[warg14]

Доброго времени суток.
В связи с тем, что пишу работу по данной теме, прошу Вашей помощи.
Посоветуйте пожалуйста авторов, работы, а так же другую различную информацию на тематику наказания за убийство детей/новорожденных на Руси, а так же во времена Российской Империи.
Известно, что уже в Уставе князя Ярослава Мудрого выделялось данное деяние как отдельное преступление.
Интересует информация о наказаниях, источниках законодательства того времени в котором указывалось данное деяние как противозаконное, а так же научные труды, раскрывающие данный процесс.

[Klerkon]

Крупнейшим отечественным специалистом по вопросам положения женщины в браке и семье в Древней и средневековой Руси является проф. Наталья Львовна Пушкарева, которую многие (не все) считают «основоположницей» исторической феминологии и гендерной истории в современной «Россиянии».

Первое крупное монографическое исследование ее «Женщины в Древней Руси» вышло в СССР в 1989 г. в «Библиотечной серии» научного изд-ва «Мысль»: http://www.bibliotekar.ru/polk-11/index.htm



Вот что сообщает Н. Л. Пушкарева по данному поводу:

«Особенно строго карались женщины, совершившие детское «душегубство», «исказившие» в себе ребенка, иснользовавшие для этого разные «зелья». Подобных «жен» церковь разрешала мужьям, «доличив» (уличив), самим «казнить», т. е. наказать...»

Подробнее: http://www.bibliotekar.ru/polk-11/20.htm

Подробнее рассматривает данную проблему Н.Л. Пушкарева в своей книге «Частная жизнь женщины в Древней Руси и Московии. Невеста, жена, любовница», впервые опубликованной в 1997 г. московским (точнее, зеленоградским) изд-вом «Ладомир» и в 2011 г. с дополнениями переизданной изд-вом «Ломоносовъ».



«Светская традиция, удачно названная американским «историком детства» Д. Херлихи «традицией любящего небрежения», была достаточно типична для раннесредневековых обществ.

В Древней Руси она нашла отражение в сборниках епитимий и покаянных вопросов, связанных с наказаниями за детоубийство, заклад и залог детей. Насколько эти явления были в указанное время распространены, данных нет. По епитимийникам известны случаи удушения младенцев в общей постели, их гибель по небрежению родителей.

Это может служить определенным доказательством того, что в Древней Руси ребенка «недостаточно берегли», что дети в доме «одновременно как бы и присутствовали, и отсутствовали». Таким образом рисуется не слишком привлекательный с современной точки зрения образ матери.

Некоторое представление об отношении к материнству в X–XIII веках дает ранняя иконография Рождества Богородицы и вообще всех изображений Мадонны с младенцем. С точки зрения отображения в ней материнской любви, она весьма сдержанна: в иконах и фресках домонгольского времени не найти умиления по отношению к ребенку. Детей же в русской иконописи изображали как маленьких взрослых, со строгими, недетскими, невеселыми ликами...

Отношение к детям в простых семьях было обусловлено обстоятельствами отнюдь не личностными: лишний рот в семье был для многих непосильной обузой. Оттого в пословицах о детях, записанных в допетровское время, сквозит двойственное к ним отношение, в том числе, вероятно, и матери: «С ними горе, а без них вдвое» — и в то же время обратное: «Без них горе, а с ними вдвое» или «Бог дал, Бог взял».

В некоторых русских колыбельных песнях XIX века, корнями уходящих в давние времена, присутствовало даже пожелание смерти ребенку, если он рожден «на горе» родителям. Этот мотив присутствовал не так уж редко — по проведенным подсчетам в пяти процентах от общего числа колыбельных...

Тенденции «небрежения» детей, особенно девочек, в средневековой Руси постоянно (с X века) противодействовала воспитательная работа «отцов духовных», стремившихся утвердить среди прихожан идеалы христианской нравственности, «благочестивого родительства», материнской любви; при этом резко осуждались любые попытки матерей избавиться от детей.

Попадание на страницы епитимийных сборников целого списка вопросов и наказаний детоубийцам и «женкам, еже в утробе имеют, а родити не хочут», говорит не только о сравнительной распространенности таких случаев, но и об осуждении подобного поведения со стороны церковных дидактиков.

Легко представить себе, как измученные частыми родами женщины вставали перед дилеммой — рожать или не рожать очередное чадо и, приняв отрицательное решение, обращались с просьбами «отъять плод» к знахаркам: именно они знали различные «зелья», от которых женщина могла «извергнуть» при небольших сроках беременности; лечебники же — даже поздние — не упоминают их составов, вероятно, «секреты» такого рода передавались изустно.

Но за сугубо интимным решением и действиями женщин пристрастно наблюдал глаз «отца духовного», каравшего за все, что «чрез естьства совершено быша», как за детоубийство («аще зарод еще» пять лет епитимьи, «аще образ есть» — семь лет, «аще живое» — пятнадцать лет поста и покаяний).

Тем не менее частота упоминаний об абортах и «извержениях» говорит о том, что интимная сторона жизни женщин того времени более регулировалась ими самими, нежели церковными деятелями. Аборт и позже, в петровское время, был главным средством регулирования рождаемости.

«Исповедники» подробно выспрашивали у прихожанок, «сколико убили в собе детей», выполняя тем самым роль посредника между частной жизнью индивида и интересами государственного значения...»

Подробнее: http://lib.vkarp.com/2014/07/19/пушк...-частна/

О печальной судьбе малых деток в России императорской можно прочитать в следующей книге Н. Л. Пушкаревой «Частная жизнь русской женщины XVIII века» (М.: Ломоносовъ, 2012).

В монографиях Н. Л. Пушкаревой имеется немало ссылок на источники и литературу по данному вопросу, в том числе иностранную и дореволюционную.

Для этого следует воспользоваться полными версиями ее книг:

http://rutracker.org/forum/viewtopic.php?t=1886306

http://rutracker.org/forum/viewtopic.php?t=3943462

http://rutracker.org/forum/viewtopic.php?t=4338533

[Klerkon]

Откопал по теме еще более научно-академическое сочинение «А се грехи злые, смертные... Любовь, эротика и сексуальная этика в доиндустриальной России» (М.: НИЦ «Ладомир», 1999), под редакцией вышеупомянутой Н. Л. Пушкаревой:

http://rutracker.org/forum/viewtopic.php?t=2693842

Первая часть сборника представляет собой попытку собрать воедино свидетельства различных источников по истории, сексуальной этике и эротической культуре X — первой половине XIX в. Это прежде всего списки вопросов, задававшихся на исповедях и связанных с активной сферой жизни людей, а также соответствующие части и разделы практических руководств для священников — требников и сборников епитимий. Помимо этих «вопросников», в сборник вошли и другие редкие источники по истории сексуальной культуры в допетровской России — чудом сохранившиеся источники личного происхождения (письма, записки), тексты заговоров, выдержки из лечебников и путевых заметок иностранных путешественников, наблюдавших русский быт XV—XVII вв., а также тексты литературных памятников — городских повестей второй половины XVII столетия.

Во второй части опубликованы избранные главы из исследования американского историка, профессора государственного университета шт. Огайо Евы Левиной, построенного на анализе древнерусских и южнославянских церковных источников X—XVII веков