеспечить последние от огня 30,5-см осадной артиллерии. Не перечисляя всех произведенных работ, о которых упоминалось, можно указать, что крепостное строительство пошло не только по пути устройства новых мощных железобетонных сооружений, но и по пути усиления бетоном старых солидных кирпичных казарм, что дало хорошие результаты, и форты крепости имели к началу бомбардировки достаточное количество казарм и убежищ, безопасных от 21 — 30,5-см бомб.

Старые кирпичные казармы, усиленные бетоном по идее «слоистой конструкции», оказались сильнее убежищ крепостей Льежа и Намюра, где сводчатые покрытия были набиты из сплошного бетона, который 30,5-см и 42-см бомбами или пробивался насквозь, или давал отколы, опасные для жизни людей.

4. Большое значение для успешной обороны крепости имели те значительные ошибки, которые были допущены противником во время осады.

Первая ошибка заключалась в том, что немцы не решились на штурм крепости 22 — 24 февраля, когда мороз сковал Бобр, его болота и водяные рвы крепости, а гарнизон был переутомлен боями на передовых позициях и не освоил еще своих долговременных позиций.

Второй ошибкой было крайне поспешное снятие с позиции 42-см орудий; причины этого распоряжения совершенно непонятны, тем более что дальность стрельбы 42-см орудий превосходила дальность огня крепостных 15-см пушек Кане.

Наконец, третья ошибка заключалась в том, что немцы, даже в разгар бомбардировки крепости, 25 февраля — 3 марта, не стреляли по ночам; это обстоятельство позволило гарнизону исправлять ночью все дневные повреждения; только на одном Центральном форту за 8 ночей обернулось на работах около 1 500 человек. Ночная передышка позволяла, как об этом говорилось, подвозить в крепость все необходимые средства борьбы.
Helly, Klerkon и Cyanide сказали спасибо.

Последний раз редактировалось Sölveig: 20.09.2014 в 19:32.
старый 07.10.2014, 14:40   #94
banned
 
Регистрация: 08.2005
Проживание: Лес
Возраст: 34
Сообщений: 5.817
Записей в дневнике: 17
Репутация: 61 | 0
По умолчанию

КРЕПОСТНАЯ ВОЙНА НА АВСТРО-ИТАЛЬЯНСКОМ ФРОНТЕ



В мае 1915 г., когда Италия вступила в свою очередь в мировую войну, укреплениям на австро-итальянской границе также пришлось сыграть свою роль.
Со стороны Австрии главная роль принадлежит большой крепости-лагерю Триент, являвшейся главным опорным пунктом для обороны страны против Италии и особенно для обороны Трентинской области, которая образовала обширный выступ, глубоко вдававшийся в итальянскую территорию. Она господствовала над всеми путями, ведшими в Тироль по долине Адижа, а также над важной железной дорогой из Бреннера.
Крепость состояла большей частью из старых укреплений, более или менее модернизированных. Такими являлись несколько передовых и выдвинутых очень далеко отдельных фортов, как то: на юге - форт-застава в ущелье Делле Фугацце, который держал под огнем дорогу Арсьеро-Роверето; на востоке - укрепления Левико, которые прикрывали долину Сугана; на севере - "заграждение" Рокетта, близ Меццоломбардо, которое должно было препятствовать обходу крепости Триент со стороны Валь-ди-Нон.
Пути сообщения между долиной Адижа и Валь-Юдикария прикрывались укреплениями Рива, расположенными на северной оконечности озера Гарда. Для обороны самой долины Валь-Юдикария было построено укрепление Лардаро с броневым фортом Карриола, который был закончен только во время мировой войны.
Так как итальянская граница на плато Фольгариа и Лавароне проходила всего в 20 км от Триента, то было необходимо улучшить оборону этой крепости и всей прилегавшей к ней части границы. Поэтому в последние годы перед войной здесь был построен целый ряд современных броневых укреплений. Старый форт Стрино на перевале Тонале также был усилен двумя подобного рода укреплениями, Что касается дороги на Штильферьох, то она защищалась только устаревшим, но несколько усиленным фортом Томагой (Валь-де-Трафой).
Для обороны пограничных проходов в Доломитных и Карнийских Альпах находились только старые форты-заставы типа блокгаузов, состоявшие из двухэтажной кирпичной постройки с казематами для орудий. Железнодорожная линия и дорога на Вену через Земмеринг, которые в Феллаталь представляли в то же время очень опасный путь вторжения, прикрывались старым фортом Гензель, близ Мальборгетто; этот устаревший форт был усилен броневыми башнями.
На перевале Пердиль и в горном проходе Флич также находились укрепления.
Из крепостей на побережье Адриатического моря первое место принадлежит военному порту Пола, который был основательно укреплен австрийцами. Наоборот, оборонительные сооружения Триеста с точки зрения фортификации имели очень мало значения. Зато в последние годы перед войной была усилена крепость Каттаро, которая стала вторым австрийским военным портом.
Что же касается Италии, то она уже давно забросила и упразднила все крепости, расположенные в долине По, которые с точки зрения фортификации потеряли всякое значение. В четырехугольнике крепостей Пескьера - Мантуя - Леньяно - Верона, которые играли такую большую роль в эпоху Наполеоновских войн, а также в войнах 1848 и 1866 гг., только Мантуя и Верона были сохранены в качестве крепостей. Вся итальянская граница, примыкавшая к Австрии, была, наоборот, серьезно прикрыта отдельными фортами-заставами, укрепленными группами или долговременными батареями.
Для усиления и расширения района обороны крепости Верона была построена укрепленная группа Риволи в том пункте, где р. Адиж вступает в Северо-итальянскую низменность; в то же время были устроены заграждения, из которых можно было обстреливать дороги, проходившие по обоим берегам озер Идро и Гарда.
Пограничные проходы со стороны Штильферьох преграждаются укреплениями у Бормио; над проходами со стороны Тонале господствуют укрепления, расположенные на самом перевале и в Эдоло. Следующие группы укреплений прикрывают границу и все проходы: в Пасубио и Сетте-Коммуни, в районе Арсьеро и Асьяго, долина Сугана защищена укреплениями Примолано; Цисмонталь - Фонцасо и долина Жордеволе - укреплениями Агордо. Укрепления Пиаве ди Кадоре и Лоренцаго господствуют над проходами, ведущими в долину верхней Пиаве. Все эти укрепления состояли частью из достаточно устаревших сооружений, но частью также из броневых фортов.
Шоссейная и железная дороги из Земмеринга, которые проходили из Каринтии через Феллаталь, обстреливались у Моджо из форта Киуза Форте, у Понтебла и в месте соединения Феллаталь с долиной Тальяменто - долговременными батареями. В глубине последней долины находились старые укрепления Осоппо и Кодройпо с устаревшей крепостью Пальманова, в южной части Фриуля. Однако, все эти укрепления имели совершенно ничтожное значение.
Старая приморская крепость Венеция была, наоборот, дополнена постройкой тет-де-пона Местре и сооружением других современных укреплений. Таким образом, постепенно она превратилась в обширную крепость-лагерь.
На этом театре войны сосредоточение армий противников не могло быть таким простым, как на других фронтах: оно должно было растянуться на довольно длительный период.
Когда Италия объявила войну Австрии, последняя располагала на всем протяжении австро-итальянской границы только слабыми прикрывающими частями, состоявшими преимущественно из ландштурмистов и тирольских стрелков. Италия, напротив, мобилизовала с начала мировой войны и постепенно выставила от 25 до 30 дивизий, разделенных впоследствии на 4 армии. Две из них были сосредоточены на восточной границе (часть была оставлена против Каринтии); третья армия была расположена в долине верхней Пиаве, между Беллюне и Фельтре, а четвертая - размещена между Сетте-Коммуни и Штильферьох. Позднее было произведено много фланговых перемещений, особенно в направлении восточной границы и Изонцо.
После объявления Италией войны Австрии итальянцы стали наступать на австрийскую территорию, стремясь продвигаться возможно глубже, а когда это не удавалось, занимали по меньшей мере пункты, командовавшие над границей. Установив в этих пунктах тяжелую артиллерию, они сейчас же начинали бомбардировку австрийских приграничных фортов. Так как последние не располагали артиллерией, способной отвечать на огонь атакующих, то они являлись по отношению к итальянцам совершенно беспомощными. Повреждения, произведенные в этих австрийских укреплениях, там, где было возможно хорошее наблюдение, были очень серьезны. Но в Доломитных Альпах бомбардировка укреплений дала слабый результат, хотя они и были устарелыми, так как вести ее действительно было очень трудно. Некоторые же современные форты на плато Лавароне и на перевале Тонале, наоборот, пострадали очень сильно. Форт Гензель, близ Мальборгетто, был также приведен в очень жалкое состояние. В этом секторе итальянцы вели некоторое время перекидной огонь через гору, для чего они установили наблюдательные пункты на самом гребне этой горы.
Было установлено, что наибольшие повреждения в австрийских укреплениях были получены при попадании снарядов в переднюю часть брони броневых башен, слабо прикрытую бетоном. Часть башен была совершенно разрушена такими попаданиями, у других были совершенно выворочены купола. Тем не менее количество мало поврежденных башен, боеспособность которых можно было быстро восстановить, было все же значительно больше тех, которые пришли в совершенную негодность.
В старых укреплениях, сопротивляемость которых была признана недостаточной, австрийцы сняли орудия с установок и заменили их фальшивыми, а орудия поставили в промежутках. Что касается современных фортов, то их разоружали только при приближении опасности.
Несмотря на длившуюся месяцами- конечно, с некоторыми перерывами - бомбардировку и на колоссальный расход снарядов, итальянцы не могли овладеть ни одним из укреплений, подвергавшихся такой бомбардировке. Стоимость снарядов, выпущенных только по фортам на плато Фольгариа и Лавароне, в два с половиной раза превышала стоимость самих укреплений.
Итальянское наступление в Трентинскую область должно было через некоторое время остановиться только благодаря австрийским оборонительным сооружениям. Остановка продвижения итальянцев, вызванная необходимостью развертывания тяжелой артиллерии, и затем длившаяся месяцами бомбардировка дали австрийцам время подвезти к этому фронту войска, снятые с других участков. Благодаря этим мероприятиям им удалось несколько продвинуть свой фронт и выручить укрепленные пункты, которые после этого оказались большей частью за линией фронта.
Наоборот, когда в 1916 г. началось большое наступление австро-венгерской армии из Трентинской области, итальянские укрепления Сетте-Коммуни быстро пали под ударами австрийских 305-мм орудий на тракторной тяге. Впрочем устройство этих укреплений было рассчитано на сопротивление снарядам только средних калибров. Кроме того, как конструкция, так и оборудование фортов были плохи (все башни в ряд, на интервалах в 5 м). Говорят, что бетон был также плохого качества. Если в конечном счете австрийское наступление не удалось, то это объясняется, с одной стороны, тем, что итальянцы, усилившись, оказали более упорное сопротивление, а с другой стороны, тем, что австрийцы были вынуждены снять большое количество войск с итальянского фронта для переброски их на русский фронт, на котором русские в начале июня предприняли большое наступление. При такой обстановке армии "двуединой" монархии должны были отойти в Трентинскую область на свои пограничные позиции и очистить Сетте-Коммуни. После этого итальянцы могли снова занять свои потерянные форты и привести их, насколько возможно, в оборонительное состояние.
В конце октября 1917 г. итальянцы потерпели катастрофическое поражение при Капоретто и вынуждены были оставить Изонцо. В это время старая крепость Пальманова и заброшенные тет-де-поны у Тальяменто были совершенно не в силах оказать серьезное сопротивление мощному наступлению союзников. Когда же они подошли к Пиаве, в обход укреплений, расположенных на верхнем течении реки, - итальянцы должны были без боя очистить все укрепленные пункты этого района. С этого времени крепость-лагерь Венеция становится главной опорой фронта на Пиаве, отчего значение ее значительно возросло.

Австрийские укрепления на австро-итальянском фронте вполне выполнили свое назначение, несмотря на то, что часть их уже устарела. Благодаря им, главным образом, итальянское наступление в начале войны должно было остановиться. С другой стороны, итальянские укрепления, расположенные на фронте Доломитных Альп и Тироля, очень хорошо выполнили свою роль, позволив итальянцам держать на этом фронте относительно слабые силы и искать решения на Изонцо, которое являлось главным театром их действий.

Бои, проходившие под австрийскими приграничными фортами, показали, что даже устаревшие укрепления могут иметь большое значение в качестве опорных пунктов на фронте обороны. Кроме этого, они дали доказательство того, что крепость, оборудованная соответственно требованиям современной техники, способна выдерживать самую жестокую бомбардировку артиллерии самых тяжелых калибров. Возьмем, например, броневой форт Карриола, построенный в 1913-1915 гг. Он был вооружен 4 броневыми башнями, на одну 100-мм гаубицу каждая, и прикрыт слоем железобетона толщиной 2,5-3 м. Он подвергался жестокой бомбардировке с 4 по 31 декабря 1915 г., причем за это время по нему было выпущено около 450 снарядов 300-мм и 150-мм калибра. Однако, несмотря на такое большое количество выпущенных по нему снарядов, форт пострадал очень мало, так как не получил ни одного серьезного повреждения, а полученные могли быть быстро исправлены. Передают, что гарнизон укрепления, а также его орудия до конца сохранили свою боеспособность и что вторая бомбардировка в апреле 1916 г. нисколько не уменьшила его обороноспособности.

Ж. Ребольд "Крепостная война в 1914-1918 гг."



БОРЬБА ЗА ДАРДАНЕЛЛЫ



Турецкие укрепления Дарданелл со своей стороны сыграли важную роль в начальный период мировой войны.
Когда вспыхнула война, германский броненосный крейсер "Гебен" и небольшой крейсер "Бреслау" находились в Мессине. Так как английский флот старался тогда их окружить, оба корабля могли избежать окружения только укрывшись в Дарданеллах. Вместе с "Гебеном" в Дарданеллы прибыл германский адмирал Сушон, которому 13 сентября 1914 г. турки вручили командование всем своим флотом.
Так как последний находился в жалком состоянии, адмирал Сушон стал принимать меры к тому, чтобы поднять до некоторой степени - и как можно скорее - его боеспособность. Для этого он включил в его состав некоторое число германских моряков.
В это время Турция была в нерешительности и ставила себе вопрос, следует ли ей присоединиться к центральным державам. Адмирал Сушон старался использовать всякий повод, чтобы вызвать столкновение с вооруженными силами Антанты и принудить таким образом Турцию к выступлению. Своими миноносцами он атаковал выход из Дарданелл, за которым наблюдали французские и английские суда. Когда 26 сентября одно из этих судов выказало угрозу по отношению к турецкому миноносцу, Турция сочла этот инцидент достаточным предлогом для закрытия в Дарданеллах всякой навигации.
В конце октября адмирал Сушон без ведома турецкого правительства вошел с 7 кораблями и 4 миноносцами в Черное море и бомбардировал несколько русских портов. Таким образом, Россия оказалась в состоянии войны с Турцией. и державы Антанты объявили ей после этого войну. 3 ноября 2 английских и 2 французских броненосца впервые подвергли короткой бомбардировке турецкие укрепления, господствовавшие над входом в Дарданеллы.
Еще в сентябре, когда больше уже не было сомнений в том, что Турция присоединится к центральным державам, первый лорд британского адмиралтейства Уинстон Черчиль советовал атаковать Дарданеллы союзным флотом. Однако, британский министр иностранных дел лорд Грей выступил против этого предложения, желая избежать всего, что могло бы ускорить вступление Турции в войну.
Греки, которые с самого начала войны под влиянием Венизелоса выказывали сочувствие Антанте, даже предлагали последней помощь в форсировании Дарданелл, предполагая произвести внезапное нападение на Галлиполийский полуостров. Но так как русские опасались, что после взятия Константинополя греки пожелают оставить его за собой, предложение Греции было отклонено. Когда же зимой 1914- 1915 гг. в России начал чувствоваться недостаток оружия и боевых припасов, державы Антанты увидели, что открытие Дарданелл стало для них совершенно необходимым, так как поддерживать сообщение с Россией они могли только через этот пролив.
Дарданеллы имеют в длину 70 км, из которых 25 км приходятся на внешнюю часть пролива и 35 км на внутренние Дарданеллы. Между этими двумя частями находится Чанакский пролив - дефиле длиной в 10 км и шириной только 1 300 м. Ширина наружных и внутренних Дарданелл колеблется от 5 до 7 км. По выходе из узкой части пролива по направлению к Эгейскому морю берега сближаются до 3,5 км. Босфор имеет в длину 32 км и в ширину от 600 м до 3 км. Между двумя проливами простирается на 200 км продолговатое Мраморное море.
Галлиполийский полуостров, длиной в 90 км и шириной от 5,5 до 20 км в наиболее широкой части, представляет собой европейский берег Дарданелл. Однако, между Каба-Тепе и Майдос он несколько суживается и имеет в ширину не более 8 км. Поверхность полуострова покрыта грядами высот, не превышающих в общем 300 м. Лишь Сари-Баир, возвышаясь своей остроконечной вершиной над Эгейским морем, достигает 400 м. В южной оконечности полуострова командующей высотой является Эльчи-Тепе, имеющая форму кегли, которая служит маяком для судов, входящих в пролив. Несколько достаточно ясно выраженных понижений тянутся от Каба-Тепе к Майдос и от Киреч-Тепе к Акбаш. Азиатский берег Дарданелл также в большей части гористый.
Перед восточным входом в Дарданеллы расположены острова Тенедос и Имброс; западнее находится остров Лемнос, обширный порт которого был предоставлен греками союзникам для устройства державами Антанты базы для их флотов.
Дарданеллы, как и Босфор, были укреплены во все времена. Однако, оборудование этих укреплений, состоявших в 1914 г. из двух групп - одной при входе в пролив, другой - в Чанакском дефиле, - ни в малейшей степени не соответствовало уровню достижений современной техники.
Первая группа укреплений имела на каждом из обоих берегов по одному устаревшему форту и одной долговременной современной батарее (на европейском берегу - Сед-эль-Бар, на азиатском - Кум-Кале).
Высокие надстройки старых фортов с их крупными кирпичными сооружениями, хорошо видимые с очень дальнего расстояния, представляли для неприятеля отличные цели. Их вооружение состояло из 20 орудий калибром от 150 до 180 мм большей частью старых образцов, установленных открыто на валах и обладавших минимальной дальнобойностью. Наоборот, обе долговременные батареи - Геллес - на европейском и Орканиэ - на азиатском берегу - были вооружены 4 современными 230-мм орудиями, обладавшими дальнобойностью до 13 800 м.
Однако, наиболее важными укреплениями пролива были расположенные на Чанакском дефиле. Они состояли из 10 фортов, раскинутых по обоим берегам, и нескольких долговременных батарей. Построенные после русско-турецкой войны 1877-1878 гг. из земли и кирпича, они оставляли желать очень многого в отношении их оборудования. Большинство укреплений было вооружено орудиями старых образцов. Только форт Гамидиэ, располагавший 5 355-мм пушками, имевшими дальность до 17 км, можно было считать полноценным. Но и на этом форту все орудия были установлены открыто. Не было ни брони, ни бетонной одежды, ни закрытий. Кроме того, снабжение боевыми припасами было исключительно слабо.
В Булаире, на северной оконечности полуострова, находилось также большое количество земляных укреплений, которые должны были обеспечивать этот район против нападения с севера. Однако, все эти укрепления и их вооружение совершенно устарели.
В сентябре 1914 г. командование над укреплениями пролива принял германский адмирал фон-Узедом. Придав сейчас же турецким гарнизонам около 170 германских офицеров, солдат или матросов, взятых частью с "Гебена" и "Бреслау", он приказал привести укрепления по мере возможности в лучшее оборонительное состояние и усилить их вооружение снятыми с кораблей орудиями. В Килид-Баре он установил минометную батарею, а во внешних Дарданеллах 10 рядов мин, которые могли обстреливаться из скорострельных орудий и освещаться ночью прожекторами.
Узедом. приказал также придать для обороны пролива подвижные гаубичные и мортирные батареи, распределив их по обоим берегам Дарданелл, чтобы их огнем заставлять входившие в пролив неприятельские суда постоянно менять позиции и затруднять им, таким образом, точность ведения огня; кроме того, он приказал устроить ложные батареи, которые часто привлекали на себя огонь неприятельской артиллерии.
Когда союзники решили атаковать Дарданеллы, выполнение этой операции было возложено на английский флот, усиленный 4 французскими броненосцами. Одновременно приступили к формированию десантного корпуса из 4 английских и 1 французской пехотных дивизий. Эти войска постепенно сосредоточивались в Египте.
19 февраля 1915 г. в 9 ч. 50 м. утра французские и английские суда открыли огонь по укреплениям Кум-Кале и Сэд-эль-Бар. Так как эти суда располагали огромным количеством орудий от 130-мм до 380-мм калибра и вели огонь с расстояний, превышавших досягаемость огня турецких батарей, то эта бомбардировка была для них просто "учебной стрельбой", так как неприятельская артиллерия была совершенно не в состоянии отвечать на огонь. Однако, когда после полудня часть союзного флота приблизилась к турецким батареям, последние своим огнем показали, что они совсем не выведены из строя. В 5 ч. 30 м. вечера суда Антанты прекратили огонь вследствие наступившей темноты, чем закончили бой; по случаю наступления плохой погоды бой не возобновлялся и в последующие дни.
25 февраля союзный флот снова появился у входа в Дарданеллы. Ведя сначала огонь с дальних расстояний по укреплениям Сед-эль-Бар и Кум-Кале, ему удалось на этот раз создать такое превосходство над огнем турецких батарей, что он мог, продвинувшись вперед, вести бой на ближних расстояниях и привести к молчанию турецкие батареи огнем своей тяжелой артиллерии. После этого турки очистили эти укрепления, которые были частью разрушены; 3 линейных крейсера вошли затем в фарватер пролива и, обстреливая с тыла, совершенно разрушили эти форты. В следующие дни здесь была произведена высадка отрядов сапер-подрывников, которые докончили разрушение укреплений.
С этого момента союзный флот мог беспрепятственно входить в пролив на расстояние около 10 км и бомбардировать оборонительные сооружения Чанакского дефиле. Это происходило 2 и 3 марта, причем одни из фортов, повидимому, был приведен к молчанию. Так как, однако, турецкие подвижные гаубичные батареи вынуждали союзные суда поворачивать кругом, то стрельба их не отличалась особой точностью, и в действительности турецкие укрепления пострадали очень мало.
5 и 6 марта новейший броненосец английского флота "Куин Елизабет" бомбардировал два форта, защищавшие Чанакское дефиле, для чего он вел огонь из 380-мм орудий из Эгейского моря через Галлиполийский полуостров. Как говорят, по одному из фортов было 13, а по другому 17 попаданий, несмотря на то, что огонь вели с дистанции в 18 км. Однако, ни одно орудие на фортах не было подбито; зато орудийная прислуга, работавшая при орудиях открыто, была большей частью перебита.
В это время из Лондона было получено распоряжение об экономном расходовании снарядов крупных калибров, почему бомбардировка была прекращена. Во всяком случае несколько укреплений могло быть разрушено бомбардировкой с броненосца "Куин Елизабет", так как с той стороны, с которой вели огонь по фортам, они совершенно не были защищены.
7 и 8 марта бомбардировка наружных Дарданелл возобновилась и, по-видимому, с большим успехом, так как турки отвечали на огонь довольно слабо. Оказывается, однако, что они просто хотели сохранить имевшееся в их распоряжении небольшое количество снарядов для ведения действительного огня с более близких расстояний. В этом кроется действительная причина их слабого противодействия.
Англичане продолжали бомбардировку до 12 марта, пытаясь одновременно расчистить минные заграждения. Траление мим производилось преимущественно по ночам, но турецкой скорострельной артиллерии, расположенной на обоих берегах пролива, удавалось каждый раз отражать тральщиков. Поэтому союзники пришли к убеждению, что для достижения их цели следует принять более решительные меры, для чего необходимо участие десантного корпуса. Но для перевозки последнего из Египта было необходимо гораздо больше времени, чем предполагалось. Тогда командующий союзной эскадрой вице-адмирал Карден решил возобновить атаку силами одного флота и провести ее как можно энергичнее. Однако, накануне дня, назначенного для начала операции, Карден внезапно заболел и был замещен вице-адмиралом Робеком, который, мало веря сам в успех предприятия, должен был его выполнять, так как вся подготовка к нему была уже закончена.
18 марта 1915 г. союзный флот приготовился к атаке и построился внутри пролива в два эшелона. 1-й эшелон составляли 4 английских линейных корабля: "Куин Елизабет", "Агамемнон", "Лорд Нельсон" и "Инфлексибл", которые справа и слева прикрывались старыми броненосцами. Около 11 ч. 30 м. эти суда открыли огонь по укреплениям мыса Кефес и Чанак. Вначале атакующие находились вне сферы огня фортов и подвергались обстрелу только подвижных гаубичных батарей, которые вели огонь с обоих берегов пролива. Несколько попаданий снарядов, полученных при этом судами, показало, что броня их вполне достаточна.
Вскоре после полудня 2-й эшелон, состоявший из французских линейных кораблей "Голуа", "Шарлемань", "Бувэ", "Сюффрен", прошел через линию стрелявших английских судов; продолжая затем продвигаться к турецким укреплениям, он открыл по ним огонь. Тут разыгрался ужасный артиллерийский бой между артиллерией военных судов и батареями обороны, который продолжался до 2 час. дня, после чего огонь с турецкой стороны стал стихать.
В это время французской эскадре, которая уже сильно пострадала, было приказано отойти назад. Ее должна была заменить третья эскадра, состоявшая из 4 довольно старых английских судов и бывшая до сих пор в резерве, как вдруг разразилась катастрофа. Произошло следующее: при отходе "Бувэ" наткнулся на мину и в течение двух минут затонул с находившимися на борту 600 чел. "Голуа" также был поврежден миной, но продолжал отходить и пристал к берегу недалеко от Тенедоса. "Сюффрен" был также сильно потрепан и едва держался на воде. Таким образом, 3 французских линейных корабля стали непригодны для дальнейших операций.
Английские суда продолжали в это время бомбардировку укреплений пролива с прежней силой, между тем как "чистильщики" занялись расчисткой минных полей, а турки снова открыли по ним огонь с возрастающей энергией. Затем, в 4 часа дня новое несчастье обрушилось на союзный флот: около этого времени "Инфлексибл", самый сильный английский корабль после "Куин Елизабет", подал сигнал, что и он наткнулся на мину. Он должен был выйти из линии огня и самостоятельно дошел до безопасного места. Спустя несколько минут стало известно, что такая же участь постигла "Иррезистибл", который, однако, не мог далеко уйти и затонул вблизи азиатского берега; его экипаж и находившиеся на нем войска были спасены миноносцами. Линейный корабль "Оушен", пытавшийся отбуксировать "Иррезистибл", во время этой операции сам наткнулся на мину и должен был отказаться от своей попытки. На следующую ночь он затонул на высоте Трои.
Вследствие этих тяжелых потерь и опасности, представляемой минными полями, начальник союзной эскадры решил приостановить операции внутри пролива. Поэтому все оставшиеся суда поспешили покинуть пролив с его роковыми водами. Так закончилось это предприятие, стоившее атакующим 6 бронированных кораблей, т. е. половины военных судов, принимавших в нем участие.
Потери человеческими жертвами, если не считать 600 чел., погибших вместе с "Бувэ", были удивительно малы, принимая во внимание страшный огонь со стороны обоих противников. Так, английский флот потерял убитыми и ранеными 61 чел., а турки, по их сведениям, 114 чел. Что касается турецких потерь орудиями, то из 176 бывших у них орудий, включая и подвижные батареи, всего 9 были приведены в негодность. Форты же, по которым был, главным образом, сосредоточен огонь кораблей, пострадали очень мало, тогда как вокруг них все поле было усеяно воронками.
Воронки от снарядов были расположены, главным образом, перед орудийными площадками и сзади них, почему и было уничтожено так мало орудий. Еще менее были ощутительны результаты стрельбы по подвижной турецкой артиллерии вследствие устройства многочисленных ложных батарей и оставления турками старых позиций, привлекавших на них огонь неприятеля. Кроме того, 9 рядов минных заграждений были совершенно целы. Совсем иначе стоял вопрос со снабжением. Так как половина боеприпасов и запасов продовольствия была уже израсходована, а рассчитывать на их пополнение или какую-нибудь замену было невозможно, то этот вопрос доставлял много беспокойства турецкому командованию.
Когда ни 19-го, ни в последующие дни союзный флот не появлялся в проливе, турки вздохнули свободно. Первый лорд адмиралтейства лорд Черчиль настойчиво предлагал командующему эскадрами немедленно возобновить прерванную атаку. Но адмирал Робек возразил, что, по его мнению, морское предприятие, не поддерживаемое сухопутной армией, обречено на неудачу. Это мнение взяло верх, и с этого времени центр тяжести Дарданельской операции был перенесен на десантную армию. Эта уже сформированная армия ожидала в Египте и на греческих островах момента принятия участия в операции.
Турки очень быстро догадались о намерении союзников атаковать их на суше и понемногу сосредоточили на Дарданеллах 6 пех. дивизий и 1 кав. бригаду, командование над которыми вручили ген. Лиман-фон-Сандерс, начальнику германской военной миссии, присланной в 1913 г. по просьбе турецкого правительства для реорганизации оттоманской армии.
Не зная, где высадятся союзники, он прежде всего создал из части войск легкую завесу вдоль побережья, а остальные силы распределил на три группы. Две дивизии были сосредоточены в тылу на азиатском берегу, между бухтой Безика и Кум-Кале, две дивизии заняли полосу Май-дос - Каба-Тепе и две остальные были расположены на верхней оконечности Галлиполийского полуострова, между Галлиполи и Булаиром. Усиленная кав. дивизия получила задачу вести наблюдение за северным берегом Саросского залива.
24 апреля сухопутные силы союзников (4 английских и 1 французская пех. дивизии), общей численностью в 80 000 человек со 150 орудиями, были готовы к высадке. Все эти войска находились под начальством английского ген. Гамильтона.
25 апреля англичанам удалось произвести под прикрытием военного флота высадку в Арибурну и на южной оконечности полуострова.
Чтобы отвлечь внимание турок, французы произвели одновременно высадку своих войск на азиатском берегу. Так как в Булаире была произведена демонстрация только флотом, то турки, быстро узнав об этом, сняли с этого участка свои части для усиления войск внутри полуострова. 27-го французы очистили азиатский берег и направились в Сед-эль-Бар для поддержки назначенной там атаки. Обнаружив это, турки сняли постепенно часть своих войск с азиатского берега и также направили их на Галлиполийский полуостров.
С этого времени и до 8 мая на южной оконечности полуострова начались крайне ожесточенные бои между турецкими войсками и англо-французским десантным корпусом, который непрерывно усиливался. Союзники старались прежде всего овладеть горным массивом Эльчи-Тепе, с которого можно было наблюдать турецкие Чанакские укрепления. Однако, несмотря на все их усилия и огневую поддержку военных судов, они не могли добиться хороших результатов от этой операции. То же произошло и в Арибурну, где англичане, зацепившись за узкую береговую полосу, тщетно пытались продвинуться вперед. Затем 11 мая вследствие общего истощения и недостатка свежих войск все атаки были прекращены.
До этого числа союзники потеряли убитыми и ранеными около 28 000 чел., но и потери турок были также очень велики. Можно даже утверждать, что вследствие губительного огня флота их потери превосходили, по всей вероятности, вдвое потери англо-французов.
С этого времени обе стороны окопались на месте и стали вести такую же позиционную войну, как и на Западном театре во Франции. Турки защищали каждую пядь земли, вовсе не считаясь с потерями. Действительно, потеря командующих высот, расположенных несколько в тылу турецкого фронта, повлекла бы за собой роковым образом падение проливов. Однако, во всех средствах для укрепления позиции (колючая проволока, лес и пр.), а также в средствах, необходимых для ведения позиционной войны (минометы, ручные гранаты и пр.), у них был полный недостаток. Но еще более мучительным был для них вопрос о снабжении боевыми припасами, которые все больше и больше приходили к концу, в то время как союзники имели в своем распоряжении для снабжения их необходимыми средствами весь свет.
В продолжение этой позиционной войны непрерывно разыгрывались бои как на южной оконечности полуострова, так и у Арибурну. Но англо-французские войска никак не могли овладеть господствующими хребтами, хотя и продвигались медленно вперед, турки же постепенно стянули в Дарданеллы лучшую и большую часть своей армии. Около половины июля их потери достигли почти 60 000 чел.
Во время этих боев большие корабли союзников все более отходили на задний план. Лишь миноносцы и эскадренные миноносцы ежедневно сновали вдоль берегов. Опасности, угрожавшие крупным морским соединениям, были действительно очень серьезны; так, английский линейный крейсер "Голайф", стоявший на якоре в бухте Морто, был потоплен турецким миноносцем, а 25 и 27 мая германская подводная лодка потопила два английских линейных крейсера "Трайамф" и "Маджестик". Однако, английские подводные лодки проникли также в Мраморное море и там потопили много транспортов и одно турецкое военное судно.
В начале августа была произведена новая высадка войск севернее Арибурну и в бухте Сувла. В этом районе находились лишь слабые отряды береговой обороты, которые быстро отступили в глубь материка, однако, получив вовремя подкрепление, они вернулись назад. Тогда разыгрались жестокие бои на высотах Сари-Баир, которые неоднократно переходили из рук в руки, пока не остались окончательно за турками.
После этих сражений поле боя снова было усеяно громадным количеством трупов - 12 000 англичан и 10 000 турок. Однако, турки оказались бы в еще худшем положении, если бы высадившийся в бухте Сувла английский корпус выполнил свою задачу. Поведение командира этого корпуса совершенно непонятно. В самом деле, почему он, имея перед собой лишь слабые части неприятеля, задержал свои войска в бездействии на берегу моря, в то время когда на его правом фланге шел горячий бой? Несмотря на раскаты выстрелов, раздававшихся совсем близко, он разрешил части людей купаться, совсем как в мирное время. Когда, наконец, он решил действовать, было слишком поздно: турки, получив подкрепление, снова заняли высоты, а англичане были вынуждены отойти обратно на равнину.
В секторе, известном у англичан под названием Анафортская позиция (севернее Арибурну, в бухте Сувла), в августе месяце также было произведено много атак крупного масштаба, но каждый раз англичане отбрасывались в исходное положение. После этого и там тоже перешли к позиционной и даже к минной войне.
Постепенно союзники стянули на полуостров 15 дивизий (13 английских и 2 французских пех. дивизии); турки со своей стороны сосредоточили в конце концов для обороны Дарданелл 22 пех. дивизии, но все очень слабого состава. Осенью в Турцию прибыли германские самолеты, перелетевшие через Балканы. Когда в конце сентября Болгария также вступила в войну на стороне центральных держав и вследствие этого стало возможным прохождение в Турцию через ее территорию, в Галлиполи прибыли для поддержки турок австрийские тяжелые батареи и доставили им столь желанные боевые припасы.
Таким образом, шансы на завершение Дарданельской операции решающим успехом становились все более гадательными. Кроме того, французы отказывали в дальнейшем содействии, решив вместо этого оказать поддержку сербам, на которых в это время сильно нажимали. Поэтому они сняли 2 свои дивизии с южной оконечности полуострова и перевезли их в Салоники. Впоследствии (чтобы не расстраивать добрых отношений между Францией и Англией) англичане послали в Салоники по просьбе французов 2 свои дивизии.
В конце концов союзники приняли решение отказаться от завоевания Дарданелл и эвакуировать Галлиполийский полуостров. Эвакуация началась с Анафортской позиции, и в ночь с 19 на 20 декабря англичанам удалось беспрепятственно произвести посадку на суда всей пехоты и почти всей артиллерии. На брошенной англичанами позиции турки, нашли огромный палаточный лагерь с большим количеством всякого имущества и съестных припасов. Затем в ночь с 8 на 9 января были очищены позиции и на южной оконечности полуострова, но здесь турки обнаружили лишь немного военного имущества и 21 подорванный орудийный ствол. Услышав эти разрывы, турки обнаружили отход англичан и подняли тревогу. Тогда они решили преследовать их, но когда прибыли к месту высадки, то неприятельские войска уже давно были в безопасности.
Так закончилась Дарданельская операция, для которой союзники стянули постепенно более 600 000 чел. и приложили для успешного проведения ее огромные усилия.
Конечный итог потерь (в людях) за эту убийственную кампанию выражается для каждого из воюющих следующими цифрами.
Турки: всего - убитыми, умершими от болезней, ранеными и без нести пропавшими - 250 000
Англичане: всего -убитыми, умершими от болезней, ранеными и без вести пропавшими - 170 000
Французы: всего - убитыми, умершими от болезней, ранеными и без вести пропавшими - 40 000
Общий итог потерь всех воюющих - 460 000



Неудача Дарданельской операции имела для союзников существенно важные последствия. В результате этой неудачи Россия оказалась окончательно изолированной.
Говорят также, что русские предполагали произвести высадку севернее Константинополя и для этого сосредоточили в мае 1915 г. значительные силы в районе Одессы. Однако, после прорыва русского фронта в Галиции в мае 1915 г. эти войска были направлены на галицийский театр военных действий. Впрочем 1-я турецкая армия под командой германского генерала фон-дер-Гольца была наготове отразить всякую попытку к высадке на берегах Черного моря; кроме того, для этой цели были построены в обширных размерах оборонительные сооружения. Россия же осталась лишь молчаливым зрителем боев, происходивших в Дарданеллах, результат которых имел крайне важное значение для империи царя.
Для Англии неудача операции также представляла большую опасность. В самом деле, Великобритания оказалась вынужденной втягивать все более и более значительные силы в операции, начатые в Сирии и Ираке, с одной стороны - для укрепления на Востоке своего сильно поколебленного престижа, а с другой - чтобы воспрепятствовать туркам использовать освободившиеся теперь войска на других театрах военных действий.
Позднее собранная в Лондоне следственная комиссия старалась выяснить причины неудач и, конечно, нашла много ошибок. Впрочем ошибки были сделаны как с одной, так и с другой стороны. Но в этом случае, как говорил Наполеон, дело заключается в том. чтобы делать меньше ошибок, чем их делает противник.
Как бы то ни было, но самым крупным промахом со стороны англичан было то, что они не последовали советам Черчиля, который предлагал захватить Дарданеллы в тот момент, когда два германских крейсера "Гебен" и "Бреслау" укрылись в Константинополе. Ведь тогда уже было известно, что Турция присоединится к центральным державам. В конце августа 1914 г. английский флот мог бы форсировать Дарданеллы, наверное, без больших потерь, так как в то время оборонительные сооружения проливов были еще крайне ненадежны.
Также и после 18 марта 1915 г. попытка прорыва могла бы иметь много шансов на успех, так как в это время у турок почти не было боевых припасов. Работа флотилии тральщиков могла бы быть так организована, что опасность для судов подорваться на минах стала бы значительно меньше.
Черчиль хотел возобновить атаку, но, как всегда, он остался в единственном числе при своем мнении. Как он ни твердил, что подобная операция вполне стоит принесения в жертву нескольких старых броненосцев, которые в скором времени уже должны быть исключены из списков и пойти на слом, как он ни доказывал, что на спасение их экипажа есть достаточно шансов, как это показало происшествие 18 марта, - ничто не подействовало. Однако, появление перед Константинополем союзного флота несомненно стоило бы подобной жертвы. В самом деле, Турция оказалась бы вынужденной к бездействию. Россия приобрела бы возможность получать снабжение оружием и боевыми припасами, а Болгария, вместо выступления на стороне центральных держав, присоединилась бы к Антанте; с другой стороны, Австрия наверное была бы быстро выведена из строя Россией при помощи балканских государств. Таким образом, война, по всей вероятности, окончилась бы в 1915 г.
Атака Дарданелл с суши также могла бы иметь успех, если бы союзники во-время пришли к соглашению и если бы лорд Китчнер не ставил вначале затруднений к посылке войск. В конце марта и начале апреля англо-французы не встречали еще в Галлиполи серьезного сопротивления. В июньских и июльских боях успех часто висел на волоске, и если бы в эти моменты у Антанты были свободные резервы, счастье могло бы им улыбнуться. Но у англичан никогда не было под рукой сил, которые, по мнению их главнокомандующего, были им необходимы для выполнения возложенной задачи.
Не следует также скрывать, что Дарданельская операция поставила на разрешение перед командованием каждого из противников проблемы исключительной трудности. Для союзников, действовавших в почти неизвестной стране, было очень трудно сделать высадку на виду у сильно укрепившегося противника и овладеть необходимыми стратегическими пунктами. Кроме того, база операции - суда - находилась в сильной зависимости от состояния моря; наконец, на узкой полосе, на которой им приходилось действовать, не было абсолютно ничего,- даже воды, которую было необходимо подвозить на судах-цистернах из Салоник или Египта.
Туркам также пришлось преодолевать громадные затруднения. В первые месяцы войны у них не хватало тяжелой артиллерии и боевых припасов; снабжение продовольствием, обмундированием и снаряжением также было очень слабо. Кроме того, у них ничего не делалось для поднятия физического и морального состояния их войск. В этом отношении англичане, наоборот, получали обильное снабжение. Для сохранения боеспособности своих бойцов они не только обеспечивали их всем необходимым, но, сверх того, снабжали и предметами, которые могли доставить им некоторый комфорт.
Сражения, происходившие в Дарданеллах, еще раз доказывают нам, что даже теперь, в наш век техники, победа или поражение зависят не только от материального превосходства, как бы сильно оно ни было, но и от мастерства командования, т. е. главнокомандующего, который должен уметь управлять своими нервами.
В своей книге "Мировой кризис" Уинстон Черчиль вполне справедливо пишет следующее: "Не материальное превосходство, но более сильная воля решила счастливый для Турции исход Дарданельской операции".

Ж. Ребольд "Крепостная война в 1914-1918 гг."
Helly и Cyanide сказали спасибо.

Последний раз редактировалось Sölveig: 07.10.2014 в 14:40.
старый 09.10.2014, 01:09   #95
banned
 
Регистрация: 08.2005
Проживание: Лес
Возраст: 34
Сообщений: 5.817
Записей в дневнике: 17
Репутация: 61 | 0
По умолчанию

РУМЫНСКИЕ УКРЕПЛЕНИЯ



В 1916 г. наступила очередь выступления на сцену румынских укреплений, которые, как и русские крепости, играли вовсе не блестящую роль. Система укреплений румынской территории была построена следующим образом:
1. Центральная крепость Бухарест в восьмидесятых годах прошлого века была оборудована как редюит обороны страны, по системе Бриальмона. Крепость не имела ограды центрального ядра, но была окружена 18 фортами и 18 броневыми промежуточными укреплениями, на вооружении которых было более 200 броневых башен. Окружность крепости была около 75 км.
2. Укрепленная линия Путна - Серет построена между Трансильванскими Альпами и петлей на Дунае у Галаца. Она состояла, главным образом, из тет-де-понов у Фокшан, Немолоссы и Галаца, которые представляли собой броневые форты системы Шумана, обращенные фронтом на север. Эти тет-де-поны обеспечивали оборону страны против неприятеля, который наступал бы со стороны Молдавии и, следовательно, против России.

Цитата:


Это дуговые предмостные позиции, состоящие из ряда броневых батарей, расположенных в три линии, отстоящие одна от другой на 300—400 м. В 1-й линии расположены батареи, состоящие каждая из 5 подвижных броневых куполов (шумановского типа), вооруженных каждый 53-мм или 37-мм скорострельной пушкой.



Каждая батарея имеет приблизительно профиль, показанный внизу. Во 2-й линии расположены такие же батареи, но состоящие каждая из 6 скрывающихся куполов для одной 53-мм скорострельной пушки каждый купол. Наконец, 3-я линия состоит из отдельных так называемых нормальных батарей Шумана, из которых каждая вооружена одним броневым куполом на две 12-см гаубицы или на одну 15-см пушку и несколькими подвижными куполами с 57-мм или 37-мм скорострельной пушкой каждый.



Показана только одна группа батарей. Но, например, Фокшаны окружены были поясом из 15 таких групп, расположенных полукругом в расстоянии 8 км от центра, причем на каждую группу приходится по фронту 1,5 км. Намалоза была обнесена двумя линиями батарей, а Галац — тремя. Всего на линии Фокшаны — Намалоза — Галац было установлено 352 подвижных купола, 138 скрывающихся и 68 вращающихся. Стоимость всего — свыше 30 млн рублей. Нечего и говорить, что критики 90-х годов, особенно русские, жесточайшим образом осуждали принятую румынами систему обороны р. Серет, считая ее абсурдной и представляющей собой не более и не менее, как напрасную трату средств.

В.Яковлев "История крепостей"


Всего на них было установлено: 362 подвижных броневых установки для 37-мм скорострельных пушек, 138 скрывающихся броневых установок для 53-мм скорострельных пушек, 98 броневых лафетов для 68 120-мм пушек и для 30 120-мм гаубиц.

За этой линией на Дунае в стране находилась еще старая крепость Браилов, состоявшая только из одного слабого пояса фортов.
3. В Добрудже имелся военный порт Констанца - на Черном море и тет-де-пон Черноводы - на Дунае. Последний был поспешно укреплен при помощи подручных материалов незадолго перед войной и во время самой войны. На Дунае,
фронтом к болгарской границе, стояла еще крепость Туртукай с броневыми укреплениями и бронированными батареями. Однако, в ней отсутствовала ограда центрального ядра.
Еще ниже на Дунае была расположена устаревшая крепость Силистрия.
4. В Трансильванских Альпах фронтом к Трансильвании все проходы, дороги и железнодорожные линии обстреливались из знаменитых "заграждений" проходов, построенных из бетона и состоявших из броневых укреплений.
Из всех этих укреплений только заграждения проходов в Трансильванских Альпах всецело выполнили свою задачу. Когда румыны вторглись в Трансильванию, эти укрепления служили им надежной исходной позицией; когда же они должны были затем отступать в Валахию, войска центральных держав были задержаны в горах этими заграждениями больше чем на месяц.
Немного позже вступления Румынии в войну крепость-Туртукай была обложена. Наступавшая Дунайская армия под командой ген. Макензена состояла из 3 пех. и 1 кав. болгарских дивизий, частей 1 германской дивизии и мортирных австрийских батарей. Будучи атакована открытой силой с 2 по 7 сентября, крепость 7-го сдалась (5-го уже была взята часть главной линии обороны). 25 000 пленных и около 100 орудий попали в руки союзников.
Крепость Силистрия была взята 9 сентября без серьезного сопротивления. Впрочем румыны эвакуировали крепость еще до занятия ее войсками Макензена.
В Добрудже румынские войска и поддерживавшие их русские части 21 октября потерпели такое поражение, что 22-го оставили без сильного сопротивления Констанцу, а 25-го - тет-де-пон Черноводы.
Так как румыны после сражений на равнинах и в горах Трансильвании, а также после переправы Макензена через Дунай не могли больше держаться на р. Аргес, они объявили Бухарест открытым городом и не защищали этой крепости. Принимая это решение, они были совершенно убеждены в том, что крепость не даст им даже хотя бы достаточной опоры, потому что, по их мнению, форты ее страдали теми же недостатками, что и бельгийские укрепления, и что они не в состоянии долго выдерживать огонь тяжелой австро-германской артиллерии.
Во время отступления в Молдавию румыны были хоть немного прикрыты с тыла укрепленной линией Путна - Серет, на которой находились крепости Фокшаны, Немолосса и Галац. Во время отступательных боев эти крепости были, насколько возможно, переделаны посредством постройки полевых укреплений и временных сооружений так, чтобы они могли теперь служить и для обороны фронтом на юг. Когда затем русские подвезли подкрепления, армия Макензена должна была прекратить свое наступление. Русские воспользовались при этом случаем, чтобы взорвать и совершенно уничтожить укрепления, направленные, собственно говоря, против России.
Несмотря на это, Фокшаны и Немолоасса попали в конце концов в руки армии Макензена, равно как и старая крепость Браилов, которая была взята 4 января. Один Галац остался до конца войны за русско-румынскими войсками.

Хотя румынские укрепления не оказали той помощи, которой от них имели право ожидать, тем не менее они имели очень серьезное влияние на ход румынской кампании. В самом деле, при отсутствии укреплений эта операция развернулась бы гораздо быстрее и не стоила бы наступающим стольких жертв. Кроме того, если бы Бухарест не был эвакуирован и продержался еще несколько недель, что было совершенно возможно, значительные силы противника оказались бы прикованными к крепости на все это время.
Возможно, что русские могли бы в это время с успехом попытаться выручить румынскую армию со стороны Серета или нижнего Дуная. Таким образом, кампания приняла бы другой оборот, и сражение, которое происходило в 30 км от Бухареста на р. Аргес, вместо этого могло бы развернуться при непосредственной поддержке крепости и имело бы для румын не такой печальный конец.

Ж. Ребольд "Крепостная война в 1914-1918 гг."

Добавлено спустя 2 часа 21 минуту:

Лекция профессора МГИМО А.Б. Зубова о причинах, которые привели к Первой мировой войне и ее последствиях для стран-участниц.

Рекомендую. На сон грядущий. ))))
Cyanide сказал(а) спасибо.

Последний раз редактировалось Sölveig: 09.10.2014 в 01:09.
старый 14.10.2014, 03:18   #96
banned
 
Регистрация: 08.2005
Проживание: Лес
Возраст: 34
Сообщений: 5.817
Записей в дневнике: 17
Репутация: 61 | 0
По умолчанию

Поскольку крепость Осовец в Первую Мировую Войну оказалась, подобно Бельфору во Франко-Прусскую, едва ли не единственным светлым пятном (ну, ещё конечно же - Верден) в мрачной, в общем-то истории оборон крепостей, рассмотрим-ка её детальней. Тем более, что с ней связан такой легендарный подвиг Русских Солдат, как "Атака Мертвецов"...

В 1914 г. ополченцы крепости Осовец сложили песню:
Там, где миру конец,
стоит крепость Осовец,
там страшнейшие болота,
немцам лезть в них неохота


Стратегическое значение крепости Осовец

Краткое описание долины реки Бобра на участке Августовский канал — река Нарев

Река Бобр, на берегах которой расположена Осовецкая крепость (схемы 1 и 2), протекает по низменной болотистой долине, обладающей большим количеством отдельных озер, болот, рукавов и староречий.





Осенью, весной и в дождливые периоды летом долина эта почти сплошь покрывается водой, образуя совершенно непроходимые пространства, и только в летнюю засуху местные жители находят тропы и броды, по которым можно пройти через долину и переправиться с одного берега Бобра на другой.

До постройки железной дороги Граево — Белосток были известны две переправы: одна в районе селений Тузы — Гониондз, другая в 6 км ниже по реке, против деревни Сосня, где в 1708 г. перешла реку шведская армия Карла XII (см. схему 2).
Болота Бобра замерзают зимой только в большие морозы и тогда становятся проходимыми, однако не везде в одинаковой степени, очевидно, вследствие наличия теплых ключей.
Долину Бобра от Августовского канала (см. схему 1) до реки Нарев можно разбить, в интересах лучшего описания крепости, на три участка: правый — от канала до Гониондз, средний — от Гониондз до Сосня и левый — от Сосня до Нареза.
На правом участке болота занимают особенно большую площадь на правом берегу реки, к северу от селений Н. Долистово — Гониондз; здесь притоки Бобра, протекая по низменной болотистой местности, затопляют весной обширные пространства и уширяют таким образом долину Бобра до 10-15 км. В этом районе почти нет дорог, очень мало селений, отдельные дворы сообщаются между собой по речкам, каналам и узким тропам.
Противник не найдет здесь ни дорог, ни жилья, ни закрытий, ни позиций для артиллерии.
Левый возвышенный берег Бобра командует над рекой и ее долиной и представляет собой природную сильную для обороны позицию с прекрасным обзором и обстрелом, труднейшими подступами и удобным грунтом для возведения фортификационных сооружений.
На среднем участке, Гониондз — Сосня, указанная выше долина суживается до 2 км ; находящиеся на правом берегу Бобра селения Плохово, Осовец, Бялогронды, Сосня и другие расположены на сухой возвышенной местности. К северу от Сосня начинается сосновый лес, который в районе селений Белашево — Цемношие и далее на север переходит в обширный лесной массив, крайне удобный для скрытого передвижения больших войсковых масс и расположения тяжелой артиллерии. Много лет командование крепостью думало о вырубке этого массива, известного под названием Белашевский лес; составлялись проекты, сметы, но дело оставалось на бумаге, а в 1915 г. этот лес был занят тяжелой артиллерией германского блокадного корпуса.
Левый берег Бобра на этом участке не имеет хорошего командования над впереди лежащей местностью, и природные позиции здесь не отличаются особой силой, потому форсирование противником долины шириной 1,5-2 км при выполнении некоторых инженерных мероприятий не представляет особых затруднений.
К юго-западу от Сосня начинается левый участок, здесь долина Бобра опять постепенно расширяется до 3-6-12 км.
На этом участке река, протекая среди непроходимых болот (Подлесское, Козий Рынок, Лафки и другие) обращает долину в естественную, трудно преодолимую преграду.
Левый берег этого участка представляет собой песчаное, лесистое, слегка всхолмленное плато, удобное для расположения войск и для производства фортификационных работ.
На промежутке между болотами Подлесское и Лафки существовала гать под названием Гончаровской. Гать находилась в полуразрушенном состоянии, однако после соответствующего исправления противник мог ею воспользоваться для переправы на левый берег Бобра.
На правом берегу долины, в 15-18 км от Сосня, выступает из болот возвышенный холмистый сухой район с достаточным количеством дорог, лесов и селений — Едвабно, Моцарже, Бржостово и др.
Район вполне пригоден для развертывания значительных войсковых сил, однако, ближайшим местом для переправы [9] на левый берег Бобра является путь от селения Визна до селения Стренкова Гура, при впадении Бобра в Нарев.
Из сделанного краткого описания долины Бобра от Августовского канала до Нарева видно, что наиболее удобным местом для форсирования противником долины Бобра является средний участок — от Гониондз до Сосня.

Создание Осовецкой крепости с 1882 г. по 1914 г.

Железная дорога Граево — Белосток, пересекавшая долину Бобра на среднем участке, облегчала движение германской армии из пределов Восточной Пруссии к Белостоку — этому важнейшему узлу железных и шоссейных дорог, находящемуся на магистрали Варшава — Вильна.
Это обстоятельство еще более подчеркнуло значение указанного выше участка Гониондз — Сосня и заставило принять меры к затруднению его форсирования.
После соответствующих изысканий было решено затруднить это форсирование средствами долговременной фортификации, создав в первую очередь на левом берегу Бобра, в 2 км от железнодорожного моста, в непосредственной близости от полотна железной дороги, форт-заставу, который и получил название форт-застава Осовец. Постройка форта началась в 1882 г.



Форт занимал значительную площадь — около 1 кв. км ; начертание фронтов полигональное и кремальерное. Форт имел мощные двойные валы и глубокие рвы с фланговой пушечной обороной. Внутри форта имелось много кирпичных казематированных сооружений оборонительного и охранительного характера. Форт имел на вооружении 60 тяжелых орудий. Гарнизон форта состоял из соответствующего количества артиллеристов и четырех рот пехоты.
Еще форт не был закончен, как возникла идея активной обороны переправ через Бобр, которая требовала прочного владения правым берегом Бобра и безопасной переправы с одного берега на другой.
Для этой цели на правом берегу Бобра (см. схему 3), в 1,25 км от железнодорожного моста, началась постройка форта № 2, который был назван Заречным. Влево от этого форта до линии железной дороги возвели оборонительный гласис как вспомогательную пехотную позицию.
Заречный форт имел форму пятиугольника, площадь 500 X 400 м, рвы водяные, без фланговой пушечной обороны. Внутри форта были устроены две кирпичные казармы для гарнизона, состоящего из роты пехоты и соответствующего количества артиллеристов и сапер.
Сообщение с центральным фортом производилось по шоссе, которое было прикрыто от обзора и обстрела земляными брустверами высотой до 2 м. Через Бобр был построен деревянный мост на сваях, прикрытый земляным тет-де-поном, вооруженным четырьмя полевыми орудиями (см. схему 3).
Так как созданная позиция была однобокой и никакой внутренней площади не имела, а маневры 1883-1885 гг. указали на явную возможность переправы через долину Бобра около Шведского брода, то с 1886 г. стали возводить на левом берегу Бобра, в 2 км к юго-западу от форта № 1, форт № 3, который был назван Шведским. Этот форт имел форму правильного пятиугольника и размерами своими мало отличался от Заречного форта; особенностью устройства Шведского форта были глубокие сухие рвы, имеющие продольную пушечную оборону из кирпичных капониров.
С течением времени между фортами Центральным и Шведским построили оборонительные гласисы — северный и южный; гласисы были обеспечены водяными рвами.
Лесисто-холмистая площадь, обеспеченная двумя фортами — Центральным и Шведским — и гласисами — северным и южным, получила название плацдарма. На плацдарме стали постепенно развиваться работы по созданию батарей для тяжелых орудий, центральных пороховых погребов и гражданских сооружений — казарм, складов, жилого городка и пр.
В таком виде Осовецкая крепость стала называться крепостыо-заставой Осовец.
Боязнь обхода крепости зимой с флангов, особенно с левого, заставила обратить внимание на правофланговые высоты у Гониондз и на песчаные холмы под названием Лысая гора и другие на левом фланге крепости.
В 1892 г. были составлены, утверждены и начаты работы по созданию форта № 4 под названием Нового, Ломжинского редута, круглой батареи и других фортификационных сооружений на промежутке между фортами № 3 и 4.
К 1900 г. все эти работы в основном были закончены.
Что же касается правого фланга крепости, то здесь оборонительное строительство не вышло за пределы рекогносцировок и составления проектов.
Только в 1913 г. был утвержден проект Гониондзского узла, но приступить к работам по созданию долговременных сооружений не удалось вследствие начала военных действий.
В 1912 г., после пробной мобилизации, в крепости началось усиленное строительство новых сильных фортификационных сооружений и усиление существующих, чтобы они смогли оказать должное сопротивление новым мощным бомбам германской артиллерии.
В фортах Заречном, Шведском и Новом стали усиливать фортовые казармы, в Центральном форту приступили к постройке новых казарм. Кроме того, начались работы по устройству новых убежищ на плацдарме, на Лысой горе и на Заречной позиции. На Скобелевой горе началась постройка броневой батареи, единственной во всех русских сухопутных крепостях.
К сожалению, не все эти работы были закончены к началу войны, и некоторые из них, например усиление казармы Нового форта, пришлось закончить спешным порядком, отступив от утвержденного проекта.
Таким образом, к началу 1914 г. Осовецкая крепость представляла собой долговременно укрепленную полосу, состоящую из двух позиций — Заречной на правом берегу и Главной на левом берегу Бобра; Главная позиция состояла из трех опорных пунктов — фортов № 1, 3, 4 — и укрепленных между опорными пунктами промежутков.
Прежде чем перейти к подробному описанию фортификационного устройства крепости, необходимо указать на значение крепости и задачи, которые должна была выполнить крепость в военное время, а именно:
1) преградить противнику ближайший и удобнейший путь на Белосток вдоль железной дороги Граево — Белосток, отразив все попытки форсировать реку открытой силой, и заставить противника потерять время или на ведение длительной осады, или на поиски обходных путей;
2) затруднить противнику устройство обходных путей и переправ;
3) облегчить действия наших войск, назначенных для обороны смежных с крепостью участков Бобра;
4) служить опорой для перехода наших войск в наступление для вторжения в пределы Восточной Пруссии;
5) в случае невозможности удержать противника на крепостных позициях подготовить все средства для полного уничтожения всех переправ и переправочных средств через Бобр и его болотистую долину.

Фортификационное устройство Осовецкой крепости

Осовецкая крепость как сочетание позиций

Осовецкая крепость в том виде, как ее застала война в 1914 г., представляла своеобразное сочетание укрепленных позиций:
1) Главной : Гониондз — Гончаровская гать,
2) Заречной,
3) передовых : а) Бялогронды — Сосня, б) Цемношие — Белашево.
Главная позиция крепости



состояла из четырех опорных пунктов и укрепленных между ними промежутков; опорными пунктами служили: укрепленное селение Гониондз и форты крепости — № 1 Центральный, № 3 Шведский и № 4 Новый.
Гониондз расположен на левом берегу Бобра, в 4,5 км к востоку от железнодорожного моста, на песчаных безлесных холмах, известных под названием Гониондзские высоты. Значение этих высот, командующих над крепостью и дающих возможность обойти и атаковать крепость с юго-востока, было оценено, как указано выше, еще в 1890 г., однако только в 1912 г., после долгих споров, обсуждений и докладов, был утвержден проект Гониондзского опорного пункта в виде долговременной группы (фесте), состоящей из двух небольших фортов, соединенных между собой оборонительными гласисами, и двух открытых бетонных батарей на четыре гаубицы 15 см каждая



Наступившие военные события не позволили выполнить проект, и только в мобилизационный период удалось привести в оборонительное состояние Гониондз и устроить редюит в виде группы окопов, ходов сообщения, проволочных сетей и пяти тяжелых блиндажей на высотах около еврейского кладбища.
Вправо от Гониондзского узла до г. дв. Клевянка тянулась по левому возвышенному берегу Бобра полевая позиция, состоящая из ряда взводных окопов полной профили, ходов сообщений в тыл и очень незначительного числа (пять) тяжелых блиндажей. Около деревни Подрыв 2 был устроен полукапонир на два пулемета для продольного обстрела долины Бобра и подступов к правому флангу позиции.
Промежуток между Гониондзским узлом и Центральным фортом представлял собой слабую, возведенную в мобилизационный период полевую позицию, проходящую по песчаным холмам впереди деревень Гусы, Шафранка.
Подступы к этой позиции обстреливались продольным огнем тяжелой артиллерии крепости.

Форт № 1 Центральный



представлял собой тип сильного форта-заставы. План форта — неправильный пятиугольник с вынесенным в северо-восточном направлении равелином. Поперечными траверсами форт делился на три части: северную, центральную и южную.
Первая и третья части командовали над Центральной частью и способствовали обороне форта по частям.
Форт имел на всех фасах двойной вал — главный высокий и пониженный фоссе-брею; валы приспособлены только к стрелковой обороне, некоторые участки фоссебреи на напольных фасах были гласированы и позволяли обстреливать соответствующие участки водяных рвов фронтальным и косым огнем. Фоссе-брея напольных фасов сообщалась с внутренностью форта бетонными потернами.
Все рвы форта, как водяные, так и сухой (северо-западный), имели фланговую пушечную оборону из соответствующих капониров и полукапониров.
В форту было много оборонительных построек разнообразной конструкции. Самыми сильными постройками были горжевая железобетонная казарма № 38 и двухэтажная кирпичная усиленная бетоном казарма № 46; менее сильными постройками были бетонные капониры и полукапониры и убежища № 18, 25, 40 и другие и, наконец, более слабыми постройками были кирпичные убежища на горжевом фасе. На форту было четыре пороховых погреба и бетонная лаборатория для снаряжения бомб.
Форт имел два выхода: один через мосты горжевого рва, другой по аппарелям сухого рва.
В мобилизационный период в Центральном форту были произведены следующие важнейшие работы:
1.Устройство искусственных препятствий.
а) У подошвы гласиса всех напольных фасов форта была устроена проволочная сеть в две полосы, шириной каждая 5-10 м, с промежутком между полосами 20-30 м ; кроме того, участок гласиса перед равелином был усилен установкой переносной решетки системы Ощевского.
б) По эскарпу и контрэскарпу рвов (кругом всего форта) была устроена горизонтальная или вертикальная засека, усиленная проволочной сетью.
в) Перед всеми фланкирующими постройками форта были заложены фугасы.
2. Усовершенствование линии огня. По всей длине линии огня на главном валу и по фоссе-брее была произведена вырезка банкета с одеждой внутренней крутости и устройством врезок, козырьков, бойниц, пулеметных гнезд, наблюдательных пунктов и прочих приспособлений.
3. Усиление фланкирующих построек, казарм и убежищ. Была увеличена толщина обсыпки капонира № 5 сухого рва, заблиндированы входы во все казармы, пороховые погреба и убежища, где не имелось сквозников; во всех оборонительных постройках были заделаны окна и лишние вентиляционные отверстия, устроены кухни, колодцы, нары и пр.
4. Мелкие работы. Устроены плоты для переправы через водяные рвы, улучшена связь между оборонительными постройками форта и внешним миром, разобраны деревянные строения, заборы и пр.
5. Улучшение маскировки всех оборонительных сооружений форта.

Промежуток между Центральным и Шведским фортами представлял позицию из сплошного оборонительного гласиса и укреплений на Скобелевой горе. Высота гласиса 2,0 м, ширина водяных рвов 20-25 м, глубина 2-2,5 м. На гласисе во многих местах были врезаны гнезда для противоштурмовых пушек. На гласисе было устроено пять бетонных убежищ; из них самым сильным было убежище на Дровяном шоссе, против Центрального форта



Остальные менее сильные убежища



находились: одно на Скобелевой горе и три ближе к Шведскому форту.

Скобелева гора



представляла собой возвышенность, господствующую над долиной Бобра, над участком северного гласиса и над шоссе на Заречный форт. На горе были устроены бетонное убежище, бетонный пороховой погреб и в 1913 г. закончена постройка броневой батареи на одну 15-см гаубицу.



В мобилизационный период на северном гласисе были произведены следующие главнейшие работы:
а) контрэскарп водяных рвов был усилен засекой и проволочной сетью;
б) по всей линии огня гласиса была произведена врезка банкета с одеждой внутренней крутости бруствера;
в) были устроены и вооружены временные батареи № 1-3;
г) на Скобелевой горе был создан опорный пункт (см. схему 6);
д) во всех убежищах были заделаны окна, расчищены колодцы, устроены очаги и пр.
Опорный пункт на Скобелевой горе состоял из двух рядов окопов, соединенных между собой и с тылом крытыми ходами сообщений; перед окопами весь скат горы был оплетен по пням проволокой. Для продольного обстрела доступов к участку северного гласиса был устроен тяжелый пулеметный полукапонир; в южный скат горы было врезано несколько сильных убежищ дерево-земляного типа.

Форт № 3 Шведский



представлял собой тип форта 90-х годов с некоторыми усовершенствованиями.
Начертание форта в плане — почти правильный пятиугольник, профиль форта с одним валом, приспособленным к стрелковой обороне, на валу несколько броневых наблюдательных пунктов. Рвы сухие, трапецеидальной формы, с земляным эскарпом и контрэскарпом; рвы обороняются фланговым пушечным огнем из кирпичных, усиленных бетоном капониров и полукапониров.
Посреди форта центральная кирпичная казарма, усиленная бетоном. Форт имел в горжевом фасе выход в виде бетонного проезда; со стороны форта выход был прикрыт прямым бетонным сквозником.
В мобилизационный период на форту были произведены следующие работы:
а) закончено бетонирование центральной казармы;
б) во всех рвах установлена переносная решетка;
в) кругом всего форта у подошвы гласиса установлены проволочная сеть и засека;
г) перед головным капониром заложено два ряда фугасов;
д) по линии огня вала произведена вырезка банкета с одеждой внутренней крутости бруствера, с устройством козырьков, бойниц и пр.
С южной стороны, между Центральным и Шведским фортами был устроен южный оборонительный гласис, на котором находилось три бетонных убежища — два новой конструкции, постройки 1913 г., для гарнизона, и одно старое для хранения противоштурмовых пушек для фланкирования водяных рвов гласиса. Характер мобилизационных работ тот же, что и на северном гласисе.
Холмистая, поросшая сосновым лесом площадь между обоими гласисами, Шведским и Центральным фортами, получила название, как об этом говорилось, плацдарма крепости. На плацдарме были сооружены все долговременные батареи, все главнейшие пороховые погреба и центральное убежище для штаба крепости.
Кроме того, на плацдарме находились все важнейшие необоронительные постройки: казармы, госпиталь, артиллерийские, интендантские, инженерные склады, жилой городок, железнодорожная станция и пр.
Главнейшими работами в период мобилизации на плацдарме было устройство временных батарей № 5, 8, 9, 10 и 15, усиление пороховых погребов, улучшение дорог и связи, разборка деревянных строений и заборов, усиление позиций для караула у Гониондзской и Кладбищенской перемычек и пр.

Промежуток между Шведским и Новым фортами



представлял собой слегка всхолмленную, покрытую редким сосновым лесом и кустарником местность, с резко выраженными высотами 9,8 и Лысой горой на фронте и Собачьими буграми в тылу.
Главное внимание было обращено на Лысую гору и высоту 9,8. На Лысой горе было возведено два наблюдательных пункта и установлено 400-500 м долговременной решетки системы Ощевского. На высоте 9,8 было устроено два сильных железобетонных убежища и начаты работы по устройству пехотной позиции от правофлангового убежища до Круглой батареи.
В тылу промежутка, у перелома Ломжинского шоссе, был возведен Ломжинский редут (см. схему 7), на случай обхода противником левого фланга промежутка и атаки вдоль Ломжинского шоссе.
В период мобилизации на промежутке были произведены следующие работы:
а) Устроена стрелковая позиция на Лысой горе и на высоте 9,8. Главнейшее внимание было обращено на устройство тяжелых убежищ и установку препятствий в виде проволочных сетей на железных и деревянных кольях.
б) Устроены две временные тяжелые батареи № 16 на четыре пушки 15 см и № 18 на четыре пушки 107 мм.
Впоследствии были устроены для тех же орудий запасные батареи.
в) Усовершенствован Ломжинский редут, построены смежные с ним окопы с двумя полосами проволочных сетей.
г) Возведена полевая позиция на Собачьих буграх фронтом на юго-восток. Укрепление бугров вызывалось опасением глубокого обхода Нового форта и атакой Шведского форта, минуя Новый. В дальнейшем эта позиция приобрела значение связующего звена между Новым фортом и Давнарскими позициями.
Много труда было положено на борьбу с постоянными заносами окопов мелким песком, источником которого являлись совершенно обнаженные от растительного слоя земли Лысая гора и Собачьи бугры, которые в мирное время не были укреплены плакировкой и насаждениями.

Форт № 4 Новый



форт небольшой, типа обеспеченной от штурма казармы, профиль гласиснообразная, рвы сухие без фланговой обороны, но с возможностью обстрела косым пулеметным огнем; в исходящих углах насыпано три барбета на два орудия каждый.
Во рвах имелись решетки системы Ощевского на бетонных столбах



у подошвы гласиса — проволочная сеть шириной 10-12 м на железных кольях. Внутри форта расположена бетонная казарма на роту, покрытие казармы сводчатое, толщиной 1,2-1,5 м, неармированного бетона, без противооткольных средств; выходы из казармы не прикрыты сквозниками и только в мобилизационный период были обеспечены рельсами и двутавровыми балками



В 1912-1913 гг. в северо-западном углу форта возведено сильное бетонное убежище на четыре противоштурмовые пушки, а к казарме пристроен железобетонный броневой наблюдательный пост.
Выход из форта один в виде открытого проезда.
Начиная с 1913 г., слабые в отдельности Новый форт и Круглая батарея были соединены оборонительным гласисом и обращены дополнительными работами в достаточно сильную систему типа группы (фесте), которая и стала называться группой Нового форта (см. схему 7).

В период мобилизации группа была усилена устройством тяжелых убежищ, оборонительный гласис превращен в пехотную позицию с установкой противоштурмовых орудий и пулеметов и, наконец, вся система окружена двумя полосами проволочных заграждений на железных и деревянных кольях.
Позиция между Новым фортом и Гончаровской гатью тянулась вдоль Ломжинского шоссе по песчаным буграм левого берега Бобра и упиралась левым флангом в болото Лафки. Позиция делилась на четыре участка: 1)участок западного Устянка, 2) Буднинский участок, 3) Гугнинский участок и 4) участок у Гончаровской гати (ом. схему 4).
В мирное время на указанных участках никаких оборонительных работ не производилось, и только в мобилизационный период, особенно в январе — феврале 1915 г., были произведены фортификационные работы средствами крепости.
В первую очередь были произведены работы по преграждению Гончаровской гати, представлявшей собой возможный путь для перехода противником долины Бобра.
Для этой цели на острове Погорелом среди болот были насыпаны окопы, установлены проволочные заграждения шириной 3-4 кола и устроено несколько легких блиндажей против полевой артиллерии. Эта позиция предназначалась для рот охранения и связи с соседней дивизией полевой армии.
Сзади позиции был устроен еще ряд окопов, от урочища Ута до урочища Лясково, частью по островам, частью по менее болотистым местам. В тылу второй позиции были построены две батареи для крепостной артиллерии — одна к северо-востоку от острова Погорелова на две пушки 107 мм и другая в урочище Стришен на две гаубицы 122 мм.
Характер оборонительных работ на остальных участках — Устянском и Гугнинском — одинаков: окопы полной профили с одеждой крутостей жердями и хворостом, легкие козырьки, проволочные заграждения шириной 3-4 кола и ходы сообщения в тыл.
На каждом участке были устроены батареи: на Устянском участке на четыре пушки 107 мм, на Буднинском на две японские полевые гаубицы и на Гугнинском на четыре полевые пушки 76 мм.

Заречная позиция



состояла из форта № 2 Заречного, прифортовых позиций вправо и влево от форта и полевой позиции по Рудскому каналу от железнодорожного моста до Бобра.
Назначение позиции было прикрыть мосты через Бобр, дать гарнизону возможность владеть переправами и перейти, в случае надобности, в наступление. Кроме того, позиция давала фланговую оборону болотистой долине Бобра и облегчала оборону главной позиции.
Заречный форт был типичным фортом 1880 годов с двойным валом. Начертание форта в плане — вытянутый пятиугольник с выступающими в углах открытыми капонирами для фланкирования водяных рвов.
Оба вала приспособлены к ружейному огню, сообщение фоссе-бреи с главным валом закрытое по бетонным потернам и открытое около горж.
Всю середину форта занимали две кирпичные казармы, усиленные бетоном. Казармы соединены между собой и с убежищем под открытым головным капониром бетонными потернами. Сообщение форта с внешним миром производилось по двум мостам через горжевой водяной ров



Форт имел прикрытый путь, который по обеим сторонам форта уширялся и образовывал два плацдарма.
Прифортовые позиции представляли собой участки брустверов с водяными рвами, в бруствер левого участка было врезано три бетонных убежища — два для гарнизона и одно для силовой станции, последнее новейшей конструкции.
Полевая позиция по Рудскому каналу представляла собой ряд окопов неполной профили со слабо развитыми проволочными сетями, без убежищ и без фланкирующих построек.
Заречная позиция с крепостным плацдармом соединялась шоссе, которое было обеспечено от обзора и обстрела земляными брустверами с водяными рвами.
В мобилизационный период на Заречной позиции были произведены следующие работы:
а) у подошвы гласиса Заречного форта была устроена проволочная сеть шириной 15-20 м, такая же сеть была протянута у контрэскарпа водяного рва левой прифортовой позиции;
б) сделана врезка банкета с одеждой внутренней крутости бруствера, устроены козырьки, бойницы, пулеметные гнезда и прочее по всей линии огня: на форту, на прифортовых позициях и на брустверах, прикрывающих шоссе;
в) заболочена лежащая перед фортом местность;
г) минированы железнодорожные и шоссейные мосты через Бобр и Рудский канал; [31]
д) окончены земляные работы на форту, — плакировка и обсыпка казарм;
е) разобраны деревянные строения вблизи форта;
ж) закончены работы по устройству окопов и проволочных сетей на левофланговом участке от железной дороги до Бобра;
з) приспособлены для жительства гарнизона фортовые казармы и убежища.
Передовая Сосненская позиция (схема 8, а — б) была расположена в 3-3,5 км к северо-западу от крепостного плацдарма. Позиция тянулась по песчаным холмам от Бялогронды до Сосня, где упиралась в болотистую долину Бобра.
Так как правый фланг позиции в сухое время года не был ничем обеспечен от обхода, то позиция была протянута далее на восток и проходила перед деревнями Осовец, Плохово, Волька-Пясечна.
Позиция представляла собой ряд окопов с малоразвитыми ходами сообщения и слабой проволочной сетью в 3-4 кола. Тяжелых фланкирующих построек и убежищ совершенно не было, участки сети фланкировались из окопов и пулеметных гнезд, прикрытых легкими козырьками.
Только во время осады крепости Сосненская позиция усилиями войск, ее занимающих, была усовершенствована и приведена в то состояние, о котором дает понятие схема




Заречная позиция сообщалась с Сосненской по железнодорожному мосту через Рудский канал, далее по железнодорожной гати до дома лесника, а далее по ходам сообщения; сообщение Сосни с Шведским фортом было крайне затруднительно.

Передовая позиция Цемношие - Белашево



проходила по песчаным холмам лесисто-болотистой долины в 5-6 км к северо-западу от Сосненской позиции.
Позиция не имела хорошего обстрела — на некоторых участках обстрел не превосходил 200-300 м, — не имела удобных артиллерийских позиций и закрытий для резервов; хорошими путями сообщения по фронту и в глубину она также не отличалась.
Инженерное оборудование было слабое — на правом фланге перед Цемношие и на левом в районе Белашево имелись окопы профили «стоя» на полтора-два батальона пехоты, на остальных участках окопы были еще слабее; искусственные препятствия были ничтожны: проволочная сеть в 4-8 кольев, засека и лесные завалы, некоторые участки препятствий были отнесены от окопов на 300-400 м, что, конечно, сводило почти на-нет их пользу. Ни фланкирующих построек, ни блиндажей на позиции не было.
Вообще по тактическим свойствам и по фортификационному оборудованию позиция была крайне слаба и могла быть занята войсками только с целью заставить противника развернуть часть своих сил и средств. Единственным преимуществом позиции была возможность поддержки почти всех ее участков огнем тяжелой артиллерии крепости.

Главнейшие типы крепостных фортификационных сооружений

В крепости было большое количество казематированных сооружений — оборонительных и охранительных.
К первым принадлежали фланкирующие рвы постройки (капониры и полукапониры) Центрального и Шведского фортов, броневая батарея на Скобелевой горе, бетонные батареи для тяжелой артиллерии на плацдарме и броневые командные и наблюдательные пункты на фортах и на промежутках. Ко вторым следует отнести фортовые казармы, убежища на фортах и промежутках, пороховые погреба, лаборатории, хранилища для горючего, потерны и пр.
Конструкции всех вышеуказанных сооружений были крайне разнообразны, в зависимости от времени возведения той или иной постройки. Так, имелись кирпичные конструкции, кирпичные усиленные бетоном, сплошные бетонные с толщиной бетонного свода от 0,9 до 2,7 м и, наконец, бетонные и железобетонные конструкции по инструкциям 1911 и 1912 гг. на основании данных Березанских опытов.
Указанные типы конструкций приведены ниже при описании некоторых казематированных сооружений крепости.
Остановимся на кратком описании некоторых типичных фортификационных сооружений крепости:

1. Капонир № 5 Центрального форта



имел назначение фланкировать огнем 57-мм капонирных пушек сухой ров Центрального форта. На вооружении капонира находилось шесть пушек 57 мм и два прожектора 60 мм для освещения рвов — вправо и влево от капонира. Капонир сообщался бетонной потерной с ближайшей казармой № 46 и такой же потерной с контрэскарповой галлереей, из бойниц которой велся ружейный огонь по подступам к амбразурам капонира. Конструкция капонира — сплошная бетонная: бетонный свод толщиной 2,1 м, бетонные опорные стены толщиной 1,8 м и бутовый ленточный фундамент глубиной 1,5 м. Капонир обсыпан толщей земли в 0,75 м с тщательной плакировкой.
Освещение капонира электрическое, вентиляция искусственная.

2. Убежище на Дровяном шоссе на роту пехоты



было предназначено для гарнизона боевого участка от шлюза № 1 (Центральный форт) до Скобелевой горы; убежище было врезано в оборонительный гласис и тщательно замаскировано. Планировка убежища такова: два выхода, обеспеченные коленчатыми сквозниками, каземат для командного состава, семь казематов для людей роты, каземат для кухни и кладовой и каземат для уборной с умывальней; пролет казематов 3 м, длина 7-8 м, высота 2,7 м. Шесть казематов, примыкающих к тыльной стене, имели окна, прикрытые броневыми ставнями.
Конструкция убежища по проекту 1911-1912 гг. была достаточно солидной: покрытие 2,4-2,7 м бетона на двутавровых балках с асфальтовой прослойкой, боковые и напольная стены толщиной 2,4 м, тыльная 2,1 м, фундамент ленточный бутовый, глубина его 1,8-2,1 м. Напольная стена усилена наклонным бутовым тюфяком на цементном растворе (см. профиль черт. 9), перед тыльной стеной такой же горизонтальный тюфяк шириной 2,5 м, толщиной 1,2 м.
К большим недочетам убежища следует отнести отсутствие искусственной вентиляции и полную необеспеченность от проникания внутрь убежища газов.
Убежище было обеспечено от мощных бомб, но было беспомощно против газовых атак.

3. Казарма № 46 Центрального форта



была расположена в северо-западном углу форта и врезана в мощный поперечный траверс форта высотой около 15 м.
Казарма в мирное время служила для жительства роты крепостной артиллерии; планировка ее достаточно сложна, всего в казарме 16 казематов, из них десять жилых, два для командного состава и канцелярии, а остальные для машинного отделения, мастерских, склада, кухни и уборной; выходов два; бетонной потерной казарма связана с капониром № 5.
Конструкция казармы кирпичная, усиленная бетоном, покрытие слоистое, причем поддерживающим сводом служил основной кирпичный свод 1,5 м, по нему песчаная прослойка толщиной 1,00 м, а по ней бетонный тюфяк толщиной 1,5 м.
Напольная стена усилена наклонным бутовым тюфяком, тыльная — горизонтальным бетонным тюфяком. Обсыпка казармы около 4 м земли.
Внутреннее оборудование только удовлетворительное — вентиляция естественная, в мобилизационный период было поставлено два вентилятора для нагнетания воздуха в жилые казематы, но работа не была закончена; отопление печное, водоснабжение примитивное — колодцы, освещение электрическое.
В военное время в казарме были размещены две стрелковые роты и команда артиллеристов.

4. Горжевая казарма № 38 Центрального форта была одним из сильнейших сооружений крепости, она была врезана в главный вал горжевого фаса форта, что значительно облегчало ее маскировку




Казарма имела шесть жилых казематов, каземат для командного состава и три каземата для кухни, склада и уборной; соответствующими потернами казарма была связана с полукапониром № 39 и станцией связи крепости,. Казарма имела четыре выхода, прикрытые коленчатыми сквозниками.
Бетонная конструкция казармы по инструкциям 1911 г. была достаточно сильна — покрытие слоистое 3,5 м, напольная и боковые стены сплошные, толщиной 2,5 м ; тыльная и внутренние опорные стены 1,2-1,5 м ; фундамент бутовый, ленточный, глубиной 1,5 м ; перед тыльной стеной горизонтальный бетонный тюфяк шириной 2,0 м, толщиной 1,2 м ; обсыпка казармы около 4,0 м.
Внутреннее оборудование казармы только удовлетворительное: вентиляция естественная, отопление печное, вода из колодцев в сквозниках казармы, освещение электрическое, мер для борьбы с газами не было никаких.
Горжевая казарма вследствие своей мощности служила во время осады крепости убежищем для штаба крепости.

5. Тип долговременной открытой бетонной батареи для тяжелых орудий



Батарея состояла из земляного бруствера, гнезд для орудий, казематированных траверсов, тыльного хода сообщений и аппарелей.
Высота бруствера 2,8 м, толщина около 8 м ; гнезда для орудий располагались на местном горизонте, размеры их 4,00 X 3,00 м ; в гнездах были настланы деревянные платформы различного вида и размеров, в зависимости от системы орудий.
Казематированный траверс имел помещения для одной смены артиллеристов и расходный пороховой погреб на 300-600 выстрелов на орудие.
Покрытие казематов бетонное, на двутавровых балках с асфальтовой прослойкой, толщина покрытия 2,5 м, напольные и боковые стены сплошные бетонные, толщиной 2,5 м, тыльная стена толщиной 2 м.

Добавлено спустя 48 минут:

Главнейшие недостатки фортификационной подготовки крепости

На основании всего изложенного можно притти к выводу, что фортификационная подготовка Осовецкой крепости в мирное время не отличалась полнотой, мощностью и современностью идей и форм.
Она отставала от подготовки таких больших крепостей, как Верден, Новогеоргиевск, Антверпен, Гродно и другие, на много лет и страдала такими существенными недочетами, на которых нельзя не остановиться. Главнейшие из них следующие:
1. Демаскировка крепости. Все важнейшие составные элементы крепости, как то: форты, соединительные гласисы, отдельные большие фортификационные сооружения и прочее, были почти не замаскированы. Массивные высокие (до 10-12 м ) брустверы Центрального и Шведского фортов были видны простым глазом за 6-8 км и представляли превосходные мишени для тяжелой артиллерии противника.
Еще лучше наблюдались все элементы крепости сверху, с самолетов форты крепости были видны как образцовые модели. Сверкающие на солнце водяные рвы, правильные поверхности брустверов, эскарпов и контрэскарпов, гладкие, окрашенные масляной краской стены казарм, полукапониров и прочих сооружений — все это выдавало крепость и представляло прекрасный материал для фотографирования с самолетов и нахождения по снимкам жизненных частей крепости.
2. Слабость фортов № 2, 3 и 4. Форты Заречный, Шведский и Новый, являвшиеся главными опорными пунктами крепости, были сооружениями устаревшими, слабыми; они были малы, тесны, имели слабую фронтальную оборону и несовершенную фланговую оборону рвов. Фронтальная оборона была основана только на открытом пулеметном и ружейном огне, никаких броневых закрытий для противоштурмовых орудий и пулеметов не имелось, не было даже участков бетонных брустверов, какие были построены на Центральном форту.
Фланговая оборона рвов велась из устаревших капониров и полукапониров; более сильных построек, какими являлись кофры, в фортах не было.
Казематы фортов были едва обеспечены от огня 21-см артиллерии, однако в 1912-1914 гг., как было указано, главнейшие фортовые казармы и убежища были усилены и смогли сопротивляться огню 30,5-см артиллерии. Попадание 42-см бомб могли выдержать лишь отдельные сооружения, построенные в 1913-1914 гг.
Форты не имели промежуточных полукапониров и потому не могли поддержать артиллерийским огнем ни друг друга, ни свои промежутки. Не останавливаясь на других недочетах фортов Осовецкой крепости, необходимо заметить, что за мобилизационный период пришлось проделать колоссальную работу, чтобы привести форты в годное для обороны состояние.
3. Слабость промежутков. Фортификационное оборудование промежутков между фортами было еще слабее, чем оборудование фортов. Так, северный гласис, как промежуточная позиция между Центральным и Шведским фортами протяжением 3 км, был совершенно демаскирован.
Он имел всего три убежища



которые должны были обеспечить от поражения и гарнизон промежутка — пехоту, артиллеристов, сапер — и все необходимые средства борьбы — противоштурмовую артиллерию, пулеметы, прожекторы и пр. Конечно, это была невыполнимая для убежищ задача, и пришлось приступить к устройству многочисленных блиндажей и закрытий, что было выполнено только в мобилизационный период.
Промежуток между Шведским и Новым фортами был совершенно обнажен, если не считать двух броневых артиллерийских постов и нескольких участков трехрядной решетки системы Ощевского.
4. Слабость оборудования артиллерийских позиций. Из 18 батарей для борьбы с осадной артиллерией крепость имела одну броневую и шесть бетонных открытых батарей, остальные батареи были временного типа — дерево-земляные, усиленные применением камня, двутавровых балок и броневых листов.
Если броневая и бетонные батареи были вполне обеспечены от 30,5-см бомб, то временные были настолько слабы, что 15-см бомбы наносили им тяжелые повреждения и выводили из строя людей, орудия и боеприпасы. Одними из главнейших недочетов этих батарей были несовершенное применение их к местности и плохая маскировка; некоторые батареи были врезаны в участки оборонительных гласисов, которые благодаря правильности их форм и наличию водяных рвов невозможно было скрыть от противника и которые наблюдались не только с самолетов, но и с наземных наблюдательных пунктов.
Крепостная артиллерия не имела долговременных командных пунктов ни для начальника артиллерии, ни для командиров артиллерийских групп и тяжелых батарей; имелись лишь наблюдательные пункты в виде небольших бетонных убежищ с броневыми колпаками для отдельных наблюдателей.
Противоштурмовая артиллерия как на фортах, так и на промежутках не имела ни одной броневой установки; орудия хранились или под легкими закрытиями, или в бетонных убежищах, откуда должны были выкатываться вручную на боевые позиции.
Боекомплект тяжелой артиллерии хранился в пороховых погребах крепостного плацдарма, которые далеко не все были обеспечены от огня 30,5-см артиллерии; обстрел этих погребов бомбами 42-см артиллерии мог привести к тяжелой катастрофе.
5. Ненадежность долговременных препятствий. На фортах крепости не было ни бетонных эскарпов и контрэскарпов, ни солидных решеток долговременного типа; счастливым исключением являлся сухой ров Центрального форта, который был усилен решеткой германского типа на бетонном фундаменте.
Господствующим типом долговременных препятствий являлись водяные рвы, которых было отрыто около 12 км. Однако водяные рвы были хорошим препятствием только в теплое время года, зимой они замерзали и совершенно не удовлетворяли своему назначению. Нужна была тяжелая кропотливая работа по их минированию и расчистке. Крепость во время отхода 57-й стрелковой дивизии с передовой позиции Цемношие — Белашево должна была назначить на несколько дней всех сапер и несколько рот ополченцев на расчистку важнейших водяных рвов и приведение их в оборонительное состояние. Следующий эпизод характеризует недостатки водяных рвов. Во время бомбардировки случайным попаданием 30,5-см бомбы была разрушена плотина, поддерживающая должный уровень воды во рвах Заречной позиции, вода спала на 1,2 м, и рвы стали проходимы; только после 8-дневной непрерывной работы под огнем противника удалось исправить повреждение и поднять воду до необходимого уровня.
На неприглядном фоне всей этой фортификационной слабости, отсталости, неготовности один лишь старый Центральный форт производил отрадное впечатление своей мощью.
Форт был спроектирован и построен как отдельный самостоятельный форт-застава и поэтому по своей величине (площадь более 1 кв. км ), правильной планировке, солидности профиля и силе фортификационных сооружений резко отличался от остальных фортов крепости.
Не останавливаясь на описании форта, которое было сделано выше, напомним, что форт оказался настолько солидным сооружением, что 1500 снарядов противника, среди которых были и 42-см, попавшие в него во время бомбардировки, мало повлияли на его обороноспособность. Все жизненные органы форта — фланкирующие рвы постройки, важнейшие казармы и убежища — остались целы, пострадали лишь кирпичные и деревянные здания необоронительного характера и слабые бетонные постройки с толщиной сводов 1-1,5 м. Из этого, конечно, не следует делать вывод, что все форты Осовца должны были походить на Центральный форт, но все же для крепости, находящейся в 20 км от границы и имеющей важное стратегическое значение, необходимо было иметь форты более современного устройства, чем форты № 2, 3 и 4.
Чтобы ослабить главнейшие недочеты крепости — необеспеченность передовых позиций, слабость фортов и промежутков, малочисленность убежищ и прочее, гарнизон крепости с первых же дней мобилизации обратился за помощью к полевой фортификации, которая в дальнейшем получила в крепости огромное применение.
Значительное количество необходимых фортификационных сооружений, которые в мирное время, за отсутствием кредитов, не были построены из брони и бетона, были построены в мобилизационный период и во время осады из камня, дерева, земли и даже бетона.
Кадры крепостного строительства мирного времени, влитые в Управление начальника инженеров крепости и усиленные саперными ротами, рабочими дружинами и рабочими из строевых частей, быстро освоили новые методы фортификационных работ и за 50 дней мобилизационного периода создали новые позиции на флангах крепости и усилили существующие — Заречную и Главную.
Так была оборудована крепость в фортификационном отношении в тот момент, когда на нее обрушился противник, страшный не доблестью своих ландверных дивизий, а мощью своей тяжелой артиллерии, которая имела такие калибры, о которых крепостные артиллеристы и инженеры имели лишь смутное представление.

Klerkon сказал(а) спасибо.

Последний раз редактировалось Sölveig: 14.10.2014 в 03:18.
старый 14.10.2014, 09:50   #97
Senior Member
 
аватар для Cyanide
 
Регистрация: 10.2012
Проживание: Under varje rot och sten...
Возраст: 31
Сообщений: 2.399
Репутация: 82 | 4
По умолчанию

Немецкий характер черного континента

Восточная Африка — последний оплот германской армии в Первой мировой войне.



Самую успешную кампанию Первой мировой немецкая армия провела далеко от Европы — в Восточной Африке. Даже боевые операции действовавший там колониальный корпус завершил спустя несколько дней после подписания 11 ноября 1918 года перемирия в Европе. В успешных боях по защите вверенной колонии и походах его командование не помышляло о капитуляции и узнало о проигрыше в войне страны почти случайно.

Родина помочь не может

С началом Первой Мировой все азиатские и африканские колонии Германии оказались в полной изоляции от метрополии, в глубине огромных британской и французской колониальных империй. Никаких шансов получать подкрепление и снабжение у немцев не было. Поэтому колонии были изначально обречены. Тем не менее, судьбы у них оказались разные.

Из азиатско-тихоокеанских колоний лишь Циндао сумел оказать сопротивление, впрочем, завершившееся капитуляцией уже 7 ноября 1914 года. В Африке получилось несколько иначе, хотя и не везде.

В Юго-Западной Африке (ныне — Намибия) у немцев имелось около 2 тысяч военнослужащих и около 1,5 тысяч полицейских. Англичане с территории Южно-Африканского союза могли выставить до 60 тысяч человек. Проблемой для них было то, что ЮАС представлял собой синтез собственно английских колоний и оккупированных в ходе англо-бурской войны бурских государств. Хотя буры были на формально равноправной основе кооптированы в население Британской империи, среди них были весьма сильны симпатии к немцам. Из-за улаживания внутренних проблем поход на немцев англичане смогли начать лишь в январе 1915 года. В дальнейшем, впрочем, им мешали, в основном, лишь пустынная местность и большие расстояния. Остатки немецких войск капитулировали 9 июля 1915-го.

Битва за Камерун

Весьма интересные события развернулись в Камеруне. Сюда союзники вторглись со всех направлений: англичане — с запада из Нигерии, французы и бельгийцы — с севера, востока и юга из Чада, Габона и Конго. К началу войны немцы имели в Камеруне около 1,8 тысяч военнослужащих, против них было 1,7 тысяч англичан, 7 тысяч французов и 600 бельгийцев. 6 сентября 1914 года в бою за городок Нсанаконг немцы нанесли поражение англичанам, отбросив их обратно в Нигерию. Но 27 сентября англо-французский морской десант захватил Дуалу — экономическую столицу Камеруна, и немецкие войска отступили в центральный район страны, покрытый джунглями и горами. При этом за счет мобилизации численность немецких войск возросла до 3 тысяч чел., а союзников за счет подкреплений — до 25 тысяч.

В апреле 1915 года уже немцы совершили рейд на территорию Нигерии, попытавшись захватить английский форт, но безуспешно. Сторонам приходилось воевать в тяжелейших природно-климатических условиях, а в такой ситуации, как правило, обороняться проще, чем наступать. Тем не менее, численное превосходство союзников было слишком велико. Они постепенно захватывали немецкие укрепленные пункты. Последний из них, Мора, пал лишь 16 февраля 1916 года. Остатки немецких войск интернировались в испанской колонии Рио-Муни (нынешняя Экваториальная Гвинея).

Полковник фон Леттов-Форбек идет в атаку

Но по-настоящему серьезная война случилась в Восточной Африке, где немецкой колонией была Танганьика (нынешняя Танзания без Занзибара), она же Германская Восточная Африка.

В этой колонии к началу войны немцы имели 2,7 тысяч военнослужащих и 2,2 тысяч полицейских, в подавляющем большинстве — аборигенов-аскари, происходящих от смешения арабских колонистов с местными племенами. Командовал немецким контингентом полковник Пауль фон Леттов-Форбек. В ходе войны путем мобилизаций численность личного состава доводилась до 14 тысяч человек. (к концу 1915 года), от которых к моменту окончания боевых действий осталось не более 10%. Противостоящие им войска суммарно за войну имели численность 250-300 тысяч человек. Естественно, англичане обладали абсолютным господством на море.

Но именно немцы первыми начали активные действия на севере колонии, на границе с Английской Восточной Африкой (нынешние Уганда и Кения). Впрочем, получив подкрепление из Индии, англичане перешли в контрнаступление. Однако их попытка в начале ноября 1914 года захватить портовый город Танга на севере Танганьики окончилась тяжелым поражением. В итоге к концу года немцы сохраняли полный контроль над всей территорией колонии и даже слегка продвинулись на британскую территорию и совершали набеги на железные дороги в Кении и Уганде.

Летом 1915 года в Английскую Восточную Африку было переброшено из ЮАС до 15 тысяч буров (поскольку кампания в Юго-Западной Африке уже заканчивалась). Тем не менее, до конца года продолжались столкновения в приграничной полосе, причем преимущество в них было, скорее, на стороне немцев. Столь же успешно они держали фронт на западе колонии, против бельгийцев из Конго (Заира). Даже на море немцы добивались успехов: единственный базировавшийся в Дар-Эс-Саламе крейсер «Кенигсберг» еще в сентябре 1914 года потопил у Занзибара английский крейсер «Пегас», а также захватил одно английское транспортное судно. В конце концов, англичане загнали «Кенигсберг» в реку Руфиджи в Танганьике. В речном бою с 4 английскими крейсерами и 2 канонерками 11 июля 1915 года он был потоплен. Впрочем, немцы сняли с него орудия и использовали их на суше.

Таким образом, к концу 1915 года все остальные немецкие колонии уже были разгромлены (кроме остаточного сопротивления на юго-западе Камеруна), а вот Германская Восточная Африка была не просто жива, но и невредима, сохранив всю свою не очень маленькую территорию.

Отступать больше некуда

В начале 1916 года англичане перешли в серьезное наступление с севера. В марте развернулось сражение около крупнейшей вершины Африки — горы Килиманджаро. Под давлением превосходящих сил противника немцы начали отступление вглубь своей территории. В середине года ситуация существенно усугубилась, поскольку бельгийцы развернули наступление с запада (из Конго), а англичане открыли еще один фронт на юго-западе, наступая с территории современной Замбии. Проблемы союзникам создавали великие африканские озера (Виктория, Танганьика, Ньяса), которые разбивали их фронт на фрагменты, но для немцев это было слабым утешением. Недостаточное развитие дорожной сети и ограниченность сил не давали немцам возможности использовать преимущество внутренних операционных линий. Центральную железную дорогу, пересекавшую колонию с востока на запад, англичане перерезали в конце июля.

Основные немецкие силы, сдав Дар-эс-Салам, вынуждены были отступать на юго-восток. Правда, теперь и здесь у них был противник: в марте 1916 года Португалия вступила в войну на стороне Антанты. В Европе ее участия в войне никто не заметил, а вот в Африке именно португальцы окончательно брали Танганьику в кольцо, наступая силами до 3 тысяч человек на ее юго-восток с территории нынешнего Мозамбика. Впрочем, португальцы воевали гораздо хуже бельгийцев, не говоря уж об англичанах. Поэтому немцы быстро выбили их с территории своей колонии. Более того, в каком-то смысле вступление Португалии в войну стало для африканских немцев благом: теперь им было, куда идти, не оказываясь при этом интернированными.

Поход в Мозамбик

К началу 1917 года немцы удерживали юго-восточный «угол» Германской Восточной Африки. Здесь они продержались почти целый год, нанеся англичанам ряд тяжелых поражений. Однако они испытывали всё более острую нехватку продовольствия, тяжелого вооружения, боеприпасов. Поэтому Леттов-Форбек решил перенести войну на территорию ближайшего, при этом наиболее слабого противника — Португалии. В конце ноября 1917 года немцы вторглись в Мозамбик.

В Мозамбике немцы, в основном, занимались поисками продовольствия, громя лагеря португальской армии и захватывая мирные фермы. В январе 1918 года на помощь португальцам в Мозамбик начали прибывать англичане. У немцев же впервые с начала войны возникла проблема массового дезертирства аборигенов-аскари, из которых их армия, в основном, и состояла. Причиной дезертирства стало то, что армия слишком далеко ушла от их родных мест, а это было для аборигенов гораздо хуже тягот войны и походной жизни.

Тем не менее, немцам удалось с боями пройти половину территории Мозамбика, дойдя в июне до реки Замбези, при этом было захвачено большое количество современных ружей и боеприпасов. Однако из-за возросшего сопротивления противника (в первую очередь – англичан, португальцы были совершенно небоеспособны), им пришлось снова повернуть на север и двинуться обратно. В сентябре 1918 года они вновь вернулись «на родную землю», прошли по ее южной части и в ноябре вторглись на британскую территорию, в Замбию. Именно здесь 14 ноября 1918 года — спустя три дня после официального окончания войны — Леттов-Форбек получил сообщение о перемирии в Европе, то есть, фактически, о капитуляции Германии.

К этому моменту немецкие силы сократились до 1,3 тыс. чел., из них примерно 130 европейцев. Тем не менее, в отличие от своих соотечественников в самой Германии, они были готовы воевать еще достаточно долго — восточноафриканские туземцы в каком-то смысле оказались большими патриотами Германии, чем сами немцы. А четырехлетнюю эпопею войск Леттова-Форбека, наверное, можно считать лучшей страницей немецкой армии во всей Первой Мировой.


http://www.istpravda.ru/digest/10764/
Sölveig сказал(а) спасибо.
старый 14.10.2014, 17:02   #98
banned
 
Регистрация: 08.2005
Проживание: Лес
Возраст: 34
Сообщений: 5.817
Записей в дневнике: 17
Репутация: 61 | 0
По умолчанию

Продолжим про Осовец.

Борьба за передовые позиции Осовецкой крепости

Переход 8 и 10-й германских армий в наступление против 10-й русской армии в феврале 1915 г.

К 7 февраля 1915 г. группировка русских и германских армий на Северо-западном фронте была такова



10-я русская армия в составе 3, 20, 26 и 3-го Сибирского корпусов вела боевые операции против укрепленных позиций германцев за рекой Ангерап и за линией Мазурских озер. Армия медленно продвигалась вперед, ведя постепенную атаку Летценских позиций и укрепленных промежутков между Мазурскими озерами.
Для борьбы с артиллерией противника и для разрушения бетонных фортификационных сооружений на промежутках между озерами была взята из крепостей Гродны, Ковны, Осовца и Кронштадта тяжелая артиллерия 15-см и 28-см калибров.
Правый фланг армии охранялся двумя кавалерийскими дивизиями. На левом фланге армии находилась 57-я пех. дивизия, 48-й казачий полк и другие мелкие части.
57-я пех. дивизия служила связующим звеном между 10-й и 12-й армиями. Последняя начала свое формирование в районе Остроленка — Ломжа и к 7 февраля имела налицо, кроме кавалерийских частей, только два корпуса: 1-й Туркестанский на позициях между Праснышем и Цехановым и 4-й Сибирский у Плонска; отсюда видно, что корпуса армии были нацелены скорее на крепость Торн, чем на помощь 10-й армии.
С наступлением весны обе русские армии должны были перейти в наступление и овладеть Восточной Пруссией. Германское командование, осведомленное о русских планах, решило предупредить русское наступление и еще в конце зимы разгромить 10-ю армию. Против нее были направлены две германские армии: стоявшая зимой в Восточной Пруссии 8-я армия должна была охватить русских с юга и сковать с фронта, в то время как вновь собранная 10-я армия — обойти русских с правого фланга.
Первой перешла в наступление 8-я германская армия. Ее ударная группа в составе трех пехотных дивизий 7 февраля перешла в наступление, отбросила 57-ю пех. дивизию и заняла Иоганисбург.
9 февраля перешла в наступление 10-я германская армия, в общем направлении на Вилковишки.
Под давлением превосходных сил противника все корпуса 10-й русской армии начали отход на восток: 3-й корпус — на Вержболово, 20-й — на Филипово, 26-й — на Марграбова, 3-й Сибирский — на Лык; при отступлении 3-го Сибирского корпуса были вывезены от Летцена в Осовецкую крепость все 78 тяжелых орудий.
57-я пех. дивизия после боев 7-8 февраля с превосходными силами противника, имея в своем составе три пехотных полка, четыре батареи и один казачий полк, начала отход на Осовецкую крепость, в состав гарнизона которой она должна была войти.
226-й пех. Землянский и 227-й пех. Задонский полки с двумя батареями отходили по дороге Щучин — Белашево, где 226-й полк остановился на передовых позициях крепости, а 227-й был отведен в самую крепость. 228-й пех. Епифанский полк с двумя батареями отошел на крепость кружным путем через Ломжу и Визну.
В это время части 3-го Сибирского корпуса, теснимые противником, обнажили подступы к станции Граево, которая не была еще окончательно эвакуирована. Для прикрытия станции и для облегчения отхода частей 3-го Сибирского корпуса был сформирован Граевский отряд в составе двух батальонов 226-го пех. Землянского полка, одной батареи артиллерии и одной казачьей сотни. Третий батальон Землянского полка должен был оставаться на Белашевской позиции для отражения противника в случае его наступления от Щучина на крепость.
Граевский отряд после тяжелого перехода к утру 11 февраля подошел к посаду Граево, выдвинул часть своих сил на дорогу в Просткен, выслал разведку в северном и западном направлениях и приступил к фортификационным работам по усилению своего расположения.



12 февраля немцы продолжали свое движение на Райгород — Августов, и только небольшие пехотные части пытались охватить расположение Граевского отряда с правого фланга, но эти попытки были легко отражены. К вечеру Граевский отряд был усилен запасным батальоном и одной батареей артиллерии.
К вечеру 12 февраля выяснилось трудное положение частей 3-го Сибирского корпуса, охватываемых у Райгорода с левого фланга превосходными силами противника, что угрожало его путям отхода. Для облегчения положения частей 3-го Сибирского корпуса было решено, усилив Граевский отряд 228-м пех. Епифанским полком, двумя батареями и четырьмя сотнями казаков, предпринять энергичное наступление на Просткен и Лык, во фланг двигающемуся на Августов противнику. Наступление началось только 13 февраля, но вскоре отряд под давлением противника принужден был перейти к обороне, которую и вел с переменным успехом весь день 13 февраля. Накапливание значительных сил противника, обход обоих флангов отряда и боязнь за пути отступления заставили очистить железнодорожную станцию Граево и начать отход на высоты южнее посада Граево.
Между тем противник, вводя в дело все свежие и свежие части как в направлении от Просткен, так и в районе селений Усцянок и Попово, перешел в наступление с фронта Попово, Бочки, Сидорово и со стороны Усцянки. К этому времени общий резерв отряда был почти израсходован, и средств для противодействия атакам противника уже не имелось. Создавалось опасение, что противник, обрушившись большими силами на левый фланг отряда, отбросит его от путей отхода на крепость и прижмет к болотам восточнее железной дороги.
Имея в виду, что эвакуация Граево была закончена, часть сил противника оттянута в направлении Граево — Осовец и самая крепость выиграла несколько дней для приведения в оборонительное состояние своих верков, начальник отряда решил начать отступление на новый рубеж: Руда, Околь, Лосево, высота 69,3.
Однако неудобство новых позиций, переутомление войск и обход левого фланга противником, который утром 15 февраля занял деревню Опартово и грозил отрезать пути отступления на Белашево, заставили продолжить отход на передовые позиции крепости Цемношие — Белашево.
Отход начался около 15 час., немцы продвигались крайне осторожно, высылая вперед разведчиков.
На Белашевскую позицию отряд прибыл около 20 час. и расположился для обороны.

Борьба за передовую позицию крепости Цемношие — Белашево

К утру 16 февраля



Граевский отряд, оставив охранение на линии высот 56,4 и 57, Гацке, Сеницке и выслав вперед пешую разведку, расположился на позиции следующим образом. Три роты Землянского полка развернулись севернее Цемношие, по обе стороны дороги на деревню Руды; 2-й батальон того же полка занял окопы на опушке леса у железнодорожной казармы; батареи стали на позициях южнее Цемношие; один батальон Епифанского полка занял позиции у Волька Бржозова; полтора батальона этого полка расположились на позиции у Белашево; запасный батальон, как общий резерв, стал в Сосня. К д. Пржеходы были выдвинуты ратники; конница была выделена из состава отряда и направлена в район деревни Климашевница. Штаб отряда находился в вагоне у перекрестка дорог железной и грунтовой на Климашевница.
В течение дня противник накапливался у полустанка Подлесок и у селений Лойки и Модзеле, но действий не предпринимал. С утра 17 февраля обнаружилось продвижение противника по всему фронту, и сторожевое охранение отряда принуждено было отойти на юг.
Около 12 час. в распоряжение отряда прибыл 101-й пех. Пермский полк в составе трех батальонов; было решено заменить прибывшим полком части 57-й дивизии, предоставив последним полный отдых; однако смена как в этот день, так и в последующие не состоялась, так как противник повел на всем фронте решительное наступление, вскоре разгорелся бой, в котором приняла деятельное участие и крепостная артиллерия.
При таких условиях было принято решение дать в состав участковых резервов Землянского и Епифанского полков по одному батальону Пермского полка, а 3-й батальон этого полка направить в общий резерв.
18 февраля противник повел атаки на позиции у Цемношие, которые были отбиты артиллерийским и ружейным огнем; ночью противник повторил атаки и занял Цемношие, которая была сожжена и обстреляна огнем крепостной артиллерии; Землянский полк занял окопы на опушке леса (см. схему 11, пунктир).
На левом фланге противник силами в один батальон атаковал Климашевница, но атака была отбита при содействии двух сотен Донского казачьего полка.
С утра 19 февраля противник начал артиллерийский обстрел позиции, причем было обнаружено присутствие тяжелой артиллерии.
В этот день противник повел наступление на Белашево, которую и занял к 12 час. Части Епифанского полка отошли на 0,5-1 км назад (см. схему 11, пунктир).
Около 16 час. в штаб отряда прибыл командир 84-го пех. Ширванского полка, доложивший о назначении его полка в состав отряда; два батальона полка уже двигались от Заречного форта, два других батальона должны были прибыть 20 февраля.
Было решено во что бы то ни стало сменить части 57-й дивизии, образовав с прибытием всего Ширванского полка два боевых участка: один в направлении на Цемношие из Ширванского полка, другой в направлении на Белашево из Пермского.
20 февраля силы противника определялись примерно уже в дивизию. На правом фланге отряд у Пржеходы был обстрелян артиллерией и атакован силами до одного батальона, наступление было отбито огнем, и отряд сохранил свою позицию.
Накопив в районе Цемношие около полка, противник после артиллерийской подготовки повел наступление на правый фланг позиции, но оно было отбито огнем и главным образом контрударами рот резерва.
В центре батальоны Епифанского и Пермского полков с утра перешли в наступление, имея целью восстановить свою линию обороны, однако сильный ружейный и артиллерийский огонь противника, трудность наступления по болотистому грунту приостановили движение. Батальоны залегли в 1 км от основной позиции и приступили к окапыванию.
На левом фланге атака Пермского полка на Белашево вначале увенчалась успехом — ротам полка удалось ворваться в деревню и оттеснить противника, однако немцы, подтянув сильные подкрепления, сами перешли в наступление и отбросили пермцев в их исходное положение.

21 февраля



немцы обстреляли позицию сильным артиллерийским огнем, причем снаряды ложились даже в районе Заречного форта.
Отряд, занимающий Пржеходы, после охвата обоих его флангов был сбит противником и отошел на дер. Осовец.
Накопив в районе Волька Бржозова, Цемношие около бригады пехоты, противник повел ряд атак вдоль железной дороги на позиции Ширванского полка, однако ружейным и пулеметным огнем и контратаками частей полка при интенсивной поддержке огнем крепостной артиллерии был отброшен в первоначальное положение.
На левом фланге позиции противник силами до бригады повел наступление из района Белашево на позиции Пермского и Епифанского полков. Последние, жестоко обстреливаемые фронтальным, косым и фланговым огнем легкой и тяжелой артиллерии, не выдержали атаки, стали постепенно подаваться назад и к 17 час. заняли позицию, почти параллельную железной дороге, в 1,5 км к западу от нее (см. схему 12, пунктир).
Прибывший на позицию комендант крепости,

Цитата:

Бржозовский, Николай Александрович

(20.12.1857 — не ранее 1920) — русский военачальник, генерал-лейтенант. Участник русско-турецкой войны 1877—1878, китайского похода (1900—1901), русско-японской войны, первой мировой войны, гражданской войны в России.

Из дворян. Образование получил в Полоцкой военной гимназии. В службу вступил 01.09.1874. Окончил 2-е военное Константиновское училище. Выпущен Прапорщиком (ст. 10.08.1876) в 16-ю артиллерийскую бригаду.

Участник русско-турецкой войны 1877-78. Подпоручик (ст. 26.12.1877). Поручик (ст. 18.12.1878). Штабс-Капитан (ст. 12.11.1884). Капитан (ст. 13.12.1892). Командовал ротой 14 л. 2 м; осадной артиллерийской ротой (14.11.1900-01.06.1901).

Участник похода в Китай 1900-01. Подполковник (пр. 1901; ст. 15.06.1901; за боевые отличия).

Участник русско-японской войны 1904-05. Полковник (пр. 1905; ст. 09.08.1904; за боевые отличия). Ранен и контужен.

Командир Ломжинской крепостной артиллерией (24.07.1906-20.12.1911). Генерал-майор (пр. 1911; ст. 20.12.1911; за отличие). С 20.12.1911 начальник Осовецкой крепостной артиллерией.

Участник мировой войны. Награжден орденом Св. Георгия 4-й степени (ВП 21.03.1915). Комендант Осовецкой крепости (с 08.04.1915). Во время осады крепости предложил немецкому парламентеру, предлагавшему сдать крепость, остаться в ней во время штурма с условием, что, если штурм будет неудачным, немца повесят. Крепость устояла. Генерал-лейтенант (пр. 06.12.1915; ст. 07.08.1915). На 10.07.1916 в том же чине и должности. Командир 44-го армейского корпуса (07.1916-22.04.1917).

Участник Белого движения на юге России. 10.07.1919 г. прибывает на службу в войска Северной области в распоряжение Генерал-Губернатора Северной Области. с 17.07.1919 г. состоял в резерве чинов при штабе Главнокомандующего. 21.07.1919 г. назначен начальником гарнизона г. Архангельска и окрестностей. 01.09.1919 г. назначен заместителем Генерал-Губернатора Северной Области. 28.09.1919 г. назначен начальником обороны г. Архангельска. Председатель Георгиевской Думы Северной области. В эмиграции. 20.04.1920 г. прошёл регистрацию в военном лагере Варнес (Норвегия). В 20-х гг. проживал в Югославии.
убедившись в невозможности восстановить прежнее положение и учитывая, с одной стороны, крайнее переутомление войск, а с другой — полную готовность крепости к борьбе с врагом, решил отвести Ширванский полк на Сосненскую позицию, а все остальные части отряда направить в крепость и предоставить им необходимый отдых. Отход был произведен в ночь на 22 февраля без всяких потерь.
Таким образом закончилась борьба за передовые позиции крепости Цемношие — Белашево.
Войскам пришлось действовать при крайне неблагоприятных условиях: отвратительная погода, болотистый грунт местности, отсутствие жилья, необеспеченность горячей пищей истощили силы людей; большую помощь оказала крепость, посылая стрелкам консервы, белый хлеб, теплое белье, принимая раненых и больных в тыловые лазареты.
Много было положено труда, пережито лишений, много пролито крови, но основная задача — оттянуть на крепость значительные силы противника, не позволить последнему ворваться в крепость и выиграть время для приведения всех верков в тяжелый зимний период в оборонительное состояние — была выполнена.
Противник понес большие потери, особенно досаждала ему точная стрельба крепостной артиллерии и короткие, но мощные контрудары пехоты, главным образом Ширванского полка; в бою 21 февраля противник не выдерживал атак этого полка и поворачивал назад. Необходимо указать на отсутствие должной разведки со стороны противника и вообще на малую его активность. Отход большого количества русских войск 22 февраля на крепость по узкой гати длиной около 1 км при более энергичном противнике мог окончиться для отступающих катастрофой.

Добавлено спустя 1 час 11 минут:

Борьба за главную позицию крепости

Боевые силы блокадного германского корпуса и Осовецкой крепости к 22 февраля 1915 г.

Непосредственно перед крепостью была расположена 11-я ландверная дивизия с приданными ей частями



а) правый фланг Окрасин — Мцихи: 76-й ландверный полк;
б) центр Цемношие — Белашево, Климашевница: в первой линии — 5 и 75-й ландверные полки, 249 и 266-й резервные полки и 33-й фузилерный полк; во второй линии — 44-й пех. полк и 147-й резервный (эрзац) батальон;
в) левый фланг Капице — Пржеходы: в первой линии — 18-й ландверный полк и 41-й резервный (эрзац) батальон.
Кроме того, в районе Руда были расположены как общий резерв три ландштурменных батальона и в Граево 250, 251 и 252-й резервные полки.
Всего блокадный корпус состоял примерно из 40 батальонов пехоты, воздухоплавательного и пионерного батальонов, различных вспомогательных отрядов специального назначения и 17 батарей осадной артиллерии следующего состава:
42-см орудий — 1 батарея — 2 или 4 орудия,
30,5-см орудий — 4 батареи — 16 орудий,
21-см орудий — 4 батареи — 16 орудий,
15-см орудий — 5 батарей — 20 орудий,
107-мм (42-лин.) орудий — 3 батареи — 12 орудий.
Итого 17 батарей с 68 тяжелыми орудиями.
Кроме того, блокадному корпусу были приданы 7-й тяжелый артиллерийский полк и несколько батарей 12-го мортирного Саксонского полка.
Кавалерии было мало — всего два ландверных эскадрона.
К 23 февраля расположение сил гарнизона крепости было таково:
а) Передовая Сосненская позиция — Ширванский полк, две роты Епифанского полка, 4 легких полевых орудия и восемь крепостных тяжелых орудий; всего 4 1/2 батальона.
б) Заречная позиция (2-й отдел обороны) — 81-й пех. Апшеронский полк; всего 3 3/4 батальона.
в) Главная крепостная позиция (1 и 3-й отделы обороны) — Пермский полк, 2 батальона ополченцев и 10 полевых орудий; кроме того, в Гониондз (4-й отдел обороны) было расположено 1 1/2 батальона ополченцев и 10 полевых орудий; всего 7 1/2 батальонов.
На главной крепостной позиции было расположено 64 крепостных тяжелых орудия.
г) Правый фланг от Гониондз до Карповичи — 1 батальон ополченцев, 7 сотен и эскадронов кавалерии и 2 полевых орудия.

Орудия крепости_______________Дальность в км___________Вес снаряда в кг_____________Вес разрывного заряда в кг
15-см Кане________________________13,2_____________________41,4________________________________2,8
15-см — 190 пуд___________________8,8______________________33,2________________________________5,3
15-см — 120 пуд___________________8,3______________________33,2________________________________5,3
107-мм (42-лин.)___________________9,6______________________16,4________________________________2,05

Если сравнить данные этих орудий с указанными ниже данными орудий осадной артиллерии, то слабость крепостных орудий будет подчеркнута особенно резко.

Германские орудия______________Дальность в км___________Вес снаряда в кг______________Вес разрывного заряда в кг
21-см_____________________________около 11_____________________98______________________________около 21
30,5-см___________________________около 12_____________________417______________________________около 37
42-см_____________________________около 14_____________________930______________________________около 106

Пробная мобилизация Осовецкой крепости, проведенная в 1912 г., обнаружила большие дефекты артиллерийского вооружения крепости: нехватало по табели артиллерийского вооружения крепости большого количества орудий тяжелых, противоштурмовых и капонирных, нехватало снарядов, пулеметных лент и ружейных патронов, были большие недочеты в средствах связи, в приборах для стрельбы и пр.
Расположение и оборудование батарей было неудовлетворительно: из 18 батарей дальнего боя только четыре батареи были укрыты и хорошо применены к местности; остальные можно было легко обнаружить по блеску выстрелов.
Противоштурмовая артиллерия совершенно не имела броневых закрытий, некоторые противоштурмовые пушки находились в бетонных убежищах, откуда должны были выкатываться для стрельбы на высокие валганги.
Крепостная артиллерия имела очень мало броневых командных и наблюдательных пунктов.
Правда, после пробной мобилизации некоторые недочеты удалось исправить: было сооружено шесть бетонных батарей, одна броневая, построены броневые наблюдательные пункты, пополнен боекомплект, увеличено количество противоштурмовой артиллерии и пулеметов, но все же основное вооружение крепости составляли те же старые 15-см пушки образца 1877 г.
Всего на вооружении крепости находилось:
15-см пушек в 190 и 120 пуд. 39 орудий,
107-мм пушек 26 орудий,
122-мм гаубиц 4 орудия,
15-см пушек Кане 2 орудия,
15-см гаубиц (броневая установка) 1 орудие.
Боекомплект на каждое тяжелое орудие в количестве 750-1000 выстрелов на орудие хранился в пороховых погребах на плацдарме.
О средствах связи, освещения и прочем говорить не приходится, многое было доставлено в крепость во время мобилизации и во время осады, так как тыл крепости был открыт и подвоз всех необходимых средств производился беспрепятственно.

Бомбардировка крепости 25 февраля — 3 марта 1915 г. Усиление оборонительных сооружений крепости

Отдельные попытки противника 22-25 февраля овладеть Сосненской позицией и охватить левый фланг крепости в районе Гончаровской гати не удались. Все атаки отбивались заградительным огнем крепостной артиллерии и пулеметным огнем с позиций; немцы не доходили до проволочных сетей Сосня, несли потери и поворачивали обратно.
Гарнизон отвечал противнику вылазками, которые производились с целью выяснить расположение противника и уничтожить его тяжелую артиллерию.
Наиболее сильная вылазка была произведена в ночь с 26 на 27 февраля в составе трех батальонов пехоты в направлении Сойчинек — Цемношие. Вылазка выявила расположение противника, но проникнуть в расположение тяжелых батарей ей не удалось. Другие вылазки в составе двух-трех рот производились в направлении на Пржеходы, Сойчинек и Климашевница.
Постепенно у противника создалось убеждение в невозможности взять Сосненскую позицию, не уничтожив тяжелой артиллерии крепости. Германское командование решило привлечь для борьбы с крепостью мощные калибры осадной артиллерии, раздавить «игрушечную крепость» бомбардировкой и тем принудить гарнизон к сдаче.
С первых же дней осады противник начал усиливать свою тяжелую артиллерию; разведка крепости не могла точно выявить, где и какие калибры устанавливает противник в Белашевском лесу, но летчики доносили, что какие-то мощные орудия выгружаются на станции Подлесок и устанавливаются как вблизи самой станции, так и в лесу. С течением времени постепенно выяснилось, что в Белашевском лесу, в 8-12 км от плацдарма, противник установил 66 тяжелых орудий 42-см, 30,5-см, 21-см и 15-см калибров



причем батареи 42-см, 30,5-см и 21-см орудий находились вне досягаемости огня крепостной артиллерии, остальные батареи, преимущественно 15-см калибра, находились на предельных дистанциях.
Пользуясь мощью своей артиллерии, прекрасной ее маскировкой и слабостью крепостной артиллерии, противник 25 февраля открыл огонь по крепости, довел его 27 и 28 февраля до ураганного и так продолжал громить крепость до 3 марта, после чего интенсивность огня начала заметно ослабевать. Главнейшими объектами стрельбы были Центральный форт, Скобелева гора, плацдарм и Заречный форт. По некоторым данным, всего было выпущено около 200 000 тяжелых снарядов, однако в районе крепости было зарегистрировано всего лишь около 30 000 воронок; возможно, что огромное количество снарядов поглотили Бобр, болота крепости и ее водяные рвы.
Внешний эффект бомбардировки был грандиозен: снаряды поднимали высочайшие столбы земли или воды, образовывали огромные воронки диаметром 8-12 м ; кирпичные постройки разваливались, деревянные горели, слабые бетонные давали огромные отколы в сводах и стенах; проволочная связь была прервана, шоссе испорчено воронками; окопы и все усовершенствования на валах, как то: козырьки, пулеметные гнезда, легкие блиндажи, стирались с лица земли.
Над крепостью нависли тучи дыма и пыли, которые проникали в казематы и затрудняли дыхание людей.
Положение еще более ухудшилось, когда начался обстрел 42-см бомбами. Всего по крепости было выпущено 30 снарядов, из них удалось зарегистрировать восемь на Центральном форту (см. черт. 1 выше).
Пять бомб упали вблизи горжевой казармы, причем образовались воронки диаметром 9-11 м и глубиной 2,5-3 м. Шестая бомба попала в карниз тыльной стены горжевой казармы, бомба раскололась на две части (неполный взрыв) и выбила в стене воронку объемом около 2 куб. м (см. черт. 11 выше). Седьмая бомба привела в полную негодность солидный кирпичный сарай артиллерийского ведомства



Наконец, восьмая бомба попала в металлическую решетку германского типа в сухом рву форта и выбила в этой решетке отверстие около 4 пог. м



Как будет указано ниже, 42-см гаубицы были в тот же день, когда они открыли по крепости стрельбу, сбиты огнем 15-см пушек Кане и прекратили стрельбу; если бы не эта счастливая случайность, то борьба за Осовецкую крепость могла иметь другой исход, так как казематированные постройки крепости не были обеспечены от огня 42-см артиллерии.
Вид крепости со стороны Гониондз во время бомбардировки произвел сильное впечатление на корреспондентов французских и русских газет, которые сравнивали крепость с адом, с действующим вулканом, откуда не сможет выйти живым ни один человек.
Майор Спалек в польском журнале «Сапер и инженер войсковой» описывает бомбардировку крепости в таких выражениях:
«Страшен был вид крепости, вся крепость была окутана дымом, сквозь который то в одном, то в другом месте вырывались огромные огненные языки от взрыва снарядов; столбы земли, воды и целые деревья летели вверх; земля дрожала, и казалось, что ничто не может выдержать такого ураганного огня. Впечатление было таково, что ни один человек не выйдет целым из этого урагана огня и железа».
Командование 12-й армии, обеспокоенное доходившими вестями, прислало запрос о состоянии крепости, просило продержаться еще 48 часов и обещало выручку.
Однако положение крепости не было столь критическим, как это казалось со стороны. Результаты бомбардировки по данным с отделов обороны были не так страшны:
1. Разрушено и сгорело 37 жилых деревянных зданий, повреждено 17 кирпичных зданий, сгорели лесопильный завод, мастерские инженерного управления и несколько сараев артиллерийского ведомства.
2. Уничтожена вся воздушная проводка телефонной сети крепости, повреждено около 200 пог. м шоссе и семь мостов.
3. Повреждено около 100 пог. м брустверов в фортах, разрушено около 1000 пог. м линии огня (одежда крутости, козырьки, навесы; пулеметные гнезда и пр.) на брустверах фортов и промежутков; разрушено около 400 пог. м. окопов и ходов сообщения. Разрушена земляная плотина Рудского канала.
4. Уничтожено около 4 000 кв. м проволочных сетей, 30 пог. м трехрядной решетки системы Ощевского и других систем и 5 м долговременной решетки германского типа. [66]
5. Пробито 17 кирпичных казематов, три бетонных, обнаружено 18 отколов в бетонных сводах, разрушено два броневых наблюдательных поста.
6. Выведено из строя 12 тяжелых, 3 противоштурмовых орудия и одна 57-мм капонирная пушка, повреждены временные батареи № 3, 16 и 18.
Принимая во внимание, что противник не беспокоил флангов, слабо обстреливал Сосненскую позицию, что пехотные полки крепости почти не имели потерь и что главнейшие казематированные сооружения были целы, комендант крепости ответил командующему 12-й армией, что нет никаких данных беспокоиться за участь крепости.
Дух русского солдата не был сломлен бомбардировкой — гарнизон скоро привык к реву и к взрывам снарядов мощной артиллерии противника. «Пущай постреляет, по крайней мере выспимся», — говорили солдаты, измученные предшествующими боями на передовых позициях и оборонительными работами в крепости.
Таким образом, бомбардировка крепости не дала тех результатов, на которые надеялся противник, — крепость не сдалась. Израсходовав огромное количество снарядов, немцы к 7 марта прекратили бомбардировку и ограничились стрельбой по батареям и тылам крепости.
Работа крепостной артиллерии во время бомбардировки была крайне тяжела и неблагодарна: поражаемые огнем мощной 20-30,5-см артиллерии, батареи которой были расположены вне досягаемости для 15-см орудий крепости, батареи крепостной артиллерии не могли выполнить главное назначение — уничтожить осадную артиллерию противника. Батареям крепости пришлось ограничиться второстепенными задачами, к числу которых следует отнести:
1) уничтожение выдвигаемых противником вперед полевых батарей для атаки Сосненской позиции;
2) организацию заградительного огня перед Сосненской позицией.
Правда, иногда удавалось обнаруживать 15-см батареи противника и вступать с ними в бой, но противник в большинстве случаев не принимал боя, он прекращал стрельбу и менял свои позиции на новые, более маскированные.
К наиболее удачным действиям крепостной артиллерии следует отнести уничтожение двух 42-см гаубиц противника, расположенных вблизи железнодорожного полустанка Подлесок. Немцы слишком небрежно отнеслись к маскировке [67] этих гигантских орудий, предполагая, что они находятся вне всякой опасности от огня крепостной артиллерии. Воздушная разведка крепости обнаружила эти орудия, агентурная разведка подтвердила эти сведения, и 28 февраля батарея из двух 15-см пушек Кане, прибывших из Кронштадта и только что установленных на плацдарме, вблизи батареи № 9, несколькими залпами подбила два гигантских орудия и взорвала склад боеприпасов. Это обстоятельство произвело настолько тяжелое впечатление на немцев, что они (по непроверенным данным) убрали остальные два 42-см орудия в Граево и стрельбу из них более не возобновляли.
Особенно активную стрельбу вела броневая батарея на Скобелевой горе: она била и по 15-см батареям, и по полевым батареям противника, и по пехотным окопам перед Сосненской позицией; 2000 воронок в районе батареи показывают, с какой настойчивостью противник добивался ее уничтожить.
Хорошо работали бетонные батареи на плацдарме крепости; ни одна из них не была уничтожена, даже бетонные сооружения батарей не имели серьезных повреждений.
Правда, случаев подбития и повреждения орудий было много, но орудия заменялись новыми, и стрельба продолжалась.
В гораздо худшем положении оказались временные батареи, которые по своему фортификационному оборудованию во многом уступали бетонным. На этих батареях были плохо обеспечены и люди, и орудия, и боевой комплект, на них часто пробивались блиндажи, взрывались ниши со снарядами и возникали пожары.
Наиболее радикальным средством — уменьшения потерь на этих батареях оказалась постройка запасных батарей, куда передвигались орудия в случае интенсивного обстрела основной батареи.
Какой же вывод можно сделать из боевого опыта бомбардировки крепости в смысле сопротивляемости фортификационных сооружений современным снарядам тяжелой артиллерии?
Не вдаваясь в описание всех попаданий бомб в сооружения, остановимся лишь на том, как сопротивлялись различные типы фортификационных построек попаданию бомб.
а) Кирпичные постройки. Кирпичные своды и стены, даже весьма солидной толщины (1,5-2,1 м ), не выдерживают попаданий современных снарядов даже среднего калибра (15-21-см ); они пробиваются насквозь с образованием большого количества трещин и в большинстве случаев одним попаданием бомбы выводятся из строя.
Обсыпка 4-8 м земли не спасает кирпичных построек от бомб с замедлением, последние пронизывают указанные толщи и уничтожают постройки.
В конечном выводе необходимо признать, что кирпичные постройки ни в каком случае не должны применяться в оборонительном строительстве.
б) Бетонные постройки. Бетонные сплошные своды из бетона состава 1:2:4 и даже 1:1,5:3, толщиной 1,8-2,4 м или пробиваются снарядами больших калибров (28-30,5-см ), или дают на нижней поверхности отколы, опасные для жизни людей; своды толщиной менее 1,8 м дают отколы и при попадании 15-21-см бомб.
На черт. 17



указаны размеры воронок и отколов от попадания 21-см бомб в бетонные своды толщиной 1,5 м.
На черт. 13



указано попадание 21-см бомбы в сводчатое бетонное покрытие толщиной 2,4 м ; получилась воронка диаметром около 2,5 м и глубиною 0,5 м ; откола на нижней поверхности свода обнаружено не было.
Новые бетонные конструкции, по инструкциям 1912 г., с противооткольными средствами в виде двутавровых балок или швеллеров, оказались вполне пригодными — никаких отколов в этих конструкциях не наблюдалось.
На черт. 12 (разрез)



изображено попадание 30,5-см бомбы в плоское бетонное покрытие на двутавровых балках на батарее № 14. Бомба дала в бетоне воронку диаметром 3,7 м и глубиной 0,7 м, однако никаких повреждений внутри сооружения обнаружено не было.
Хорошее сопротивление оказали старые кирпичные своды толщиной 1,8-2,1 м, усиленные бетоном по идее слоистой конструкции.
В покрытие описанной выше казармы № 46 Центрального форта было два попадания, почти в одну точку, 30,5-см и 21-см бомб. Бомбы произвели в земляной обсыпке общую воронку размерами 5,4 X 3,9 X 1,75 м, причем на внутренней поверхности кирпичного свода никаких повреждений обнаружено не было.
Таким образом, из всех бетонных конструкций, которые были применены в Осовецкой крепости, оказались наиболее жизненными конструкции по инструкциям 1912 г., или старые кирпичные, усиленные бетоном, как это указано на черт. 10.
Однако следует заметить, что трамбованный бетон оказался неудовлетворительным как строительный материал для фортификационных сооружений, подверженных действию современных фугасных бомб большого калибра (28-42 см ).
Трамбованный бетон от удара и взрыва этих бомб расслаивается по рабочим слоям, дает весьма большое количество трещин, особенно горизонтальных, причем наблюдаются случаи отделения покрытия от стен и стен от фундамента; все это говорит о том, что в крепостном оборонительном строительстве необходимо перейти к более надежному материалу, каким является железобетон.
в) Металлические конструкции. Из всех случаев попадания бомб в металлические конструкции — броневые ставни, двери, броневые колпаки и прочее — наиболее ярким примером попадания является удар 30,5-см бомбы в броневой наблюдательный пост при убежище № 9 Центрального форта; снаряд попал в потолок поста, образовав в нем воронку лоткообразной формы размерами 20 X 32 X 15 см ; соединения «ласточкиным хвостом» разошлись, все внутреннее оборудование поста обвалилось, бетонная кладка вокруг поста расстроена, в ней много трещин. Разрушение броневого поста указывает, что его конструкция неудовлетворительна; посты необходимо делать сплошными, без рубашки и асбестовой прослойки, применяя какие-либо иные меры для смягчения удара бомб.
Броневая башня на Скобелевой горе, как было указано, подверглась сильнейшему обстрелу осадной артиллерии; вблизи башни было зарегистрировано около 2000 воронок 15-21-30,5-см бомб; в башню попало всего три снаряда — один в бетонный массив и два в броневой купол, никаких повреждений в конструкции башни не было обнаружено, на наружной поверхности было замечено несколько царапин глубиной около 1 см ; вероятно, снаряды лишь скользнули по поверхности купола.
Эти данные указывают на живучесть броневых батарей и на трудность разрушения их огнем даже сверхмощной артиллерии.
г) Искусственные препятствия. При попадании тяжелых снарядов в горизонтальную или вертикальную засеку, усиленную проволокой, препятствие разрушается примерно в 2-2,5 раза больше, чем диаметр воронки соответствующего снаряда. Проволочные сети на деревянных или металлических кольях уничтожаются лишь в пределах воронки (немного больше); в проволочных сетях шириной 10 м 15- и 20-см бомбы сквозных проходов не делают.
Переносная трехрядная решетка системы Ощевского не пробивается насквозь снарядами 15-см калибра; 30,5-см бомбы делают в решетке сквозной проход 1-1,5 м.
Двухрядная решетка на бетонном фундаменте (германского типа) не пробивается насквозь 20-см снарядами; 30,5-см бомба делает в ней трудно преодолеваемый человеком проход; 42-см бомба делает в решетке сквозной проход шириной около 4 м.
д) Земляные обсыпки. При попадании фугасных бомб в бруствера, траверсы, обсыпки и вообще в материк образуются воронки, размеры которых зависят от многих данных, а главным образом от калибра снаряда, его фугасного заряда и грунта материка. Так, германские бомбы в песчаном грунте Осовецкой крепости делали воронки следующих размеров:

Бомбы_____________________________Диаметр в м__________________________Глубина в м
15-см____________________________________2,5________________________________1,5
21-см____________________________________4,0________________________________1,8
30,5-см__________________________________6,0________________________________2,1
42-см____________________________________11,0_______________________________3,0

Было замечено, что воронки от попадания фугасных бомб, особенно больших калибров, не имеют гребней; очевидно, силой взрыва земля разбрасывается далеко в стороны и обратно около воронки не ложится.
Необходимо заметить, что бомбардировка обнаружила сильнейшее разрушительное действие удара воздушной волны от взрыва снаряда. Сила удара воздушной волны настолько велика, что с ней необходимо считаться при сооружении казематированных построек.
Так, при попадании 21-см бомбы в покрытие капонира № 5 Центрального форта ударом воздушной волны от взрыва бомбы через отдушину размерами 15X30 см была совершенно искалечена 57-мм капонирная пушка, которая находилась в каземате; ствол орудия получил заметный на-глаз изгиб, и самое орудие было отброшено к противоположной стене капонира. Были случаи, когда ударная от взрыва волна, проникая в казематы, выбивала двери и калечила людей; так, при попадании 30,5-см бомбы в убежище на «Дровяном шоссе» воздушная волна, разбив три двери, проникла в первый каземат и контузила 6 человек, сидевших на нарах.
Эти разрушения указывают, что во время бомбардировки все отверстия в казематах должны быть наглухо закрыты соответствующими броневыми ставнями, заслонками и пр.; вентиляционные отверстия должны быть оборудованы особыми крышками, закрывающимися в момент взрыва; выделка таких крышек не составит затруднений.

________________________________***______________________________

В середине марта активность в боевой работе войск блокадного германского корпуса значительно ослабела. Немцы прекратили атаки Сосненской позиции, против флангов крепости они не проявляли никакой деятельности, обстрел крепости почти прекратился, причем по размерам воронок можно было определить, что ни 42-см, ни 30,5-см артиллерии в блокадном корпусе уже нет; кроме того, по данным агентурной разведки, можно было судить, что численный состав блокадного корпуса резко сократился; под крепостью, считая и дальние резервы в Граево, осталось не более 18-20 батальонов пехоты.
В апреле и особенно в мае разведчики Сосненской позиции стали доносить о значительных фортификационных работах, которые немцы вели на своих пехотных позициях — против Сосня, Бялогронды, Осовец.
Немцы работали днем и ночью, причем замечалось ярко выраженное стремление приблизиться к окопам Сосненской позиции и опутать свои окопы огромным количеством проволочных сетей. Очевидно, немцы, с одной стороны, хотели обеспечить себя от вылазок гарнизона, а, с другой стороны, готовили плацдарм для штурма крепости.
Крепость в это время жила сравнительно спокойной жизнью: враг был пассивен, бомбардировка не возобновлялась. Бобр разлился, каналы выступили из берегов, болота наполнились водой, и крепость стала неприступна в полном смысле этого слова. Однако комендант крепости заявил, что за этим затишьем таится гроза, и приказал вести разведку на всем фронте крепости, усилить вылазки и возобновить фортификационные работы, обратив особое внимание на передовые позиции. Был составлен план оборонительных работ, в который вошли следующие главнейшие типы работ:
а) усиление передовых позиций, с упором на развитие препятствий и закрытий от артиллерийского огня;
б) усиление препятствий на всех участках крепости, особенно на Заречной позиции;
в) возведение сильных убежищ, особенно на Скобелевой горе и на промежутке между Шведским и Новым фортами;
г) исправление шоссе, устройство сообщений на фортах, исправление связи;
д) усиление временных батарей № 1, 2, 3, 16, 17 и 18.
Кроме того, было получено приказание замкнуть крепость горжевой позицией Устянок, Довнары, Гониондз; протесты крепости о ненужности этой позиции не были приняты во внимание, пришлось бросить большое число рабочих и строительных материалов на создание этой позиции (см. схему 4).
Огромный объем работ, неизвестность, в какой мере противник позволит вести работы, недостаточность перевозочных средств требовали от гарнизона крепости, который в конце марта был сокращен до 15 батальонов пехоты, особой энергии и напряжения.
За летний период, апрель — июль 1915 г., в крепости были выполнены следующие работы:
а) Усилены проволочные сети на Центральном форту, Заречной позиции и на позициях группы Нового форта. Ширину проволочных сетей доводили до 10 м, употребляя металлические или деревянные колья; первые ряды кольев, обращенные к противнику, усиляли гладкой проволокой толщиной 6-10 мм.
б) Возведены убежища, безопасные от 15-см бомб, на Скобелевой горе, на северном гласисе и в районе Лысой горы. Убежища строили на одно-два отделения пехоты, конструкция убежищ была или «венчатая», или «стойчатая»; для постройки убежищ широко применяли камень, двутавровые балки и рельсы. На черт. 19



указаны тип слоистого покрытия убежищ под Скобелевой горой и воронка от попадания 15-см бомб в одно из этих убежищ. Бомба пробила 0,75 м обсыпки и 0,60 м каменной кладки, уложенной «насухо»; повреждений внутри убежища не обнаружено; попаданий 21 и 30,5-см бомб в дерево-земляные убежища не было.
в) Исправлены главные магистрали крепостного шоссе, причем на шоссе на Заречный форт пришлось некоторые воронки перекрыть мостами, настолько они были широки и глубоки; одновременно с ремонтом шоссе выкапывали глубокие (до 0,75-0,90 м ) канавы для прокладки кабеля телефонной связи, всю воздушную проводку пришлось убрать, как негодную в условиях бомбардировки.
г) Горжевая позиция Устянок, Довнары, Войтовство, Гониондз была начата только в июле, на позиции были возведены окопы на Собачьих буграх и на участке Гониондз до линии железной дороги. В начале августа работы на позиции, по приказанию коменданта крепости, были прекращены.
Все указанные работы велись при сравнительно спокойных условиях — противник открывал огонь только в случае явной демаскировки работ или по большому скоплению грузовых автомашин либо подвод.
Совсем при других условиях приходилось работать на передовых позициях — здесь противник при малейшей оплошности рабочих открывал орудийный и пулеметный огонь и наносил работающим потери; вскоре гарнизон передовых позиций отказался от дневных работ и перешел к работе ночью.
Главное внимание при производстве оборонительных работ на участках передовой позиции Сосня, Бялогронды, Осовец, Плохово было обращено на усовершенствование окопов, на усиление проволочных сетей, на устройство ходов сообщения по фронту и в тыл и на возведение тяжелых блиндажей. Весь материал — бревна, доски, колья, проволока и прочее — заготовлялся в крепости и ночью доставлялся к месту работы. Конечно, принимая во внимание трудность сообщения между Заречной и передовыми позициями, больших улучшений сделать было нельзя, но все же передовые позиции к началу августа были оборудованы во много раз лучше, чем во время бомбардировки. Особенно сильно были оборудованы позиции Бялогронды, Осовец, Плохово, проволочные сети которых доходили до 15 м ширины.
В конце июля противник приблизился своими окопами на 150-200 м к проволочным сетям Сосненской позиции и все-таки продолжал вести какие-то земляные работы впереди своих окопов; гарнизон Сосни не понял этих работ, — только потом выяснилось, что это была подготовка к газобаллонной атаке.
Потерпев неудачу в попытке принудить крепость к сдаче бомбардировкой 30,5 и 42-см бомбами, чувствуя невозможность взять штурмом не только крепость, но даже передовые позиции Сосня, Плохово, немцы решили уничтожить гарнизон крепости ядовитыми газами и открыть путь на Белосток; средство атакующих было верное, так как гарнизон крепости, несмотря на весь свой боевой опыт, не имел никаких средств борьбы с газами.

Добавлено спустя 1 час 1 минуту:

Штурм крепости 6 августа 1915 г. с применением отравляющих газов; действия атаки и обороны, результаты действия газов

емцы начали устраивать газовые батареи в конце июля, всего было установлено 30 газовых батарей в несколько тысяч баллонов, батареи были хорошо замаскированы, к каждой группе батарей вел ход сообщения. Более 10 дней ждали немцы попутного (на крепость) ветра и, наконец, 6 августа в 4 часа пустили газ.
Германская пехота для штурма крепости была распределена следующим образом



76-й ландверный полк атакует Сосня и Центральный редут и наступает по тылам Сосненской позиции к дому лесника, что у начала железнодорожной гати;
18-й ландверный полк и 147-й резервный батальон наступают по обе стороны железной дороги, прорываются к дому лесника и атакуют совместно с 76-м полком Заречную позицию;
5-й ландверный полк и 41-й резервный батальон атакуют Бялогронды и, прорвав позицию, штурмуют Заречный форт.
Общий резерв в составе 75-го ландверного полка и двух резервных батальонов наступает вдоль железной дороги и усиливает 18-й ландверный полк при атаке Заречной позиции.
Таким образом, для атаки Сосненской и Заречной позиций были собраны следующие мощные силы и средства:
13-14 батальонов пехоты,
1 батальон сапер,
24-30 тяжелых осадных орудий,
30 батарей отравляющего газа. [78]
В ночь на 6 августа передовая позиция крепости Бялогронды — Сосня была занята такими силами (см. схему 15):
Правый фланг (позиции у Бялогронды): 1-я рота Землянского полка и две роты ополченцев.
Центр (позиции от Рудского канала до центрального редута): 9, 10 и 12-я роты того же полка и рота ополченцев.
Левый фланг (позиция у Сосня): 11-я рота того же полка.
Общий резерв (у дома лесника): одна рота ополченцев.
Таким образом, Сосненскую позицию занимали пять рот 226-го пех. Землянского полка и четыре роты ополченцев, всего девять рот пехоты.
Высылаемый каждую ночь на передовые позиции батальон пехоты ушел в 3 часа на Заречный форт для отдыха.
В 4 часа 6 августа немцы пустили газ и открыли сильнейший артиллерийский огонь по железнодорожной гати, Заречной позиции, сообщениям Заречного форта с крепостью и по батареям плацдарма, после чего по сигналу ракетами пехота противника начала наступление.
Газы нанесли огромные потери защитникам Сосненской позиции — 9, 10 и 11-я роты Землянского полка погибли целиком, от 12-й роты осталось около 40 человек при одном пулемете; от трех рот, защищавших Бялогронды, оставалось около 60 человек при двух пулеметах.
При таких условиях немцы могли быстро овладеть всей передовой позицией и броситься на штурм Заречной позиции, однако наступление противника развивалось недостаточно быстро.
На правом фланге 76-й ландверный полк попал под свои же газы, понес огромные потери и, овладев Сосня, дальше не мог продвинуться, остановленный огнем остатков 12-й роты.
На левом фланге 5-й ландверный полк не мог проделать проходы в проволочных сетях Бялогрондской позиции, атака была отбита огнем защитников позиции, и атакующие роты (две или три) были отброшены в исходное положение. Наступление 41-го резервного батальона было остановлено появлением разведчиков 225-го полка из Осовца.
Боевые действия 18-го ландверного полка были более успешны: полк прорезал в проволочных сетях десять проходов и быстро овладел окопами первой и второй линий на участке Рудский канал — полотно железной дороги; приспособив окопы около двора Леонова для стрельбы по тылам позиции, полк продолжал продвигаться по обе стороны железной дороги и скоро достиг грунтовой дороги на Бялогронды (см. схему 15). Эта дорога проходила через единственный мост на Рудском канале, и занятие моста противником отрезало Бялогрондские позиции от остальных участков Сосненской позиции.
Комендант Сосненской позиции развернул роту ополченцев, представляющую общий резерв позиции, на песчаных буграх, вправо от окопов резерва (см. схему 15), и приказал перейти в наступление; однако рота, потеряв более 50% отравленными и ранеными и деморализованная газовой атакой, задержать противника не смогла.
Создалось грозное положение: с минуты на минуту можно было ожидать, что немцы бросятся на штурм Заречной позиции — остановить их было некому.
Однако меры были приняты, комендант крепости, выяснив обстановку на Сосненской позиции, приказал начальнику 2-го отдела бросить в контратаку все, что можно, с Заречной позиции, крепостной артиллерии было приказано открыть огонь по окопам первого и второго участков Сосненской позиции и остальным войскам крепости быть готовыми к отражению штурма.
Батареи крепостной артиллерии, несмотря на большие потери в людях отравленными, открыли стрельбу, и скоро огонь девяти тяжелых и двух легких батарей замедлил наступление 18-го ландверного полка и отрезал общий резерв (75-й ландверный полк) от позиции.
Начальник 2-го отдела обороны выслал с Заречной позиции для контратаки 8, 13 и 14-ю роты 226-го Землянского полка. 13 и 8-я роты, потеряв до 50% отравленными, развернулись по обе стороны железной дороги и начали наступление; 13-я рота, встретив части 18-го ландверного полка, с криком «ура» бросилась в штыки. Эта атака «мертвецов», как передает очевидец боя, настолько поразила немцев, что они не приняли боя и бросились назад, много немцев погибло на проволочных сетях перед второй линией окопов от огня крепостной артиллерии. Сосредоточенный огонь крепостной артиллерии по окопам первой линии (двор Леонова) был настолько силен, что немцы не приняли атаки и спешно отступили.
14-я рота, соединившись с остатками 12-й роты, выбила немцев из окопов Сосня, взяв несколько человек пленными; немцы быстро отступили, бросив захваченные орудия и пулеметы.
К 11 час. Сосненская позиция была очищена от врага, крепостная артиллерия перенесла огонь на подступы к позиции, но противник атаки не повторил.
Так кончился этот штурм, на который немцы возлагали столько надежд. Велики были потери гарнизона крепости, но велико было и истощение германских полков; они не возобновили атаки, а обстановка на Сосненской позиции к 12 час. была для них крайне благоприятна — проходы в сетях были открыты, противоштурмовое вооружение на 50% уничтожено, на позиции находились три слабых утомленных роты, резервов на Заречной позиции не было.
В чем же заключается причина поражения германских войск, как могло случиться, что несколько десятков отравленных, утомленных стрелков 226-го полка обратили в бегство три полка германского ландвера?
Много было догадок по этому вопросу: говорили, что утром 6 августа немецкая пехота слишком рано пошла в наступление и понесла огромные потери от своих же газов, утверждали, что в 18-м ландверном полку началась паника, были высказаны предположения, что вообще ландверные полки, напуганные непроходимостью болот Бобра, с неохотой шли на штурм крепости, отбивая больше «шаг на месте», чем продвигаясь вперед, и пр. Может быть, здесь и есть доля правды, но действительная причина поражения германцев заключается в огромной выносливости русского солдата, его поразительной выдержке, стойкости и беззаветной храбрости.
Отражение газового штурма 6 августа 1915 г. является блестящей страницей в истории русской армии.
Газы, пущенные немцами 6 августа, имели темнозеленую окраску — это был хлор с примесью брома. Газовая волна, имевшая при выпуске около 3 км по фронту, стала быстро распространяться в стороны и, пройдя 10 км, имела уже около 8 км ширины; высота газовой волны над плацдармом была около 10-15 м.
Все живое на открытом воздухе на плацдарме крепости было отравлено насмерть, большие потери несла во время стрельбы крепостная артиллерия; не участвующие в бою люди спаслись в казармах, убежищах, жилых домах, плотно заперев двери и окна, обильно обливая их водой.
В 12 км от места выпуска газа, в деревнях Овечки, Жодзи, Малая Крамковка, было тяжело отравлено 18 человек; известны случаи отравления животных — лошадей и коров. На станции Моньки, находящейся в 18 км от места выпуска газов, случаев отравления не наблюдалось.
Газ застаивался в лесу и около водяных рвов, небольшая роща в 2 км от крепости по шоссе на Белосток оказалась непроходимой до 16 час. 6 августа.
Вся зелень в крепости и в ближайшем районе по пути движения газов была уничтожена, листья на деревьях пожелтели, свернулись и опали, трава почернела и легла на землю, лепестки цветов облетели.
Все медные предметы на плацдарме крепости — части орудий и снарядов, умывальники, баки и прочее — покрылись толстым зеленым слоем окиси хлора; предметы продовольствия, хранящиеся без герметической укупорки — мясо, масло, сало, овощи, оказались отравленными и непригодными для употребления.
Газ оказался мощным средством поражения и мог свободно конкурировать с бомбами большой мощности.
Cyanide сказал(а) спасибо.

Последний раз редактировалось Sölveig: 14.10.2014 в 17:02.
старый 20.10.2014, 23:14   #99
banned
 
Регистрация: 08.2005
Проживание: Лес
Возраст: 34
Сообщений: 5.817
Записей в дневнике: 17
Репутация: 61 | 0
По умолчанию

Эвакуация крепости 18-23 августа 1915 г.; работа сапер по разрушению крепостных сооружений

Штурм крепости 6 августа с применением отравляющих газов указал, что крепость совершенно не обеспечена от газовых атак. Не было выработано никаких инструкций, не было никаких средств для коллективной и индивидуальной защиты гарнизона; присланные противогазы оказались малопригодными, все принятые меры, как то: костры из соломы, поливание брустверов известковым раствором и прочее, были недостаточны, большая часть казарм, убежищ, капониров не только не имела искусственной вентиляции, но даже не была снабжена какими-либо приборами для выработки кислорода. Необходимо было в короткое время принять самые решительные меры к обеспечению крепости от отравляющих газов, тем более, что разведка все настойчивее и настойчивее доносила, что противник готовится повторить штурм с применением еще большего количества отравляющих газов.
Гарнизон крепости решительно взялся за работу по обеспечению крепости от ОВ, однако обстановка изменилась. Положение русских армий на Северо-Западном фронте было в начале августа крайне неблагоприятным: под давлением противника русские армии отходили из пределов Польши; 6 августа, в день штурма крепости, фронт русских армий проходил по линии Осовецкая крепость — Ломжа — Брок на Западном Буге — Любартов — Бурка; 15 августа немцы потеснили на Нареве 1-ю армию, и фронт откатился еще более на восток, проходя по линии Осовецкая крепость — Стренкова Гура — Тикоцин и далее на Кодень



Хотя Осовецкая крепость и продолжала быть опорой правого фланга русских армий, но судьба ее была уже решена, так как комендант крепости получил приказание об эвакуации крепости.
22 августа части 8-й германской армии, форсировав Бобр в районе Стренкова Гура, перерезали железную дорогу Осовец — Белосток южнее станции Кнышин



и с этого момента надобность в существовании крепости отпала, так как она не могла уже задержать наступление противника на Белосток, а дальнейшая оборона долговременно укрепленной позиции, ничем не обеспеченной с тыла, отдала бы в руки противника гарнизон крепости, ее верки, тяжелую артиллерию и все запасы артиллерийского, инженерного, интендантского и прочего имущества.
Эвакуация крепости началась 18 августа; самым трудным делом был вывоз тяжелой артиллерии и ее боеприпасов; удалось направить несколько поездов на Белосток, но уже 20 августа железнодорожное сообщение прекратилось, и орудия пришлось эвакуировать по шоссе на Гродно людской тягой. Каждое орудие, в зависимости от его веса, тянули на лямках 30-50 артиллеристов или ополченцев; это была опасная, тяжелая, медленная работа, которую пришлось выполнить ночью, так как шоссе на Гродно просматривалось аэропланами противника, замаскировать же движение орудий тяжелой артиллерии при наличии скудных маскировочных средств было совершенно невозможно. Инженерные, продовольственные и прочие грузы были вывезены на автомобилях и подводах, причем большое количество консервов было роздано в войсковые части.
Все войска гарнизона крепости собрались в местечке Суховоля, где из них был сформирован отдельный корпус, причем командиром корпуса был назначен комендант крепости. Тяжелая артиллерия была направлена в крепость [84] Гродно, крепостное инженерное управление — в Псков для руководства оборонительными работами на тыловых рубежах.
Одновременно с эвакуацией крепости происходила подготовка необходимых средств для уничтожения главнейших крепостных сооружений. Эта работа была возложена на начальника инженеров крепости, в распоряжение которого поступили две саперные роты, все крепостные инженеры и все наличное количество взрывчатых веществ крепости.
Вся территория крепости была разбита на шесть участков со следующими задачами для каждого участка:
Первый участок (Центральный форт) — подготовить к разрушению все фланкирующие ров постройки форта, казармы № 38 и 46 и все жилые строения форта.
Второй участок (Скобелева гора) — подготовить к разрушению броневую батарею и убежища на участках оборонительного гласиса.
Третий участок (Заречный форт) — подготовить к разрушению фортовые казармы, убежища для силовой станции и мосты через Бобр и Рудский канал.
Четвертый участок (плацдарм крепости) — подготовить к разрушению все бетонные батареи, убежища на северном и южном гласисах, все казармы и все жилые строения крепостного городка.
На пятом и шестом участках — подготовить к разрушению все важнейшие сооружения Шведского и Нового фортов.
Кроме того, было приказано уничтожить все постройки Довнарских казарм.
На каждом участке была устроена станция, откуда предполагалось взрывать соответствующие сооружения; сети вязались из саперного проводника, способ взрыва электрический, запалы искровые, приборами для взрывания зарядов служили машинки образца 1913 г. и индукторы, на случай отказа были заготовлены запальные шашки с бикфордовым шнуром.
Взрывчатым веществом служил пироксилин; так как запасы последнего в крепости были весьма значительны, то заряды для взрывов казематированных сооружений были огромны: 1000-1500 кг влажного пироксилина. Забивки никакой не делали, только во всех подрываемых казармах и капонирах наглухо закрывали броневые ставни и двери, усиливая последние рельсами и бревнами.
Подготовка к уничтожению жилых зданий огнем была крайне проста: в одной или двух комнатах здания заготовляли горючий материал — солому, сухие дрова, мебель и прочее, обливая весь материал керосином или бензином.
23 августа в крепости находились только крепостные инженеры, две роты сапер и смена артиллеристов при четырех 15-см пушках. Эти орудия весь день вели интенсивную стрельбу, чтобы ввести в заблуждение противника и замаскировать отсутствие гарнизона. В 19 час. саперы подожгли все назначенные к уничтожению здания, а с 20 час. начались взрывы в указанное для каждого участка время.
Немцы открыли по крепости сильный артиллерийский огонь, но было уже поздно — одно за другим взлетали на воздух фортификационные сооружения и обращались в груды развалин.



На черт. 20 показан фотографический снимок казармы № 46 Центрального форта после разрушения ее взрывом 1200 кг пироксилина.
Одновременно со взрывами фортификационных сооружений были подорваны оставшиеся в крепости четыре тяжелых орудия, после чего артиллеристы и саперы отошли через Войтовство на Суховолю и присоединились к своим частям. Осовецкая крепость перестала существовать; противник занял ее развалины только 25 августа.
Cyanide сказал(а) спасибо.
старый 21.10.2014, 16:28   #100
banned
 
Регистрация: 08.2005
Проживание: Лес
Возраст: 34
Сообщений: 5.817
Записей в дневнике: 17
Репутация: 61 | 0
По умолчанию

Причины упорной и длительной обороны крепости

совецкая крепость в отличие от других русских крепостей — Новогеоргиевска, Ковны, Гродны — выполнила свое назначение — она запретила на 6 месяцев доступ противнику к Белостоку, выдержала бомбардировку снарядами мощной осадной артиллерии, отразила все мелкие атаки и отбила штурм с применением отравляющих газов.
Приводимая таблица дает представление, как огромная первоклассная крепость Новогеоргиевск, обложенная 45 батальонами ландвера, сдалась после 10 дней сопротивления, в то время как маленькая «игрушечная» Осовецкая крепость, атакованная почти такими же силами, сопротивлялась 190 дней и была оставлена гарнизоном только по приказанию высшего командования.



Причины такой упорной обороны Осовецкой крепости следующие:
1. Крепость имела боеспособный гарнизон. Осовецкая крепость не была круговой позицией, приспособленной к изолированной борьбе; это была долговременно укрепленная полоса с сильным фронтом, хорошо обеспеченными флангами и открытым тылом, связанным железной дорогой, шоссе и сетью грунтовых дорог с тылом фронта (Белостокским железнодорожным узлом).
Свободный тыл позволил в нужный момент усилить гарнизон крепости первоочередными боевыми полками, которые вместе с обстрелянными в боях под Иоганисбургом и Граево полками 57-й пех. дивизии представляли реальную силу, способную противостоять частям блокадного германского корпуса с его мощной осадной артиллерией.
Если сравнить оборону передовых позиций Новогеоргиевска и Осовецкой крепости, то боеспособность пехоты Осовца будет ярко подчеркнута.
Сравнительно сильные передовые позиции Новогеоргиевска, обстрелянные в течение нескольких часов тяжелой артиллерией, бесславно пали, ибо защитники их разбежались; пехота Осовецкой крепости держала в своих руках передовые позиции в течение 6 месяцев, отбив все попытки противника овладеть ими.
Личный состав крепостной артиллерии Осовца знал свое дело вполне удовлетворительно; комиссия, проверявшая пробную мобилизацию крепости в 1912 г., подчеркивает, что среди «безотрадной картины материальной части крепостной артиллерии» отрадным фактом является хорошая подготовка в специальном отношении артиллеристов крепости.
Касаясь морального состояния гарнизона крепости, необходимо упомянуть, что подавленное настроение наблюдалось только в ополченских частях при выполнении боевых заданий. Нельзя не упомянуть о том озлоблении, которое постепенно накоплялось у частей гарнизона против врага: в письмах, перебрасываемых немцами на Сосненскую позицию, говорилось, что русским пора прекратить сопротивление, так как они не могут бороться против германцев, и что скоро они будут под властью германского кайзера.
Особое впечатление произвело на гарнизон крепости отравление крестьян ближайших к крепости деревень во время газового штурма и издевательства немцев над трупами отравленных стрелков в окопах Сосня: «Медведь — страшный зверь, и тот не трогает мертвецов, а эти хуже зверей, погоди, дай дорваться», — говорили стрелки 226-го Землянского полка.
Крепость имела работоспособный штаб, опытных начальников артиллерии и инженеров; во главе крепости стоял решительный, энергичный комендант, моральные качества которого были противоположны качествам комендантов Новогеоргиевска и Ковны, из которых первый приказал очистить всю первую линию обороны после падения двух фортов (из 33), а через несколько дней сдал крепость, подарив немцам 80 000 пленных, 1200 орудий и на несколько десятков миллионов рублей различного имущества, а второй в самый разгар боев под крепостью «выбыл из крепости» со своим штабом, оставив гарнизон без руководства.
2. Крепость имела материально обеспеченную базу. Свободный тыл позволил снабжать крепость необходимыми средствами для упорной обороны. Почти каждую ночь, даже во время бомбардировки, в крепость прибывали поезда и автомобильные транспорты, доставляя орудия, боеприпасы, продовольствие и даже строительный материал. Крепость не чувствовала недостатка в противоштурмовой артиллерии, пулеметах, винтовках и боеприпасах, как это было в изолированном Новогеоргиевске, где около половины гарнизона совсем не имела винтовок, а остальные на одну треть были вооружены винтовками Бердана с 300 патронами на винтовку.
Французский автор Гранкур, описывая состояние вооружения пехоты Новогеоргиевска, восклицает: «Не было даже винтовок Бердана, а в мирное время Сухомлинов приказал уничтожить 600 000 берданок и около миллиарда патронов к ним под предлогом, что их негде хранить».
Крепость Осовец была снабжена продовольствием и предметами первой необходимости; гарнизон крепости не голодал и не истощался, как это было в изолированном Перемышле, где войска длительный период питались кониной и суррогатами и в конце концов принуждены были после неудачного прорыва русских позиций 18 марта 1915 г. сдаться осаждающим.
Гарнизон крепости был обеспечен и предметами санитарного снабжения — перевязочными материалами, медикаментами и прочим — и мог пользоваться санитарными поездами, которые доставляли раненых, больных и отравленных в тыловые госпитали.
3. Крепость имела необходимое количество казематированных, сооружений, обеспеченных, от 30,5-см бомб. Кредиты, отпущенные в 1912-1914 гг. на устранение тех дефектов в фортификационном оборудовании крепости, которые были замечены во время пробной мобилизации крепости в 1912 г., позволили обратить внимание на усиление конструкций фортификационных сооружений и обеспечить последние от огня 30,5-см осадной артиллерии. Не перечисляя всех произведенных работ, о которых упоминалось, можно указать, что крепостное строительство пошло не только по пути устройства новых мощных железобетонных сооружений, но и по пути усиления бетоном старых солидных кирпичных казарм, что дало хорошие результаты, и форты крепости имели к началу бомбардировки достаточное количество казарм и убежищ, безопасных от 21-30,5-см бомб.
Старые кирпичные казармы, усиленные бетоном по идее «слоистой конструкции», оказались сильнее убежищ крепостей Льежа и Намюра, где сводчатые покрытия были набиты из сплошного бетона, который 30,5-см и 42-см бомбами или пробивался насквозь, или давал отколы, опасные для жизни людей.
4. Большое значение для успешной обороны крепости имели те значительные ошибки, которые были допущены противником во время осады.
Первая ошибка заключалась в том, что немцы не решились на штурм крепости 22-24 февраля, когда мороз сковал Бобр, его болота и водяные рвы крепости, а гарнизон был переутомлен боями на передовых позициях и не освоил еще своих долговременных позиций.
Второй ошибкой было крайне поспешное снятие с позиции 42-см орудий; причины этого распоряжения совершенно непонятны, тем более что дальность стрельбы 42-см орудий превосходила дальность огня крепостных 15-см пушек Кане.
Наконец, третья ошибка заключалась в том, что немцы, даже в разгар бомбардировки крепости, 25 февраля — 3 марта, не стреляли по ночам; это обстоятельство позволило гарнизону исправлять ночью все дневные повреждения; только на одном Центральном форту за 8 ночей обернулось на работах около 1500 человек. Ночная передышка позволяла, как об этом говорилось, подвозить в крепость все необходимые средства борьбы.

Хмельков, С. А.
"Борьба за Осовец"

Источники:
1. Барсуков, Подготовка России к Мировой войне в артиллерийском отношении, М., 1926.
2. Свешников и Буняковский, Оборона крепости Осовец, М., 1917.
3. Сведения о крепости Осовец по данным Военно-инженерного архива при Военно-инженерной академии.

Последний раз редактировалось Sölveig: 21.10.2014 в 17:26.
Sponsored Links
Для отправления сообщений необходима Регистрация

опции темы

Похожие темы для: Первая мировая война
Тема Автор Разделы & Форумы Ответов Последнее сообщение
I Мировая война Хм Всемирная история, политика 16 01.03.2015 22:51
чем тебе интересна вторая мировая война Funeral Всемирная история, политика 12 07.02.2004 09:59


На правах рекламы:
реклама

Часовой пояс в формате GMT +3. Сейчас: 14:28


valhalla.ulver.com RSS2 sitemap
При перепечатке материалов активная ссылка на ulver.com обязательна.
vBulletin® Copyright ©2000 - 2019, Jelsoft Enterprises Ltd.