Записей в дневнике

Хорошо, когда кто-то говорит так, как чувствуешь ты сам. Хорошо, что есть поэзия...

___
Жить здесь. Нырять со скал на открытом ветре.
В гроты сбегать и пережидать грозу.
В плотный туман с седой головы Ай-Петри
Кутать худые плечи – как в органзу.
Долго смотреть, пока не начнет смеркаться,
Как облака и камни играют в го.
А мужчины нужны для того, чтобы утыкаться
Им в ключичную ямку – больше ни для чего.
___
Братья силятся в опечатках
Разглядеть имена зазноб –
Я влюбляюсь без отпечатков
Пальцев. Правда, с контрольным в лоб.
Сестры спрашивают о личном
Светским шепотом Их сиятельств –
Я влюбляюсь всегда с поличным.
Без смягчающих обстоятельств.
Фразы верхом, а взгляды низом.
Трусость клопиков-кровопийц.
Я влюбляюсь всегда с цинизмом
Многократных самоубийц.
___
Что-то клинит в одной из схем.
Происходит программный сбой.
И не хочется жить ни с кем,
И в особенности с собой.
Просто срезать у пяток тень.
Притяжение превозмочь.
После - будет все время день.
Или лучше все время ночь.
___
Уж лучше думать, что ты злодей,
Чем знать, что ты заурядней пня.
Я перестала любить людей, -
И люди стали любить меня.
Вот странно – в драной ходи джинсе
И рявкай в трубку, как на котят –
И о тебе сразу вспомнят все,
И тут же все тебя захотят.
Ты независим и горд, как слон –
Пройдет по телу приятный зуд.
Гиены верят, что ты силен –
А после горло перегрызут.
___

[ame="http://www.youtube.com/watch?v=1GVlDslpLBA"]http://www.youtube.com/watch?v=1GVlDslpLBA[/ame]

...
Затаскиваем выданное „добро" в камеру.
Вроде не плохо.
Два зарешоченных окна выходят на центральную улицу, в неталеке светофор.
Многим повезло много меньше, их окна выходят в тюремный двор.
И они просят посмотреть в наше окно.
Но это я отвлекся.
И так камера.
Дверь запирается только с наружи.
Глазок, почему то заделан наглухо куском железа.
Комната, наверное, 3 на 3 метра, огромной высоты потолок.
Двухэтажная железная кровать.
Два стула.
Два стола.
На одном телевизор (21 канал на восьми языках), другой для еды.
Большенство каналов на немецком.
Множество глупейших передач.
Электрочайник, рядом с телевизоров.
В углу, за деревянной не высокой ширмой, туалет.
На стене висят две полки.
Вся кровать исписанна проклятиями в адрес немцев.
И датами с какого по какое число, кто сидел.
На полке стоят новые зубные щетки, зубная паста, шампунь для душа.
А более ничего нет.
Пол из плитки.
Холодный.
Мы положили на него одно из покрывал для кровати, так делают многие, для тепла.
В девять вечера, в коридор тюрьмы выходит охранник и громовым голосом кричит " Закрываем" по ихнему это "айншлес".
Это значит что всем нужно разойтись по камерам, которые будут закрыты до семи утра...

Вчера,вечером,после работы, подхожу к дому.
У крайнего подъезда стоят, наверное, человек восемь узбеков и два полицейских.
Как понимаю, очередная облава на мигрантов.
Решил пообщаться с властью.
Подхожу, здороваюсь и спрашиваю, что случилось.
А в ответ - ничего не случилось!
И таким тоном, будто бы я тоже преступник.
Мелочь, а не приятно.

Надо будет просмотреть свои записи в дневнике, отредактировать и исправить ошибки, с телефона это делать достаточно сложно.
Отложу, до того времени, пока появиться комп-ер с интернетом.
Пора на работу.

Вышли из зала суда.
Полицейские несут за нами наши пожитки, то бишь рюкзаки.
Покурить можно, спрашиваю.
Покурили на дорожку.
Заперли нас в машину, шофер и два полицая, отгороженны от нас железной решеткой.
Везли, наверное с час, и скорость за сто км.
И оказались, как я уже сказал, в центре города Рейнсбурга, в тюрьме таких же горемык, как и мы.
Порадовало то, что, когда машина подъезжала задом к тюремному забору не сильно врезались в бордюр.
Все вылезли, поохали.
Ну и нам велено было выходить.
Нас передали с рук на руки рейнсбурским тюремщикам.
Из маленькой, 2 на 2 метра тюремной прихожей, повели в подвал, где обыскали наши рюкзаки, и не найдя креминала, навесили бирки с нашей фамилией.
Комп-ер и оба наших телефона зачем то заперли в сейф.
Деньги сложили в конверт и положили туда же.
Тут же, в подвале, было веленно раздеться догола и через пять минут мы были переодеты в тюремную одежду.
Довольно сносную майку, трико и т.д.
Каждому досталось по здоровенному (не знаю как сказать) короче одеяло в которое завернуто все что полагается заключенному.
И пошли мы на третий этаж, камеру занимать.
Таща этот тюк на себе.
А в тюке оказалось, постельное белье и три перемены одежды не считая обуви для душа, прогулки и хождения по самой тюрьме.
На дверь камеры тут же повесили табличку с нашим именами и фамилиями.
А перед эти, поинтересовались, что мы хотим?
Занять две одиночные камеры рядом, или же, как семья одну на двоих.
Сказали, на двоих.

Продолжу завтра,а то поздно, с утра на работу идти.

Пришел работник интернет службы "Ростелеком", засунул кабель в щит, после этого просверлил дыру повыше двери, протянув через нее 15-ти метровый кабель.
И на этом дело встало.
Дела!
Я, говорит монтажник.
Подожди, сказал дня три -четыре и придет интернет-наладчик и доделает.
Денег, правда за работу не взял.
Это радует.
Но все равно, я доволен, покрайней мере, дело пошло.