[Leopold]

Р.Киплинг "Эпитафии"
(пер Симонова)

Командиру морского конвоя
Нет хуже работы - пасти дураков.
Бессмысленно храбрых - тем более.
Но я их довел до родных берегов
Своею посмертною волею.

Эпитафия канадцам
Все отдав, я не встану из праха,
Мне не надо ни слов, ни похвал.
Я не жил, умирая от страха,
Я, убив в себе страх, воевал.

Бывшему клерку
Не плачьте! Армия дала
Свободу робкому рабу.
За шиворот приволокла
Из канцелярии в судьбу,
Где он, узнав, что значит сметь,
Набрался храбрости - любить
И, полюбив, - пошел на смерть,
И умер. К счастью, может быть.

Новичку
Они быстро на мне поставили крест -
В первый день, первой пулей в лоб.
Дети любят в театре вскакивать с мест -
Я забыл, что это - окоп.

Новобранцу
Быстро, грубо и умело за короткий путь земной
И мой дух, и мое тело вымуштровала война.
Интересно, что способен сделать Бог со мной
Сверх того, что уже сделал старшина?

Трусу
Я не посмел на смерть взглянуть
В атаке среди бела дня,
И люди, завязав глаза,
К ней ночью отвели меня.

Ординарцу
Я знал, что мне он подчинен и, чтоб спасти меня, - умрет.
Он умер, так и не узнав, что надо б все наоборот!

[Pavlinka]

Lawrence Ferlinghetti
The World Is a Beautiful Place

The world is a beautiful place
to be born into
if you don't mind happiness
not always being
so very much fun
if you don't mind a touch of hell
now and then
just when everything is fine
because even in heaven
they don't sing
all the time

The world is a beautiful place
to be born into
if you don't mind some people dying
all the time
or maybe only starving
some of the time
which isn't half bad
if it isn't you
***

Oh the world is a beautiful place
to be born into
if you don't much mind
a few dead minds
in the higher places
or a bomb or two
now and then
in your upturned faces
or such other improprieties
as our Name Brand society
is prey to
with its men of distinction
and its men of extinction
and its priests
and other patrolmen

and its various segregations
and congressional investigations
and other constipations
that our fool flesh
is heir to

Yes the world is the best place of all
for a lot of such things as
making the fun scene
and making the love scene
and making the sad scene
and singing low songs
and having inspirations
and walking around
looking at everything
and smelling flowers
and goosing statues
and even thinking
and kissing people and
making babies and wearing pants
and waving hats and
dancing
and going swimming in rivers
on picnics
in the middle of the summer
and just generally
'living it up'
Yes
but then right in the middle of it
comes the smiling

mortician

------------------------------------------------------------------------------------------------
Арсений Тарковский
Жизнь, жизнь...

1

Предчувствиям не верю, и примет
Я не боюсь. Ни клеветы, ни яда
Я не бегу. На свете смерти нет:
Бессмертны все. Бессмертно все. Не надо
Бояться смерти ни в семнадцать лет,
Ни в семдесят. Есть только явь и свет,
Ни тьмы, ни смерти нет на этом свете.
Мы все уже на берегу морском,
И я из тех, кто выбирает сети,
Когда идет бессмертье косяком.

2

Живите в доме - и не рухнет дом.
Я вызову любое из столетий,
Войду в него и дом построю в нем.
Вот почему со мною ваши дети
И жены ваши за одним столом, -
А стол один и прадеду и внуку:
Грядущее свершается сейчас,
И если я приподымаю руку,
Все пять лучей останутся у вас.
Я каждый день минувшего, как крепью,
Ключицами своими подпирал,
Измерил время землемерной цепью
И сквозь него прошел, как сквозь Урал.

3

Я век себе по росту подбирал.
Мы шли на юг, держали пыль над степью;
Бурьян чадил; кузнечик баловал,
Подковы трогал усом, и пророчил,
И гибелью грозил мне, как монах.
Судьбу свою к седлу я приторочил;
Я и сейчас в грядущих временах,
Как мальчик, привстаю на стременах.

Мне моего бессмертия довольно,
Чтоб кровь моя из века в век текла.
За верный угол ровного тепла
Я жизнью заплатил бы своевольно,
Когда б ее летучая игла
Меня, как нить, по свету не вела.

[FEJF]

Спасибо!!! Тарковский у меня есть, давно пора перечитать!

[Pavlinka]

Да и вам, FEJF, за Левитанского спасибо! Это два моих любимых русских поэта, из более поздних, так скажем...

[Leopold]

Константин Симонов

ПОРУЧИК

Уж сотый день врезаются гранаты
В Малахов окровавленный курган,
И рыжие британские солдаты
Идут на штурм под хриплый барабан.

А крепость Петропавловск-на-Камчатке
Погружена в привычный мирный сон.
Хромой поручик, натянув перчатки,
С утра обходит местный гарнизон.

Седой солдат, откозыряв неловко,
Трет рукавом ленивые глаза,
И возле пушек бродит на веревке
Худая гарнизонная коза.

Ни писем, ни вестей. Как ни проси их,
Они забыли там, за семь морей,
Что здесь, на самом кончике России,
Живет поручик с ротой егерей...

Поручик, долго щурясь против света,
Смотрел на юг, на море, где вдали -
Неужто нынче будет эстафета?-
Маячили в тумане корабли.

Он взял трубу. По зыби, то зеленой,
То белой от волнения, сюда,
Построившись кильватерной колонной,
Шли к берегу британские суда.

Зачем пришли они из Альбиона?
Что нужно им? Донесся дальний гром,
И волны у подножья бастиона
Вскипели, обожженные ядром.

Полдня они палили наудачу,
Грозя весь город обратить в костер.
Держа в кармане требованье сдачи,
На бастион взошел парламентер.

Поручик, в хромоте своей увидя
Опасность для достоинства страны,
Надменно принимал британца, сидя
На лавочке у крепостной стены.

Что защищать? Заржавленные пушки,
Две улицы то в лужах, то в пыли,
Косые гарнизонные избушки,
Клочок не нужной никому земли?

Но все-таки ведь что-то есть такое,
Что жаль отдать британцу с корабля?
Он горсточку земли растер рукою:
Забытая, а все-таки земля.

Дырявые, обветренные флаги
Над крышами шумят среди ветвей...
"Нет, я не подпишу твоей бумаги,
Так и скажи Виктории своей!"
. . . . . . . . . . . . . . . . . . . .
Уже давно британцев оттеснили,
На крышах залатали все листы,
Уже давно всех мертвых схоронили,
Поставили сосновые кресты,

Когда санкт-петербургские курьеры
Вдруг привезли, на год застряв в пути,
Приказ принять решительные меры
И гарнизон к присяге привести.

Для боевого действия к отряду
Был прислан в крепость новый капитан,
А старому поручику в награду
Был полный отпуск с пенсиею дан!

Он все ходил по крепости, бедняга,
Все медлил лезть на сходни корабля.
Холодная казенная бумага,
Нелепая любимая земля...

[Leopold]

Монолог учёного кота

Что суп с котом? - Конец мгновенный…
Куда трагичней мой удел!
Да пусть ваш Пушкин трижды гений -
Но он устроил беспредел!

Скажите, есть ли что ужасней,
Чем, убедив себя: "Терпи!" -
То с глупой песенкой, то с басней
Бродить вкруг дуба на цепи?!

Да лучше б я напился яду!
Ну, год, ну, два… Ну, десять лет...
Но - полтора столетья кряду
Без перерыва на обед?!..

А мне бы - жить… Пускай - собаки,
Пусть - блохи, полчища клещей…
Я был бы рад погибнуть в драке!..
Но я бессмертен, как Кащей.

Изгрызла моль кошачью шубу,
Клыков разящих и когтей
Уж нет... Но я прикован к дубу,
Как будто к скалам Прометей…

О дайте, дайте мне свободу!!!
Я ненавижу этот дуб!!!
Хочу на крышу! На природу!
А если нет… Уж лучше в суп!

(с) Любовь Сирота

[Sólsetur]

Это тоже прекрасные стихи!

*Закат*

Я вижу, как закат стёкла оконные плавит,
День прожит, а ночь оставит тени снов в углах.
Мне не вернуть назад серую птицу печали,
Всё в прошлом, так быстро тают замки в облаках.
Там все живы, кто любил меня,
Где восход - как праздник бесконечной жизни,
Там нет счёта рекам и морям,
Но по ним нельзя доплыть домой.
Вновь примирит всё тьма, даже алмазы и пепел,
Друг равен врагу в итоге, а итог один...
Два солнца у меня на этом и прошлом свете,
Их вместе собой укроет горько сладкий дым.
Там все живы, кто любил меня,
Где восход - как праздник бесконечной жизни,
Там нет счёта рекам и морям,
Но по ним нельзя доплыть домой.
Возьми меня с собой, пурпурная река,
Прочь унеси меня с собой, закат.
Тоска о том, что было, рвётся через край,
Под крики серых птичьих стай.
Я вижу, как закат стёкла оконные плавит,
День прожит, а ночь оставит тени снов в углах.

YouTube- Ария - Закат/ Aria - Zakat

Автор текста - М.Пушкина
------------------------------

*Встань, страх преодолей*

Кто сказал, что страсть опасна, доброта смешна,
Что в наш век отвага не нужна?
Как и встарь от ветра часто рушится стена.
Крепче будь и буря не страшна.
Кто сказал один не воин, не величина,
Кто сказал другие времена?
Мир жесток и неспокоен, за волной волна
Не робей и не собьет она
Встань, страх преодолей,
Встань, в полный рост,
Встань, на земле своей
И достань рукой до звезд
Кто сказал живи покорно не ищи руна,
Не летай и не ныряй до дна?
Сталь легка, судьба проворна; грош тому цена
Кто устал и дремлет у окна
Встань, страх преодолей,
Встань, в полный рост,
Встань, на земле своей
И достань рукой до звезд
Кто сказал борьба напрасна, зло сильней добра?
Кто сказал спасайся, вот нора?
Путь тяжел, но цель прекрасна, как огонь костра
Человек, настал твой час, пора!
Встань, страх преодолей,
Встань, в полный рост,
Встань, на земле своей
И достань рукой до звезд
До звезд
До звезд

Автор текста - Елин

[Alland]

Юлиан

"Где весна молодая гуляла
В окружении юных наяд –
Там внимал я речам Юлиана,
Облачённого в белый наряд.

Был спокоен философ и весел,
Как альпийский полуденный снег.
Ты отныне на дембеле, Кесарь,
Ты оставил державный доспех.

Мы с тобою как дети смеёмся
Над хамьём и нелепым копьём,
И античное зрелое солнце
Мы из кубков рубиновых пьём.

Все прошло – кутерьма, христиане…
Там, в дубраве – белеющий храм.
Только изредка болью потянет
Под хламидой сочащийся шрам.

Но, задетый минутною тенью,
Ты бессмертьем омоешь лицо,
Облаков созерцая теченье
И лазоревых далей кольцо.

Я запомню твой бронзовый профиль,
Устремленный в сияющий миф,
Одеянье с отметиной крови,
Захватившее ветра порыв…

Не забыть, как по солнечным склонам
Ты ушел, белоснежен и смел,
В ту дубраву, где храм Аполлона
В изумрудных просветах белел…"(с)


(Стихи Алексея Широпаева)

[FEJF]

Елена Ширман

Я думать о тебе люблю

Я думать о тебе люблю,
Когда роса на листьях рдеет,
Закат сквозь сосны холодеет
И невесомый, как идея,
Туман над речкою седеет.
Я думать о тебе люблю,
Когда пьяней, чем запах винный,
То вдруг отрывистый, то длинный,
И сладострастный, и невинный,
Раздастся посвист соловьиный.
Я думать о тебе люблю.
Ручей, ропща, во мрак струится.
И мост. И ночь. И голос птицы.
И я иду. И путь мой мнится
Письмом на двадцати страницах.
Я думать о тебе люблю.

[Nattsol]

Люблю стихи Эмили Дикинсон...

Успех для тех заманчив,
Кто не пресыщен им.
Нектар скорей оценит тот,
Кто Жаждою томим.

В пурпурном Войске, у врага
Сумевшем Флаг отнять,
Никто Победы цену
Не может лучше знать,

Чем тот поверженный солдат,
Что был в бою сражен
И слышал звук победных труб,
Впадая в смертный сон.

***

Герой в бою стяжает славу --
Но знаю я -- отважней тот,
Кто с целым полчищем Страданий
Борьбу в душе своей ведет.

Он победил -- вокруг молчанье,
Он гибнет -- рядом никого --
Сочувствием не избалован
Взор угасающий его.

Мне верится -- к подобным людям -
В последний путь их провожать --
Снисходит снежными рядами
Святая Ангельская рать.

[Krum-Bum-Bes]

Я тоже хочу что-нибудь прочитать! На мой взгляд, лучшее из созданного поэтами - Пьяный Корабль А. Рембо! Покоробить может лишь перевод (мне вообще не нравится, как перевели Рембо, Верлена, Бодлера, хотя переводов много, мне не нравится, в принципе, ни один). Но французского я не знаю и другого выхода нет, кроме как читать переводы. Кстати, многие филологи Рембо недолюбливают, считают, что его, дескать, перехвалили. Ну да и хрен с ними, пускай считают! Стихотворение большое, но оно того стоит! Итак...

ПЬЯНЫЙ КОРАБЛЬ

Я плыл вдоль скучных рек, забывши о штурвале:
Хозяева мои попали в плен гурьбой –
Раздев их и распяв, индейцы ликовали,
Занявшись яростной, прицельною стрельбой.

Да что матросы, – мне без проку и без толку
Фламандское зерно, английский коленкор.
Едва на отмели закончили поколку,
Я был теченьями отпущен на простор.

Бездумный, как дитя, – в ревущую моряну
Я прошлою зимой рванул – и был таков:
Так полуострова дрейфуют к океану
От торжествующих земных кавардаков.

О, были неспроста шторма со мной любезны!
Как пробка лёгкая, плясал я десять дней
Над гекатомбою беснующейся бездны,
Забыв о глупости береговых огней.

Как сорванный дичок ребенку в детстве, сладок
Волны зелёный вал – скорлупке корабля, –
С меня блевоту смой и синих вин осадок,
Без якоря оставь меня и без руля!

И стал купаться я в светящемся настое,
В поэзии волны, – я жрал, упрям и груб,
Зелёную лазурь, где, как бревно сплавное,
Задумчиво плывёт скитающийся труп.

Где, синеву бурлить внезапно приневоля,
В бреду и ритме дня сменяются цвета –
Мощнее ваших арф, всесильней алкоголя
Бродилища любви рыжеет горькота.

Я ведал небеса в разрывах грозных пятен,
Тайфун, и водоверть, и молнии разбег,
Зарю, взметённую, как стаи с голубятен,
И то, что никому не явлено вовек.

На солнца алый диск, грузнеющий, но пылкий,
Текла лиловая, мистическая ржа,
И вечные валы топорщили закрылки,
Как мимы древние, от ужаса дрожа.

В снегах и зелени ночных видений сложных
Я вымечтал глаза, лобзавшие волну,
Круговращение субстанций невозможных,
Поющих фосфоров то синь, то желтизну.

Я много дней следил – и море мне открыло,
Как волн безумный хлев на скалы щерит пасть, –
Мне не сказал никто, что Океаньи рыла
К Марииным стопам должны покорно пасть.

Я, видите ли, мчал к незнаемым Флоридам,
Где рысь, как человек, ярит среди цветов
Зрачки, – где радуги летят, подобны видом
Натянутым вожжам для водяных гуртов.

В болотных зарослях, меж тростниковых вершей,
Я видел, как в тиши погоды штилевой
Всей тушею гниёт Левиафан умерший,
А дали рушатся в чудовищный сувой.

И льды, и жемчуг волн; закат, подобный крови;
Затоны мерзкие, где берега круты
И где констрикторы, обглоданы клоповьей
Ордой, летят с дерев, смердя до черноты.

Я последить бы дал детишкам за макрелью
И рыбкой золотой, поющей в глубине;
Цветущая волна была мне колыбелью,
А невозможный ветр сулил воскрылья мне.

С болтанкой бортовой сливались отголоски
Морей, от тропиков простёртых к полюсам;
Цветок, взойдя из волн, ко мне тянул присоски,
И на колени я по-женски падал сам...

Почти что остров, я изгажен был поклажей
Базара птичьего, делящего жратву, –
И раком проползал среди подгнивших тяжей
Утопленник во мне поспать, пока плыву.

И вот – я пьян водой, я, отданный просторам,
Где даже птиц лишён зияющий эфир, –
Каркас разбитый мой без пользы мониторам,
И не возьмут меня ганзейцы на буксир.

Я, вздымленный в туман, в лиловые завесы,
Пробивший небосвод краснокирпичный, чьи
Парнасские для всех видны деликатесы –
Сопля голубизны и солнца лишаи;

Доска безумная, – светясь, как, скат глубинный,
Эскорт морских коньков влекущий за собой,
Я мчал, – пока Июль тяжёлою дубиной
Воронки прошибал во сфере голубой.

За тридцать миль морских я слышал рёв Мальстрима,
И гонный Бегемот ничтожил тишину, –
Я, ткальщик синевы, безбрежной, недвижимой,
Скорблю, когда причал Европы вспомяну!

Меж звёздных островов блуждал я, дикий странник.
В безумии Небес тропу определив, –
Не в этой ли ночи ты спишь, самоизгнанник,
Средь златопёрых птиц, Грядущих Сил прилив?

Но – я исплакался! Невыносимы зори,
Мне солнце шлет тоску, луна сулит беду;
Острейшая любовь нещадно множит горе.
Ломайся, ветхий киль, – и я ко дну пойду.

Европу вижу я лишь лужей захолустной,
Где отражаются под вечер облака
И над которою стоит ребёнок грустный,
Пуская лодочку, что хрупче мотылька.

Нет силы у меня, в морях вкусив азарта,
Скитаться и купцам собой являть укор, –
И больше не могу смотреть на спесь штандарта,
И не хочу встречать понтона жуткий взор!

Перевод с французского Е.Витковского

[Nattsol]

Стихотворение прочла в журнале Мир Фантастики много лет назад, автора ,к сожалению, не помню...



Свежим утром пели птицы.
С чистым сердцем, налегке,
Шел на битву славный рыцарь,
Светлый меч пылал в руке.
На плечах белел, сверкая,
Плащ безбрежной правоты,
Гимн играли птичьи стаи,
С громом рушились мосты.
Прочь отброшены сомненья,
Твердо вызубрен урок:
Обрекается сожженью
Все, чего понять не мог.
Нет прощенья, нет пощады,
Этот мир -- сплошная боль ...
Он не требовал награды,
Он возмездье нес с собой.
Оставляя под ногами
Груды корчившихся тел,
О победе над врагами
Храбрый рыцарь звонко пел.
Окровавленно и гордо
Стыла сталь в багряной мгле -
Рыцарь без "мизерикорда"
Шел по стонущей земле.
Закрывали люди лица,
Отводили люди взгляд:
То ли рыцарь, то ль убийца
Шел прямой дорогой в ад...

[Ken]

Nattsol

Стихотворение прочла в журнале Мир Фантастики много лет назад, автора ,к сожалению, не помню...

Екатерина Ливанова

Свежим утром пели птицы.
С чистым сердцем, налегке,
Шел на битву славный рыцарь,
Светлый меч пылал в руке.

На плечах белел, сверкая,
Плащ безбрежной правоты,
Гимн играли птичьи стаи,
С громом рушились мосты.
...
Оставляя под ногами
Груды корчившихся тел,
О победе над врагами
Храбрый рыцарь звонко пел.

Окровавленно и гордо
Стыла сталь в багряной мгле -
Рыцарь без "мизерикорда"
Шел по стонущей земле. ...

...женская поэзия..
_______________________
on the air: The Grand Astoria -- 1. Enjoy The View [II; 2010]

[Nattsol]

Ken

...женская поэзия..

...мужской шовинизм?!?.....

Люди искусства имеют пол, но само искусство пола не имеет. //О.Уальд//

[Krum-Bum-Bes]

Nattsol

Люди искусства имеют пол, но само искусство пола не имеет. //О.Уальд//

Ст. 121 УК РФСФР (утратил, правда, силу)!
И Рембо, правда, тоже туда же! И Бодлера с Верленом! Тьфу ты, чорт!

Nattsol

...мужской шовинизм?!?.....

Не сердитесь, я же изгаляюсь! /подражание доброму смеху Ондермана...

[Ирем]

Буду облаком плыть над тобой
Буду облаком плыть над тобой
И звездою сиять в ночи,
Под ногами стелиться травой
И дождинкой капать в ручьи.

Алой искоркой из костра
Прилечу на твою ладонь
И прохладной росой по утрам
Прогоню безмятежный сон.

В паутину дорог завлеку,
Зазеркальем воды заманю...
Ты прильнешь к моему роднику,
Окунешься в мою глубину…

Напущу я тумана волну -
Захлебнешься в его тишине...
Я открою такую страну,
О какой не мечтал ты во сне! –

Там бриллиантом сверкает роса
В мелкой дрожи лесного цветка,
Там бездонных небес бирюза
Отражает в реке облака.

Осыпать буду звездным дождем,
Опьяню ароматом травы,
Проведу тебя Млечным Путем
По бескрайним просторам Любви.

Вознесенный мной на престол,
Коронованный блеском луны,
Объявляю всем: Ты - Король
Заповедной моей страны!

[Skirnir]

Мы так жадно мечтали! Из городов, задыхающихся от людей,
Нас, изжаждавшихся, звал горизонт, обещая сотни путей.
Мы видели их, мы слышали их, пути на краю земли,
И вела нас Сила превыше земных, и иначе мы не могли.
Как олень убегает от стада прочь, не разбирая пути,
Уходили мы, веря, как дети, в то, что сумеем дойти.
Убывала еда, убегала вода, но жизнь убивала быстрей,
Мы ложились, и нас баюкала смерть, как баюкает ночь детей.
Здесь мы лежим: в барханах, в степях, в болотах среди гнилья,
Чтоб дорогу нашли по костям сыновья, как по вехам, шли сыновья!
По костям, как по вехам! Поля Земли удобрили мы для вас,
И взойдет посев, и настанет час - и настанет цветенья час!
По костям! Мы заждались у наших могил, у потерянных нами дорог
Властной поступи ваших хозяйских ног, грома тысяч сыновьих сапог.
По костям, как по вехам! Засеяли мир мы костями из края в край -
Так кому же еще, как не вам, сыновья, смертоносный снять урожай?

Р. Киплинг.

[Ирем]

Я сегодня прольюсь дождем,
Чтоб в автобус ты сесть не смог,
И пошел бы домой пешком,
Весь насквозь до нитки промок.

Буду рядом с тобой идти,
Что-то на ухо тихо шептать,
И бессовестно по пути
На глазах у всех обнимать.

Не заметит никто ничего,
Да и ты вряд ли что-то поймешь…
Просто я, чтоб побыть с тобой,
Превратилась сегодня в дождь...

[Krum-Bum-Bes]

Ирем, мне второе больше понравилось. Это красиво, хотя и не ново.

[Ирем]

Порой бывает, незнакомый человек,
Живущий «по ту сторону планеты»,
Вдруг остановит твой безумный бег
Простым вопросом: Солнышко, ну где ты?

И сразу, в миг становится теплей
От слов простых, пронизанных участьем,
И в череде уныло-серых дней
Мелькнет луч солнца, разогнав ненастье.

И тише боль. И легче на душе,
И хочется дарить тепло другому,
Живущему в реальном мираже,
Так далеко, но близкому такому…

И чувствуешь уверенность свою,
И веришь в то, что нужен ты кому-то,
А ведь стоял почти что на краю
Отчаянья. Спасла тепла минута.

Давайте не скупиться на тепло:
Нам всем важны минуты пониманья,
Пусть другу станет на душе светло
От нашего участья и вниманья.

Остановить хочу безумный бег,
Слова мои улыбкою согреты ,
Родной мой, незнакомый человек,
Грустить не надо... Солнышко... Ну где ты...